Сестра (СИ)

Каково же было мое удивление, когда через какую-то неделю мне позвонили из издательства и сообщили, что они согласны напечатать мою книгу и ждут меня для подписания документов. Новость об этом из моих уст, изложенная с грустным видом побитой собачонки, Александра с Михаилом восприняли как самое счастливое событие в их жизни, и вечером того же дня был организован тайный — для меня — банкет, на который были приглашены наши общие знакомые, а к тому времени ими были почти все мои друзья. Все пили вино, поздравляли, желали творческих успехов и благодарили Сашу за то, что она смогла заставить меня совершить это.
Александра оделась в роскошное вечернее платье, которое одолжила у одной моей знакомой — у той не было проблем с деньгами, и все ее наряды были только известными брендами. Что именно в нем было роскошным, я не мог понять, да только Александра смотрелась в нем, словно королева на балу, причем с ее красотой и ослепительностью не могла поспорить ни одна девушка. Платье было обычного золотистого цвета, с откровенным декольте, и настолько точно подчеркивающим фигуру, что от его обладательницы невозможно было оторвать взгляда.
— Ты не обижаешься на меня? — поинтересовалась Александра, когда мы медленно танцевали с ней.
— За что? За то, что вернула мне надежду и мечту, которую я столько лелеял, а потом захоронил? За то, что помогла мне, когда я не просил о помощи, но нуждался в плече друга? Я должен благодарить тебя до конца жизни! — я поцеловал её в щечку и ободрительно кивнул головой.
— А ты вернул нам с братом радость жизни и чувство того, что от нас что-то зависит, — Саша прижалась ко мне и опустила голову на мое плечо, — спасибо тебе…
— Это тебе спасибо, моя муза! — поблагодарил я девушку, она все еще была признательна мне за то, что не сбежал, узнав о ее брате, и поддерживал их.
Банкет пролетел быстро, но весело и интересно.
Утром, естественно, голова сильно болела, но эта боль была приятной… Правда, когда передо мной положили бумаги для изучения, я, промычав, сразу протянул их обратно юристу, так как мысленные процессы были не для меня в таком состоянии. Изучив документы и признав, что они преследуют обоюдные интересы сторон, мы подписали их и пожали руки. Напоследок я лишь попросил, чтобы на первой странице перед текстом книги добавили благодарность. Текст благодарности я придумал давно, и поэтому протянул лист бумаги с напечатанными словами: «Выражаю особую благодарность Александре и ее брату Михаилу — за то, что подарили мне надежду и веру в самого себя. Без вас этой книги просто не существовало бы…»
* * *
Собственную книгу я освещал в своей рубрике, скрепя сердцем, ведь это ведь было мое произведение. Я честно признался в этом своим читателям и просто рассказал им о том, что их ждет на страницах этой книги. Особой критики я не написал, лишь привел слова Александры и ее брата, а также нескольких знакомых.
Когда через какой-то месяц мне надо было печатать рейтинги спроса на книги, то, к своему удивлению, я увидел, что моя книга держится на первом месте. Причем, ее купило столько людей, сколько никогда не покупало книг молодых авторов. Хотя, конечно, я отдавал себе отчет в том, что молодым автором мог считаться только в кавычках, так как имел свой определенный круг читателей из-за того, что вел рубрику, посвященную книгам.
…Пятница — последний рабочий день, хотя и самый напряженный, так как скоро должно было состояться награждение авторов, организованное сразу несколькими издательствами совместно с Союзом писателей, и считавшееся одним из самых значимых мероприятий в литературном мире. На награждение иногда приезжали не только авторы нашей страны, но и ближайшего зарубежья, чьи книги были переведены, ведь в рубриках участвовали не только книги наших авторов, но и зарубежных. Правда, в основном в общих номинациях выигрывали наши авторы, зарубежным же авторам доставались награды в номинациях среди зарубежной литературы. Помимо конкурса среди уже успешных литераторов там также проводились и конкурсы среди молодых авторов, пробующих себя в роли писателей; главной наградой для них было то, что издательства обещали подписать с ними контракт. Для всех же остальных первые несколько награждений являлись денежными призами, но затем все вместе решили, что даже обычные грамоты интереснее. Деньги ведь все одинаковые, их не положишь на сервант, и не будешь показывать друзьям, говоря, что это приз за первое место в какой-то номинации. Награждение происходило в Алматы. Поэтому журналисты, пишущие о литературе, перед награждением готовились к командировке.
 
