Наследница темной крови (СИ)

 
Я вот думала, что свой восемнадцатый День Рожденья встречу в кругу друзей где-нибудь в клубе, кафешке, в крайнем случае на даче. Поэтому вот прямо сейчас всех планов вспоминать не хотелось. Да-да, сегодня именно этот день, а я у бабули в деревне, хотя клялась сюда больше не соваться. И вообще, такое ощущение, что жизнь повернулась ко мне одним местом.
Месяц назад пропал папа. Обстоятельства странные, вокруг сплошные недомолвки. Он очень часто в командировках и к такой системе жизни наша семья давно привыкла. Конечно, мы с мамой всегда скучаем, но настолько все это обыденно, что его приезды воспринимаются как праздник, а отсутствие, в качестве нормы.
Поэтому мы как-то даже не заметили, что папа задерживается. Как обычно готовили ужин, мама купила дорогое вино. Тревогу забили поздним вечером. Телефон недоступен, на борт данный пассажир не поднимался. Мама связалась с партнером отца, который был еще в Цюрихе, пытаясь разыскать пропавшего друга.
Отец просто не вернулся с очередного совещания, и это жутко пугало всех. Две недели как мама улетела в Швейцарию, практически заперев меня у бабушки. И как-то так даже каникулы совпали. Но с понедельника снова в школу, а с мертвой точки дело не сдвинулось. И Серафима Ивановна категорически отказывается меня отпускать на учебу одну, но и сама в город ехать не соглашается.
Мое психическое состояние сейчас крайне шатко. Жуткое беспокойство за папу, переживания за маму, постоянные стычки с бабушкой и запрет на встречи с Олегом. Хорошо еще телефон не отобрали, хотя связи тут все равно не было. Я развлекалась чтением старой переписки и просмотром фотографий.
- Лера, ты куда? – бабушка встала в дверном проеме, не пропуская меня на выход. И я почувствовала, как начинает внутри все кипеть. Негодование поднималось жаркой волной, готовое выплеснуться, как лава.
 - Бабуль, вот ты специально меня доводишь или в старости просто все такие? – я собой гордилась, потому что сказать все получилось спокойно и почти на одной тональности.
 - И в кого ты такая язва уродилась? С отцом лаврами потягаться желаешь? – мысль о папе ударила словно плетью. И мне показалось, что это все было сказано специально, лишь бы меня дезориентировать. Ведь должна же понимать бабушка, что любое воспоминание об отце отзывается болью и заставляет снова думать о безуспешных поисках.
Я молча отступила вглубь комнаты, смиренно опустив голову. Но едва Серафима Ивановна подошла к столу, рванула на улицу. Окриков не было, да они бы меня и не остановили.
Я торопливо шла мимо домов, намереваясь в такой замечательный день устроить себе пробежку. А что? Хоть какое-то развлечение. В душе бурлило, и прокатывалось по телу возбуждение. И плевать, что бабушка вечером устроит взбучку, а завтра попытается запереть. Знаем, проходили.
Это третий побег за 2 недели заключения. И от того, как легко все получилось, я лучилась счастьем. Лучший подарок на День Рожденья, это глоток свободы.
Как же все изменилось за год. Нет больше рядом друга, чудит бабуля, пропал отец. А с другой стороны – успехи в спорте, налаживается личная жизнь и вновь рядом Эля.
И вот сейчас, наслаждаясь бегом по лесу, пыталась понять, почему мы с Элей прошлой весной отдалились друг от друга и долгое время не общались. Ведь будто из памяти вышибли всякие воспоминания о ней. И странно, что провалов таких в моей голове очень много.
Это сито памяти пугало. Раз, и я не помню Элю. Точнее не вспоминаю, будто ее и не было в моей жизни. Два – забываю о Юре и его подаренном медальоне. Три…
Это все всегда происходило на каникулах. Стоило мне подольше пожить у бабушки.
И тут сознание пронзило, будто молнией. В голове огоньками начали вспыхивать воспоминания: на моих руках котенок, грязный, рыжий, и безумно пугливый; первое свидание с русоволосым мальчиком и его попытка поцеловать; ярко карие, почти оранжевые глаза взбешенной Эльки и вспыхнувший на ее ладонях огонек; темная машина, и зажимающая мой рот мужская ладонь…
Я резко остановилась, налетев на препятствие, и упала бы, не поддержи чьи-то руки. Лес огласил мой крик, вспугнувший начавших прилетать грачей.
 
