Кровные враги (СИ)

Хэльвард медленно приблизился к Дьярви и Виктории. Я видела, как сильно напряжена хрупкая спина ведьмы, а вампир за ее спиной вытянулся до звона в каждом нерве.
Рука Хэла, сжимавшая мои пальцы, была твердой и уверенной. Мужчина замер перед родителями.
— Снежа, — глухо пророкотал мой вампир, — с моим отцом ты уже знакома. А это моя мама.
Виктория вздрогнула, словно внутри ее души лопнула натянутая струна. Я готова была поклясться, что несгибаемая Видящая льет слезы. Но Вики тут же шагнула ближе и утонула в сильных руках сына.
Черт! До чего же я становлюсь сентиментальной с этими вампирами и их кровью!
Мои родители в мгновение ока оказались рядом, вместе обняли меня. И я поняла, что очень соскучилась по маме и папе.
— Дайте хоть вас обниму, а? — ухмыльнулся Эрик, вероятнее всего, обращаясь к моему брату и Мелиане, потому что именно от Симира наглый вампир получил по шее.
  
30
 
Круг замкнулся.
Освещенные полной луной шесть темных фигур, укутанных в длинные плащи, замерли на своих местах. Под глубокими капюшонами не разобрать лиц. Но этого и не требовалось. Нити Силы, что клубились вокруг каждой фигуры, подсказывали, кто именно пришел на зов.
— Наш брат Даург покинул этот мир, — хриплый старческий голос был едва различим, но все собравшиеся вампиры его прекрасно расслышали. — Нужно наказать убийцу.
— Ормарр, твой брат Даург, позабыл, что есть еще вампиры, живущие по общим законам, — подал голос мужчина и отбросил капюшон.
Ормарр недовольно зашипел. С давних пор везде и всюду ему противостоял Грегори. И будь воля Ормарра, он бы мигом испепелил заносчивого мерзавца. Но нельзя. Потому что Грегори был самым сильным из них, и у него всегда были союзники.
— Грегори прав, Ормарр, — прошелестел Вестмар, помолчал и неторопливо продолжил: — Но и вмешаться мы должны. Иначе каждый вампир будет ошибочно полагать, что Старейшин можно легко сместить. Кем мы будем, если нас перестанут бояться?
— Хэльвард — сильный Князь, — после гнетущего молчания заметила Ингрид, в ее обычно спокойном голосе сквозило любопытство и капелька восхищения. — Но меня заботит другой вопрос. Кем была та, ради которой Хэльвард нарушил наши законы?
— Оборотень-полукровка, — брезгливо выплюнул Ормарр.
— Интересно…. — прошелестел Старейшина, который на протяжении всей встречи хранил молчание.
— Кем бы ни была Невеста Князя, она не нарушила наших законов! — тактично проговорила Ингрид, единственная женщина среди собравшихся вампиров.
— Что ж, поглядим на Невесту…. — кивнул Грегори и тут же исчез.
Вслед за древним круг покинули Ингрид и Вестмар. Но трое вампиров не торопились исчезать. Ормарр хранил молчание. Ему не понравилось то, как отреагировали его братья и сестра. Он планировал устроить все по-другому, тем более сейчас, когда древних вампиров стало меньше на одного. А значит, и равновесие сил сместилось. Но в какую сторону?
— Говорят, она наполовину ведьма, — заметил последний из Старейшин. — Не кажется ли тебе, Руно, что история повторяется?
— На этот раз все будет иначе, брат Ардан, — вместо молчаливого Руно ответил Ормарр.
— Поглядим…. — прежде, чем исчезнуть, прошептал Руно.
Я понимала, что это сон. Но он был настолько правдоподобным, что поверила, будто нахожусь там, на незнакомой площади, ночью, среди древнейших вампиров, от которых стыла кровь в жилах и хотелось сбежать на край света.
Открыв глаза, смотрела в потолок. Да, сон. Но он содержал столько информации, что мысли путались.
Ормарр — пугал меня до чертиков. Именно от него исходил черный, могильный холод.
Ардан — немного сглаженная копия старика. Он пугал не меньше, но я не чувствовала смертельной опасности от него.
Вестмар — больше похож на судью, надеюсь, справедливого.
Грегори — этот самый яркий персонаж. В нем был Свет. Я чувствовала его. А потому, если он и опасен, то, по крайней мере, не станет бить в спину.
 
