Невеста президента (СИ)

Не в силах ждать наверху, я решила спуститься на кухню, что-нибудь попить. Даже в таком огромном доме было дурным тоном дергать обслугу после девяти вечера. Хорошо, что я никогда не страдала снобизмом, которым грешил Себ. Вот он точно не пошел бы на кухню и вряд ли умел бы самостоятельно открыть пакет сока. Хотя, вроде бы жизнь в Торнвуде его немного приземлила. Отец уже через год отменил брату личного помощника за бесконечные попойки и заваленный экзамен.
И правильно.
Тут я была полностью солидарна с папой. Странно, что он так отчаянно противился моим совершенно не аристократическим планам. Наверно, для него это было слишком обычным.
Я шла по пустым, тускло освещенным залам замка. Гости давно уже разбрелись по своим комнатам. Только из малой гостиной слышались приглушенные голоса. Я узнала отца и Марка. Любопытство всегда было моим грехом. С детства я привыкла шнырять поздним вечером, подслушивая, о чем говорят родители или их гости. Это было очень некрасиво и уж точно недостойно леди Торнтон. Но зато я знала все сплетни и слухи, быстрее Себа поняла, почему у Клима два отца, а у кузена Тобиаса вместо невесты жених. Нет ничего интересней поздних разговоров за виски или шерри — это я уяснила почти сразу.
Забыв про жажду сока и даже про Клима, который отключил мобильный, я на цыпочках подошла к дверям. Они были неплотно прикрыты. До меня долетал запах ароматных сигарил, корыте иногда курил Марк. Марьяна бы устроила ему взбучку, ведь он давно бросил. Я беззвучно хмыкнула, представляя себе сцену Стернов. Меня всегда веселили их разборки. Но сейчас Марьяны не было, солировал мой отец.
Но сейчас Марьяны не было, солировал мой отец.
— Ты же не от хорошей жизни уехал из России, Верден. Как ни крути, а в Британии масса резидентов из России. Вопрос — почему?
— Хороший вопрос, — усмехнулся ему в ответ Верден.
Кажется, тот самый Саша, которого предки встретили по приезду.
— У меня необычная ситуация, Бенингтон. Моя компания не имеет центра. Я сам мог выбирать, куда поехать, где сделать себе главный офис.
— И выбрал Дублин — не Москву и не Питер, — ядовито констатировал отец.
— Я погуглил и узнал, что Ирландия одна из самых комфортных стран. Налоги, климат, социалка — мне все подошло.
— Даже климат? Серьезно? — тоже чуть ехидно уточнил Марк.
— Даже климат, Стерн, да. Москва противная зимой.
— Да, — подтвердил Марк. — В Питере лучше.
— Я лучше застрелюсь, чем еще раз поеду зимой в Питер, — вклинился кто-то незнакомый.
Все засмеялись. Когда волна гогота притихла, Верден спросил, видимо у того самого нелюбителя зимнего Питера:
— Стоит ли так категорично высказываться, Андрей?
— Тебе наверно не замораживал мозги ветер с залива во время приемки нового моста.
Снова все заржали.
— А шапка мне по должности не положена.
— Даже Мономаха, — поддел Марк, провоцируя новый взрыв хохота.
— Хахаха, как смешно.
— Серьезно, ты не мерил?
— Мог бы, но мгновенно раззвонят. Никому нельзя верить.
— Да, тебе сейчас точно не стоит прикидываться монархом. Перспективы так себе? — снова перевёл разговор в серьёзное русло Верден.
— Опросы дают пятьдесят процентов, но тенденция к снижению. Я не буду цепляться за кресло, хотя Карина советует оживить мой образ.
— Карина — светлая голова, — согласился Марк. — Не зря тебе Сашка ее сосватал.
— Что она советует? — продолжал докапываться Верден до некоего Андрея.
— Советует мне жениться. Как будто свадьба и жена сделают из меня человека.
— Знаешь, в этом есть смысл, — неожиданно поддержал версию мой отец.
— Какой?
— Кэти рыдала, когда женился принц Гарри.
— Вся Британия молилась на Сасексов, пока они не начали чудить. Ну и что с того? — не понял Андрей.
— Дело не в том, что было потом, а в самой свадьбе, — пояснил папа. — Люди так устроены. Особенно женщины. Они выбирают сердцем.
