Башни Анисана (СИ)
– Разумеется! – бодро подхватил консул, усаживаясь напротив мастера, – Я вас позвал, чтобы вы мне что-нибудь построили. И я специально выбрал вас! Не только потому, что вы в прошлом возглавляли строительство этой обители, но и потому, что вы – один из старейших асайев на всех твердынях. Опыт многих циклов позволяет шире смотреть на вещи! А у меня назревает огромнейший замысел. Настолько масштабный, насколько он может быть только у меня!
Аба Альтас усмехнулся и ответил:
– Хорошо. В таком случае расскажите мне, что вы задумали, а я, как архитектор, решу, что с этим можно сделать.
Сэле несколько мгновений серьёзно смотрел на него, сложив руки.
– В общем-то, если ваше решение будет верным, то меня устроит любой объект, который вы сможете предложить, – проговорил он, – это может быть что угодно. Что вы сами пожелаете, мастер Хосс.
Аба удивлённо поднял брови, и только хотел что-то возразить, но Сэле ему не дал:
– Если вы помните, – продолжил он, – у меня там, за северными стенами обители простирается огромная пустошь! Когда-то мы хотели покончить с ней, присоединив к территориям соседних обителей. Но нам помешали кое-какие события, и более мы к этому не возвращались. За прошедшие два цикла Рутта переменилась, а это пустое пятно у моих стен так и осталось. Не люблю пустоши, мастер Хосс! Если бы не моё близкое соседство, то она давно перешла бы в тень, став гиблым местом. Заполните её, мастер! Я думаю, вы справитесь с этим лучше, чем кто бы то ни было! А уже потом… потом я изложу свои дальнейшие соображения. Забегая вперёд, скажу, что заполнением пустоты это не ограничится. Но широкое окружение должно думать, что я всего лишь решил уделить своей обители чуть больше внимания!
Аба Альтас немного склонил голову.
– Но, консул, может быть у вас всё же есть какие-то конкретные пожелания относительно того, что там должно появиться? – вкрадчиво спросил он.
– О, я не беру на себя ответственности высказать их! Всё, чем я могу помочь городским строителям – обеспечить их мирный труд, чтобы никакие дикие силы, бушующие далеко за пределами управляемых волн, им не мешали. Пока я хочу, чтобы пустоши не было. Это моё пожелание, единственное, и, к тому же, поддерживаемое жителями всей обители!
Сэле уже не сидел. Он вскочил с места и был около абы Альтаса. Аба хотел было что-то сказать, но Сэле опередил его:
– Вот вы бы, мастер Хосс, сами что там построили?
– Консул Сэле, – сказал аба Альтас, и в его голосе прозвучала строгость, – Желания строителей городов созвучны с желаниями Голоса, направляющего их труд. Так как сейчас я пришёл к вам и жителям вашего замка, то позвольте я пойду и поговорю с ними, если ваша воля пока столь неопределённа. Будущее строительство непосредственно их коснётся, и я бы желал, чтобы оно пришлось им по нраву.
– Вам лучше не тратить на это время. – жестом остановил его Сэле, – Жители ничего толкового вам не скажут, поверьте, я знаком с их мнением. В моём замке ведь живут те асайи, которые любят путешествовать. Обустройство жилой среды мало их занимает, дорогой мастер Хосс. Им лишь бы было где отдыхать после дальних странствий, а остальное их не волнует. Всё, что им нужно, уже есть в этом замке, и потому их вполне устроило бы огромное поле, заросшее травой. Но это может сотворить любой мало-мальски обученный сеятель, а я призвал вас. Здесь должно быть что-то грандиозное! Великое!
Произнося эту речь, Сэле так активно жестикулировал, что аба Альтас был вынужден отодвинуться подальше, чтобы консул случайно не задел его. Гиб Аянфаль же оставался спокойным, полагая, что с алым консулом так и надо общаться. Всё это время он, не шелохнувшись, просидел в сторонке, стараясь не привлекать к себе внимания, но впитывая каждое произнесённое слово.
– В таком случае подробнее поделитесь тем, что у вас за масштабный замысел и хотя бы намекните про дальнейшие соображения, которые ранее упомянули, – проговорил аба Альтас.
