Играя под дождем (ЛП)

— Не смей, сучка! Я первая его увидела.
— Извините, дамы, — с улыбкой сказала я, поравнявшись с ними, — Он занят.
На их лицах проступило разочарование, и обе выстрелили в меня злыми взглядами.
Хотя они правы: выглядит он действительно круто, интересно, он оделся так ради меня?
На нем были темные джинсы в разводах, висящие на бедрах, и белая рубашка на пуговицах. Контраст загоревшей кожи и темных волос, был ошеломляющим. Он был так красив, что мог бы нажить состояние, работая моделью. Хотелось бы придумать способ, как заморозить его в нынешнем виде и оставить так навеки.
Увидев меня, его лицо озарила огромная улыбка, и это один из тех моментов, который я навсегда сохраню в памяти. Он направился ко мне, и на мгновение, я подумала, что он меня обнимет, но вдруг он убрал руки в карманы и стал неловко раскачиваться на ногах, все еще широко улыбаясь.
Отбросив предрассудки, я обняла его за шею и громко чмокнула в щеку. Он выглядел настолько удивленным, что я почти рассмеялась. Но вместо этого, схватила его за руку, и вытащила из кафе.
— Просто пометила свою территорию, — сказала ему.
Его смущение — просто великолепно.
— Мои коллеги пытались решить, кто первой тебя заарканит. Я подумала, что спасу тебя от них.
Усмехнувшись мне сверху вниз, он сжал мою руку.
— Я думаю, что меня почаще нужно спасать.
— Уверена, так и есть! — засмеялась я. — Боже, мне нужно выпить за то, что этот день закончился. Через улицу есть бар, в котором все еще есть счастливый час. Я куплю тебе пиво, с заработанных чаевых. Отказ не принимается.
Он покачал головой, выглядя смущенным.
— Мы можем просто пойти и выпить кофе?
— Ты это серьезно? Я весь день вдыхала аромат кофе. И жажду стакан ледяного пива.
— Гм, я не могу войти в бар.
— Почему нет? Ты не пьешь? Можешь взять содовую…
Он снова тряхнул головой.
— Нет, это…
— Черт, ты все-таки на условно-досрочном!
Мои глаза панически расширились.
Он слегка улыбнулся.
— У меня нет поддельного удостоверения.
— Что?
— Мне нет двадцати одного.
— О. — Я замолчала и осмотрела его с ног до головы, любуясь его гладкой кожей, не тронутой щетиной. — Сколько тебе лет?
Его щеки покраснели, и он уставился на свои ботинки.
— Восемнадцать.
Что?
У меня глаза на лоб полезли. В буквальном смысле. Пробежавшись взглядом по его шикарному телу, вернулась к прекрасному лицу.
— Матерь божья! Ты шутишь! Я практически развращаю малолетнего! — шокировано всплескиваю руками. — Что, правда? Тебе только восемнадцать?
Он нервно улыбнулся.
— Поэтому я хочу поехать в Тихуану. Там разрешены спиртные напитки с восемнадцати.
Я в шоке. Поверить не могу, что этот офигенный мужской экземпляр, на четыре года моложе меня. Он выглядит таким зрелым, более зрелым, чем ребята, с которыми я встречалась в колледже, это уж точно.
Я попыталась отшутиться.
— Ты, должно быть, единственный восемнадцатилетний, у которого нет поддельного удостоверения.
— Как-то не сложилось.
Мы смущенно переглянулись, не зная, что сказать.
— Так ты не был в колледже?
— Нет.
— И ты живешь… Ты живешь дома?
Он кивнул.
— Да, с мамой.
В мозгу мелькает картинка того, что мы можем вытворять в его комнате, и резко прерывается вторжением его мамы.
— Понятно, это странно, — сказала я, стараясь выкинуть эту идею из головы.
— Это не имеет значение, Ава. Ничего не изменилось.
— Хм, конечно имеет! Я встречаюсь с парнем, который недостаточно взрослый для того, чтобы повести меня в бар!
Он удивил меня, ухмыляясь так, что снова появилась его чертова ямочка.
— Мы встречаемся?
Моя очередь чувствовать себя ужасно неловко.
— Твою мать. Просто вырвалось. Нет, конечно, мы не встречаемся — мы друзья.
Его улыбка дрогнула.
