Отец сводной сестры (СИ)
Лика и Регина при Романе Андреевиче изображали взаимную милость, как только он куда-то отходил, старались не смотреть друг на друга, не разговаривать. Мне же лично было любопытно, что это с ними, но решила отложить разговор. Он должен произойти у меня с кем-то на кухне за бокальчиком вина в доверительной обстановке.
— Прости, Лика, но я устал. Я отвезу сначала тебя в гостиницу, потом Дину. С Региной поеду домой. Мы не так часто с ней видимся, хочется провести время вдвоем.
— Мы тоже с тобой не часто видимся, - слышу в голосе Лики обиду. Вжимаюсь в стену, стараюсь стать невидимкой. Из моего укрытия мачеху не видно, а вот Романа Андреевича видно во всем великолепии вечернего света. Он держит одну руку в кармане брюк, смотрит на Лику прямо. Какие же у него невероятные глаза. Ох, Дина, не о том ты думаешь, не о том.
— Я могу вызвать тебе такси, раз ты в плохом настроении.
— Спасибо, не надо. Я сама.
— Лика, послушай, - подается вперед к мачехе, свободной рукой прикасается к ее руке. – Не начинай, хорошо? Я действительно устал. Завтрашний вечер мы проведем вдвоем.
— Правда?- господи, сколько надежды в голосе Лики, что мне становится неловко от подслушанного разговора.
Что касается самого Романа Андреевича, я не услышала в его голосе нотки сожаления от того, что сегодня расстаются, нотки предвкушения от завтрашнего совместного вечера. Он словно произнес то, что от него ожидали. Если у него нет никаких чувств к Лике, зачем он с ней встречается? Какая ему от этого выгода? Или его вполне устраивает влюбленная по уши в него женщина, которая готова ждать его столько, сколько потребуется? Как же хочется узнать ответы. Зачем? Я безумно люблю Лику и мне хочется, чтобы она была счастлива.
Роман Андреевич исчезает из поля моего зрения, появляется Лика. Она смотрит ему вслед. Красивая и бесконечно одинокая. Мне становится грустно и обидно за нее. А еще кажется, что помолвку она себе придумала. Но это мои выводы из сегодняшнего вечера. Может быть я ошибаюсь, и помолвку действительно держат в секрете от Регины.
Когда Лика выходит на улицу, я тоже торопливо покидаю свое укрытие и иду к ней. Она стоит подальше от уличных фонарей. Судя по тому, что в руке тлеет огонек, курит.
— Дина? – торопливо тушит сигарету, достает спрей для дыхания. В воздухе пахнет мятой.
— Я видела, как ты вышла на улицу, поспешила за тобой, - о том, что подслушивала разговор с Романом Андреевичем предусмотрительно умалчиваю.
— На улице отличная погода.
— Я забыла спросить в прошлую нашу встречу, где ты остановилась?
— В гостинице.
— Может переедешь ко мне до отлета? – улыбаюсь, а у самой кошки скребут на душе. Значит не все так радужно у нее с отцом Регины, как она хотела бы. Взрослые люди, а ведут себя хуже подростков.
— Какая ты хорошая, Дина, - Лика улыбается. Рассматривает прищуренным взглядом. Внезапно берет меня за руки, притягивает и обнимает. Я не шевелюсь.
— Папа бы тобой гордился. Умница, красавица и невинна, как дикий цветок в чаще леса. Истинный бриллиант в скромной оправе. Интересно, кому такая драгоценность достанется. Не ведись на обманчивые чувства, всегда на все смотри трезвым, холодным взглядом. Будет меньше боли от разочарований.
— Ты чем-то расстроена? – в глазах стоят слезы, мачеха поспешно моргает, вымученно улыбается.
— Не бери в голову треп старой женщины.
— Какая же ты старая?! – возмущенно смотрю на Лику, она грустно улыбается. Кто-то привлекает ее внимание за моей спиной, поспешно вытирает лишнюю влагу под глазами, улыбается беззаботно и немного наигранно. От такой метаморфозы я теряюсь.
— Рома, мы тут! – кричит, поднимая руку для привлечения внимания. – Дина меня сама нашла. Так рада вновь видеть свою девочку.
— Отлично, - раздается рядом спокойный и сухой голос Романа Андреевича. Судя по цокоту каблуков, Регина рядом. – Раз все в сборе, поехали.
Мы дружной кучкой направляемся к черному «бентли» неподалеку. Вышколенные люди в костюмах открывают всем двери. Я с Ликой сажусь на задние сиденья, Регина на переднее пассажирское, Роман Андреевич садится за руль.