Остается Ингрид. Старушка, не взирая на весь антураж в виде алых ногтей и острых клыков, больше тянула на подругу Вики. Нужно спросить у свекрови. Наверняка она в курсе личности именно этой дамочки.
И последний вампир, который все время молчал. И имени я его не запомнила. Воспоминания о сне ускользали от меня, а я всеми силами пыталась задержать их, запомнить.
— Руно, — расслышала я негромкий голос Хэла над своим ухом. — Из Совета ты не назвала только его.
— Черт! Прости, — вскинулась я, села в кровати.
Разумеется, мой вампир не спал. А я, все еще находясь под воздействием сна, бормотала все, что приходит на ум.
— Ты кого-то видела, Снежа? — допытывался Хэльвард.
Его руки держали меня, теплые ладони поглаживали по спине и плечам. Я чувствовала себя в безопасности. Однако понимала, что совсем скоро все изменится.
— Кого ты видела? — Хэл настойчиво потребовал ответа. — Ты перечислила всех Старейшин. О чем они говорили? Что ты слышала?
— Не дави на меня, вампир! — вспылила я, соскочила с постели.
Хэльвард одним плавным движением легко поднялся на ноги. А я, все еще находясь под воздействием воспоминаний, поддалась панике.
Хэл надвигался на меня. В его глаза не было агрессии, ярости или гнева. Только тягучая нежность, от которой хотелось лезть на стену и вместе с тем утонуть в надежных объятиях любимого вампира.
— Снежана, — заговорил Хэльвард, гипнотизируя меня взглядом темно-бордовых глаз, — Тебе ничего не угрожает. Ты в безопасности. В замок никто не попадет. Тебе нечего бояться. Я уберегу тебя от всего….
— Да как ты не понимаешь, вампир! — не выдержала я напряжения. — Как раз этого я и боюсь! Я видела, как …. Видела…. Все эти древние вампиры, они придут сюда! Им нужна я, а погибнешь ты! А я не хочу, чтобы….
Я уже рыдала, потому что слишком слаба. Потому что Хэльвард пробил своим упрямством стену, размером с целую вселенную. Потому что я уже физически ощущала прочные нити, связывающие наше сердца. И боялась потерять все это.
— Не хочу тебя терять! — выкрикнула я в упрямо сжатые губы.
Хэльвард молчал. Но его широкие, уверенные, обжигающие ладони бережно держали мое лицо. А я цеплялась за одежду мужа скрюченными пальцами.
Было сложно смотреть в любимые глаза сквозь пелену слез. А потому я их прикрыла, после и вовсе уткнулась лбом в крепкое плечо.
— Мы справимся, Снежа, — пробормотал Хэл.
Я ощутила, как его пальцы зарываются в мои спутавшиеся после сна волосы. А все тело окутало приятное тепло. Стало уютно.
Хэльвард молчал, убаюкивая меня в своих руках. Я, прикрыв глаза и перебирая воспоминания, глубоко и часто дышала ароматом кожи моего вампира. Жажды не было, как и голода. Но клыки так и тянулись к моему излюбленному месту на шее вампира.
— Пей, Снежа, — с долей насмешки, но очень ласково прошелестел мой муж. — Теперь тебе нужно хорошо питаться.
— Ты о чем? — вскинулась я, но тут же подалась вперед, облизнула вмиг пересохшие губы.
— Ты просто все еще наивная, маленькая девочка, любимая, — все так же шелестел Хэльвард, и в тот же миг мы оказались на постели.
Вампир нависал сверху, придавливал меня к мягкому матрасу. Совершенно определенно, я чувствовала возбуждение моего вампира. И мое тело с готовностью отвечало на каждый рваный выдох, обжигавший мою кожу.
— Пусть так, — выдохнула я и, совершенно не стесняясь, заскользила пальцами по широким плечам.
Еще секунду назад я рыдала, а сейчас мне хотелось смеяться. Столь резкие перепады настроения меня пугали. Но я никак не могла взять себя в руки, чтобы хоть как-то контролировать свое состояние.
 
Но больше всего я опасалась, что во мне все еще жила Тьма. С момента моего возвращения прошло слишком мало времени. Пусть Хэльвард и рассказал, что Эдна унесла с собой всю ту гадость, что подчиняла вампришу и меня своей воле, однако во мне все еще жил страх.