— Я хотел бы пригласить тебя на настоящее свидание, Ава. Поужинаешь со мной, прямо сейчас?
Я вертела в руках кошелек, растерянная и слегка раздраженная.
— Я все тот же человек, что и десять минут назад, — сказал он мягко. Когда я не ответила, он вздохнул. — Или мы можем быть просто друзьями.
Так ли это хреново — встречаться с восемнадцатилетним? В конце концов, из меня ужасный алкоголик. И не похоже, что он откажется от пива, если мы пойдем ко мне домой.
Но потом, я подумала о том, что сказали бы мои сестры и папа. О боже, чего бы они только не наговорили. Я тупая курица, и мне нужно время, чтобы подумать обо всем этом.
— Я думаю, нам лучше остаться друзьями, — заторможено ответила я.
Его плечи поникли, и я почувствовала себя ужасно виноватой за отказ.
— Мы все еще можем тусоваться вместе, — наигранно весело, сказала я, поежившись от фальши, звучащей в голосе.
— Ага, — сказал он с улыбкой, которая не тронула его глаза.
Я почувствовала себя еще хуже, если такое вообще было возможно.
— Я лучше пойду, — сказала я, чувствуя себя несчастной и одинокой.
Он протянул руку, чтобы коснуться моей руки, видимо, что-то решив для себя.
— Позволь мне отвезти тебя на ужин, Ава, — произнес он. — По-дружески. Наверняка, ты проголодалась после трудового дня.
— По-дружески? — уточнила я.
— Все ради тебя. Друзья.
Вряд ли это хорошая идея, но я залезла в его грузовик, и вдыхая запах пыли, старой кожи и знакомого одеколона Коди, сразу же расслабилась.
— Мне нравится твой грузовик, — сказала я. — Чувствую себя в безопасности, наверное?
— Это то, что хочет услышать о себе каждый парень, — сказал он, качая головой в притворной печали.
Я слегка ударила его рукой.
— Ты знаешь, что я имею в виду! Он вроде танка, может проехать где угодно!
— Я все равно не пущу тебя за руль, — засмеялся он, перефразировав наш давнишний спор. — Ты водишь Приус. Это примерно десятая часть моего грузовика!
— Нееет!
Я сделала вид, что сержусь, но в Коди было что-то такое, что не позволяло на него злиться. Кроме того, на самом деле, я не была задета. Но рвала и метала из-за того, что он скрыл свой возраст.
Честно говоря, мне и в голову не приходило, что он может быть настолько младше. Мои друзья из дома, нещадно бы потешались надо мной, но это ничто по сравнению с тем, что сказала бы моя семья.
Тихий, внутренний голосок прошептал, что им не обязательно об этом знать.
О боже, я была настолько мелочной и неуверенной — и порой ненавидела себя за это.
Мы приехали в пиццерию, на входе он придержал для меня дверь. Я не могла не заметить, что обслуживающий персонал (в том числе один, явно, гей) с интересом смотрел на Коди. Я не могла их винить.
Черт возьми, я не могла! Он был со мной, по-дружески или нет.
Очень внимательная девушка-администратор, у которой, казалось, внезапно проснулся интерес к пикапам Сильверадо, показала нам столик. Досчитав до двадцати, я отпустила ее, попросив позвать официантку.
Мда, Коди понятия не имел, что она на него запала. Хоть он и казался таким уверенным в себе, на самом деле, был довольно застенчив, когда дело касалось девушек. Теперь, зная, что ему всего восемнадцать, я понимала, в этом есть резон. А может и нет. Что случилось с девочками в его средней школе? Все до одной слепые и без вкуса на шикарных парней?
И почему он другой со мной? Зачем дал мне ту записку, когда играл с Оскаром под дождем?
Пока мы ждали пиццу, Коди подвинул ко мне толстый конверт.
— Что это?
Он поднял брови.
— Зачем люди спрашивают такие вещи, вместо того, чтобы просто открыть конверт?
— Умник, — огрызнулась я, заставив его рассмеяться.
На первом листе, который я вытащила, было: «Международный Звездный реестр».
Наши взгляды встретились.
— О мой Бог! Ты это сделал?
— О да, сделал. Ты не бесишься опять? — с опаской спросил он.
Я округлила глаза.
— Ты реально назвал звезду в мою честь?
Он расслабил плечи и улыбнулся.