  - Не пугайтесь, пожалуйста! – на меня смотрел молодой и очень красивый парень, лет двадцати, не более.
И как бы я не была ошарашена, но продолжала на него откровенно пялится. Вот бывают же такие лица - взглянешь раз и запомнишь на всю жизнь. Даже завидно стало как-то. Я встряхнула головой, прогоняя неудобные мысли.
 - Не пугаться сейчас очень сложно, когда в лесу незнакомые мужчины хватают, – я пыталась возмущаться и не смотреть на молодого человека, но поневоле тянуло поднять глаза.
 - Так это Вы на меня напали! – парень искренне рассмеялся, вызывая у меня ответную улыбку.
 - Это да-а-а. И после такого просто обязана на Вас жениться, – лишь сказав, удалось подумать над фразой. Ой, как не удобно… Но молодой человек откровенно ржал, едва не хрюкая, чем меня немного успокоил.
 - Позвольте узнать имя будущей жены.
О Боже, какие у него глаза. Такое ощущение, что там звезды пляшут. Я почти тону в них, отчаянно цепляясь за разговор.
 - Лера…. – лукаво смотрю на открытое лицо парня.
 - Мммм…главное, чтобы Вы не оказались маньяком, все остальное я переживу! – молодой человек картинно встал на одно колено и пытался перехватить мои руки.
Чуть вдалеке раздались аплодисменты, и я испуганно посмотрела назад. Юра стоял, вальяжно облокотившись о дерево, но выражение лица было настолько жестким, что мурашки поползли по телу.
 - Влад, браво! В тебе пропадает великий артист, – привычной хрипотцы в голосе друга не было. Только четкость, отделяющая каждое слово. – Что кстати здесь делаешь?
 - Да мимо проезжал, дай думаю по лесу погуляю. А тут девушка в беде…Хотя же нет, это я тут насилию подвергся, – он лучезарно улыбнулся, и меня от его обаяния можно было просто как масло намазывать. Ну вот какой же он…даже слов подобрать не удается. – Вы обещание держать-то будете?
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я поняла, что краснею, но это было невероятно приятно. И лишь почувствовав рядом с собой Юру, отвлеклась от нового знакомого. Глаза друга заполняла тьма, заставив меня отшатнуться. Локоть сжали твердые пальцы, будто бы придерживая, но в реальности, просто не дающие далеко отойти.
—Лера, тебя бабушка ищет! - и меня так резко начали уводить, что я возмутилась. Во-первых, это было не вежливо, а во-вторых, мне безумно хотелось продолжить знакомство с таким обаятельным парнем.
 - Влад, как насчет ужина в качестве компенсации? -я прямо поразилась своей наглости.
 - Лера, как же невежливо откупаться от меня просто едой, - сверкнула белозубая улыбка. - Но в текущих обстоятельствах, я согласен.
Сзади раздался рык, но отступать я была не намерена.
 - Вы же из города? - в ответ наклон золотоволосой головы. - Кафе «Милен», через неделю, в 7.
 - Я буду…-и столько обещания в этих словах, что ужин точно станет интересным.
Как только мы отошли из поля видимости нового знакомого, как меня сжали в грубых объятьях, губы смял жесткий болезненный поцелуй. И что самое неприятное, на попытки вырваться Юра не реагировал.
Едва получив свободу, в первый раз в жизни, я ударила. Пощечина отозвалась в лесной тишине звонким эхом.
 - Не смей меня заставлять! - я кричала. И снова была схвачена.
На этот раз поцелуй грубым не был. Но и нежности я не почувствовала, только безумное желание подчинить.
Молча глотала слезы. И было гадко от его поведения, как тогда, в клубе. Но я чувствовала исходящие от него волны ярости, поэтому не противилась. В адекватности Юры я была не уверена, а после просмотра того поединка, четко себе уяснила - злить бывшего друга опасно для здоровья.
 
Когда он отстранился, мои губы не просто горели, они полыхали. Но попыток драться я больше не предпринимала.
На меня смотрели снова зеленые глаза, и длинные пальцы мягко стирали с лица слезы. Объятия утратили захватническое значение и теперь обволакивали теплотой.