— Особенно русские, — вклинился Верден.
— Да уж, русские едва ли голосуют мозгами, — согласился Андрей.
Отец продолжал объяснять, выслушав все ремарки:
— Если ты подаришь им сказку, волшебную картинку, красивую историю, тебя примут. Они забудут все твои промахи. Особенно женщины. Будь джентльменом и легко соберешь голоса дам.
— Торнтон, ты дьявол, — поговорил Марк через минуту общего молчания.
— Кэти и Лиз с тобой бы согласились.
Все снова засмеялись, а потом Верден стал развивать папину мысль.
— А ведь Бенингтон чертовски прав, Андрей. Ты одинок. Это вызывает вопросы, подозрения, даже недоверие. И твоя жена пропала…
— Да, я вызвал лавину и завалил ее снегом, — добавил Андрей с саркастическим смешком. — Это самая популярная версия.
— Не суть, — быстро продолжал Верден. — Как бы то ни было, ты должен снова жениться. По любви. В ближайшее время. С красивой церемонией в Кремлевском дворце или в Царицыно.
— Только не в Зимнем зимой, — хохотну Андрей.
Сценарий Вердена подхватил отец.
— Она должна быть аристократкой, утонченной, элегантной, сдержанной и ослепительной.
— Беда в том, что всю нашу аристократию истребили большевики, Бени, — вклинился Марк.
Папа раздраженно огрызнулся на него:
— Да, мне Кэти рассказывала. Тогда стоит подумать о принцессе из-за границы. Кажется, это старая традиция ваших царей.
— Андрей не носит Мономаху, — вклинился Верден.
Его одернул Марк.
— Заткнись, Санек. Дело серьезное.
Папу понесло.
— Да, точно. Принцесса из Европы для политического контакта. Новый союзник и одновременно свежая кровь. Убьешь двух зайцев сразу.
— Даже трех, если уговоришь эту мифическую красотку тебе отсосать в честь коронации.
— Это свадьба, а не помазанье, придурок.
— Да без разницы. Минет в честь свадьбы — тоже нормально.
Опять все ржали. Андрей звал их придурками. Я прижимала руку ко рту, чтобы глушить звуки. Такого папочку и Марка я немного знала. Они были отъявленными циниками и пошляками. Я не особенно поняла, о чем была речь, но шуточки про минет, отмороженные мозги и зиму у Зимнего позабавили.
Марка в конце концов стали выгонять на террасу, потому что он задымил всю гостиную. Кажется, террасы в их гостиной не было, и я поспешила удрать в сторону кухни. Там меня через минуту нагнал папа Клима.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Марка в конце концов стали выгонять на террасу, потому что он задымил всю гостиную. Кажется, террасы в их гостиной не было, и я поспешила удрать в сторону кухни. Там меня через минуту нагнал папа Клима.
— Что не спишь, принцесса? — спросил он, увидев меня.
— Думала, Клим приедет ночью. Он обещал.
Марк покачал головой.
— Мне написал, что завтра утром будет на игре.
Я моментально сникла.
— Вот как? Ладно. Жаль.
— Не вешай нос, Лиззи. — потрепал меня по плечу Марк. — И не надейся на многое от Клима.
Марк ущипнул меня за подбородок. Его глаза на какое-то мгновение сделались серьезными, но он почти сразу снова стал хохмить.
— Пойдешь со мной курить на задний двор?
— Отец меня убьет, — рассмеялась я.
— Только это тебя останавливает?
— Еще жуткий холод.
— Не поспоришь. Но я все же рискну. Не рассказывай Марьяне, что я курил.
— Подумаю еще.
— Моя судьба и жизнь в твоих руках, принцесса.
Он чмокнул меня в щеку, и я почувствовал запах алкоголя.
Мужчины, господи. Как мало им надо для счастья. Немного древнего пойла из подвала, дым и пошлые разговоры.
Глотнув воды вместо сока, я пожелала Марку доброй ночи и пошла к лестнице. Клим не приехал. Это огорчало. Он даже не сообщил мне, что будет только завтра. Его отец знал, а я нет. Это огорчало еще сильнее.
Я расстроилась и пыталась придумать, что его задержало. Наверно друзья в Лондоне.
Или подружка.
Глупо было дистанцироваться от славы, которая бежала впереди Клима.