В его голосе Гиб Аянфаль различил тщательно скрываемое недовольство, которое мог понять только он, как родич, очень близко знающий абу Альтаса. В этом разговоре консул Сэле не слишком серьёзно относился к строительному искусству что, конечно, пришлось архитектору не по нраву.
– А-а! Нет, не так быстро! – ответил Сэле, – если я вам сейчас всё изложу, то вы, чего доброго, ещё и откажетесь. Хотя я и знаю вас уже не один звёздный цикл, но мы всё же недостаточно близки. Нужно это исправить, немного посотрудничать: вы – трудитесь, я – наблюдаю. Скажите, Альтас, вы слышите Провидение? Этот голос сверхсущества Гаэ, напутствующий техников волн и матерей Онсарры также, как остальных асайев напутствует Голос Ганагура. Он звучит тихо, но вмещает в себе то, что неведомо остальным мыслетокам.
– Мы – строители городов, а не техники волн, – сурово произнёс аба с некоторым осуждением глядя на консула.
– Я прекрасно знаю, кто вы такой. Однако голос Провидения примечателен тем, что порой обращается и к остальным асайям, а не только к своим избранным. Способность воспринять его требует особой деликатности, но всё же… Про строителей городов говорят, что они тяжеловесны и покорны общей воле, а всё прекрасное многообразие волн используют только чтобы искать подходящие места для замков, да командовать теми, кто ниже их в строительной иерархии. С величайшим удовольствием они выстроили бы точно такую же иерархию и во всём асайском обществе, расселив по обителям даже самых заядлых любителей путешествий. Но вы ведь согласитесь со мной, что это слишком грубая оценка, и строители могут кое-что ещё?
Сэле, склонив голову на бок, заглянул в глаза мастеру Хоссу. Лицо абы, делавшееся всё суровее по мере того, как Сэле перечислял известные стереотипы о строительной рабочей точке, немного смягчилось.
– Да, конечно, мы не столь ограничены, – проговорил он, – однако, я начинаю понимать к чему вы клоните. Те события, что произошли два цикла назад, – при этих словах аба Альтас бросил быстрый взгляд на притихшего Гиб Аянфаля, – очевидно, вы не хотите их повторения…
– О, нет! – снова перебил его Сэле, – это меня не беспокоит, ибо это – прошлое. Оно просто не может повториться, потому что теперь для него нет причин. Я думаю о будущем, мастер Альтас. Не только будущем Онсарры, но и всего Анисана во всей его бесконечности. Провидение позволяет другим слышать то, что должен слышать только я. Оно их беспокоит. Я хочу, чтобы вы это услышали, и тогда вы поймёте. Но чтобы это произошло нам надо сызнова начать сотрудничество, иначе никак.
И Сэле впервые за время беседы устремил взгляд на Гиб Аянфаля. При этом он возложил руку на плечо абы Альтаса, что тому не понравилось. Аба нахмурился, и поспешил подняться на ноги.
– Хорошо, давайте же начнём, – солидно произнёс он.
Лицо Сэле просияло:
– Наконец-то! Этот разговор мне больше нравится. Кстати, вы тут что-то принесли с собой, не так ли? Дайте посмотреть!
Аба Альтас молча подал ему стопку карт со строительной информацией. Сэле тут же взял их и начал по очереди подносить к глазам. Он очень быстро их считывал для того, кто не обладает рабочей точкой строителя, как заметил Гиб Аянфаль. Глаза Сэле то потухали, то вспыхивали вновь, он то и дело спрашивал: «А это где построено? А этого ещё нет?» пока не добрался до давно уже возведённой на одной из соседних твердынь небольшой, но изящной обители из нескольких залов, умещавшейся под одним куполом и предназначавшейся для странников.
– Это с Третьей твердыни, – прокомментировал аба Альтас. Сэле с интересом взглянул на него. Гиб Аянфалю казалось, что он как будто специально путает своими словами абу Альтаса и наслаждается этим.
– Пока подойдёт, – сказал консул и протянул карту архитектору, – посмотрите, как это можно пристроить на нашу пустошь и принимайтесь за труд. Скажем, что в будущем я присоединю это к своему тайному дворцу. Если что-то будет не так, мы это исправим. Мне бы хотелось, чтобы завтра тут уже забурлила трудовая жизнь, мастер Хосс!