В салоне машины тепло, пахнет корицей и нотками апельсина. Из магнитолы негромко звучит иностранная музыка. Лика смотрит в окно, Регина уткнула нос в мобильный телефон. Я смотрю вперед.
Внезапно мои глаза встречаются с глазами Романа Андреевича в зеркале заднего вида. Всего секунда, но какая... Возникает ощущение, что в животе скучивается жгут. Напряжение зашкаливает высокой амплитудой, учащая мое дыхание и сердцебиение. Сжимаю руки на коленях в кулаки, не моргаю. Он тоже смотрит на меня. И этот пристальный взгляд опаляет сильнее огня.
— Дина, как ты смотришь на то, чтобы в конце июня прилететь ко мне в Париж? – вопрос Регины заставляет меня и Романа Андреевича отвести глаза в стороны. Что это было? Почему он на меня так пристально смотрел? О чем думал?
— О, Дина, это было бы чудесно, - реагирует Лика, поворачиваясь ко мне. Я вновь смотрю на водителя, только в этот раз Роман Андреевич сосредоточен на дороге.
— Предложение отличное, но я не могу.
— Сейчас паспорт делают очень быстро и визу, - подруга оглядывается на меня, упрашивает глазами. – У меня будет небольшой перерывчик между съемками, мы бы отлично провели время.
— Дело не только в паспорте, я нашла работу. Поэтому не думаю, что начальство, - при этом слове украдкой бросаю взгляд на отца Регины. Он неожиданно перехватывает его в зеркале. В горле моментально пересыхает, не сразу нахожу в себе силы закончить предложение.
— Да, к сожалению, начальство не одобрит тебе этот отпуск, - вздыхает Лика. – Тебе минимум надо отработать полгода. Вот если бы ты работала у Ромы, думаю, он бы подписал тебе заявление на отпуск. Правда, Ром?
— Кажется, мы приехали, - машина плавно останавливается. Я медленно выдыхаю воздух, смотрю в окно. Приехали к гостинице, в которой видимо остановилась Лика.
— Дина, солнце, созвонимся. Думаю, мы еще увидимся.
— Обязательно, - улыбаюсь, позволяю Лике чмокнуть себя в щечку. Роман Андреевич в это время уже обошел автомобиль и открыл дверку, чтобы помочь мачехе выйти. Вновь Лика сияет, как полярная звезда, от его крохотного винимая. Регина фыркает, как только захлопывается дверь.
— Лицемерка, - глухо бормочет, но я ее прекрасно слышу. Подаюсь вперед, смотрю на застывшее лицо подруги.
— Почему ты ее так сильно не любишь? Она хорошая женщина.
— Это тебе так кажется, Дина, - Регина поворачивается ко мне лицом, ласково заправляет прядь за ухо. – Ты еще такая наивная, Динь-динь. Как же мне порой тоже хочется быть немного глупышкой.
Я обижаюсь на подругу за «глупышку», но вида не показываю. Может жизненного опыта у меня действительно немного, но я умею видеть чувства других людей, я искренна, я стараюсь всегда быть честна с людьми. Я не умею любить, дружить, сочувствовать на половину. Я всегда отдаю себя всю без какой-либо выгодны для себя.
Возвращается Роман Андреевич, садится за руль. Медленно трогает машину с места. Сразу же откидываюсь на спинку сиденья и тут же ловлю на себе задумчивый взгляд голубых глаз. Отворачиваюсь.
Никто не спрашивает, куда ехать, при этом за окном вскоре проносится знакомый пейзаж высотных панелек. Похоже мое досье кое-кто уже прочитал. Или Регина уже сообщила, где я живу.
Когда машина въезжает во двор, я замечаю, что подруга задремала. Осторожно двигаюсь к левой двери, планирую самостоятельно выйти, но не успеваю. Роман Андреевич оказывается более проворнее, чем я. Распахивает дверь и протягивает руку. Я испуганно вскидываю на него глаза, несколько секунд смотрю, не мигая. Сердце грохочет набатом у меня в ушах. Отказаться от помощи будет невежливо с моей стороны, но и прикасаться к нему я не хочу. Только выбора у меня особого нет.
Осторожно вкладываю свою ладонь ему в ладонь, чувствую, как чужое тепло передается мне и сразу же устремляется внутрь меня, как нервные окончания. Я дрожу. Можно подумать, что мне холодно от прохладного вечера, но это будет ложью. Я дрожу, потому что он стоит непозволительно рядом со мной. Настолько близко, что я улавливаю запах его туалетной воды. Запах ментола и морской свежести.