Награждение для меня всегда было самым интересным мероприятием, и я с нетерпением его ожидал, так как только там можно было встретиться с людьми, чьим творчеством наслаждаешься дома. Однако на этот раз все было по-другому.
Закончив статью об интервью с очередным молодым автором, я собирался отправиться к редактору для того, чтобы попросить его отправить кого-нибудь другого. Из-за того, что я не мог себе представить, как смогу прожить без Сашки почти неделю; кроме того, на следующей неделе, в понедельник вечером, должен был состояться концерт одной группы с презентацией нового альбома, творчество которой нравилось всем нам. Александра за неделю до концерта купила билеты, едва только услышала рекламу по радио. На мои попытки отдать ей деньги, она отвечала категорическим отказом, припугнув меня тем, что, если я ее действительно люблю, то должен принять билет как подарок, а за подарки деньги не платят.
В дверь кабинета, в котором я работал, осторожно постучали и, не дождавшись разрешения, открыли дверь. Мы живем в бывшей стране советского союза, — как шутил Задорнов, а это страна — где всё по-другому: постучались, и хватит, времени ждать дозволения войти нет. Это была секретарша редактора, молоденькая симпатичная студентка института, работающая на полставки. О ней и редакторе ходило много слухов, но, как говорится, не каждый слух — это истина, так что я не придавал этому значения, да и, собственно, не мое это было дело.
— Здравствуйте, Виктор Андреевич, вас вызывает Константин Сергеевич! — произнесла девушка и тут же убежала, так как у нее были полные руки различных бумаг.
Сохранив документ на компьютере и взглянув на время, я встал и направился к выходу. Закрыв дверь кабинета, я отправился к редактору, по дороге здороваясь со знакомыми, которые, так же как и я, были заняты и куда-то спешили. Журналистов вообще сложно застать на рабочем месте, но есть дни, когда они все в издательстве — день сдачи материала для номера и день выдачи зарплаты. Второе, конечно, хотелось бы, чтобы было чаще, но мечтать не вредно.
Идти до кабинета редактора было недолго, поэтому я очень скоро оказался в приемной, где секретарша, естественно, отсутствовала, а дверь в кабинет была распахнута, и слышно было, как главный редактор разговаривает со своей женой по поводу того, что купить на ужин. Увидев меня, заглядывающего в его кабинет, Константин замахал мне рукой, приглашая войти и поднимая к потолку страдальческие глаза. С женой он не был счастлив, поэтому часто ходил налево, собственно, как и его жена, но вот разводиться они не собирались. Почему — я понятия не имел, так как детей у них не было.
— Сидит дома, и нет бы — в магазин сходить, дает мне задания! — возмущенно пробурчал Константин. — Никогда не женись…
— Раньше ты другое мне советовал, — напомнил я.
— Просто из зависти, что ты не знаешь, что такое жена, — рассмеялся он. — Ладно, я не поэтому вызвал тебя. Мне звонили из Союза писателей и попросили, чтобы я дал тебе неделю на поездку на награждение, так как твое присутствие там обязательно в связи с тем, что твоя книга номинируется, и ты получишь награду в номинации «Прорыв». Поздравляю! Я и представить не мог, что в моем издательстве будет работать писатель!
 
— Спасибо, — протянул я.
— Что так невесело? — удивился Константин. — Давай, сдавай материал и отправляйся домой…