Плененная льдом (СИ)

— Для чего тебе убежище? — Дьён смотрел на тело Кочевника с ненавистью, но держал себя в руках, — собралась выходить его? Да он тебе шею при первой же возможности свернет! И всем нам заодно. Сэра… Сэра, я прошу тебя, одумайся. Он же из Ковена, а Ковен за ним придет! Он придет, будь уверена! И найдет его! Как ты объяснишь сильнейшим магам нашего мира, почему представитель их клана без сознания, весь израненный, а на тебе ни царапинки, да и вообще ты странная? Вот как?
Я лишь пожала плечами, крепче сжала руку мага и немигаючи уставилась на брата волчицы.
Я права.
Кочевник должен жить, я чую это. Не могу объяснить, но чувствую!
Тут же разгорелся спор, в силу своих возможностей все начали ругаться, переходить на личности, рычать друг на друга. Керен был за то, что мага надо убить, Риска за то, чтобы Кочевника просто оставили в лесу, а там уже воля судьбы. Дьён был согласен с сестрой и лишь Морл встал на мою сторону:
— Вам не кажется, что это ее выбор? Сэра его сделала, она приняла решение и, судя по ее лицу, ничего не изменится. Мы не должны решать, что делать с магом, нам надо решить, что самим с собой делать. Все необходимо обставить таким образом, чтобы никто не заподозрил нашего присутствия в деревне во время чумы. Мне с этим проще — я гном, который вполне себе имеет право вернуться в старый дом, а он как раз в Мирграде. Там у меня семья, я уж точно не пропаду. Да и не только в Мирграде, кстати.
— У меня с собой денег на хлеб с молоком хватит, — в сердцах бросил Дьён, — даже если выбрать не Мирград, а другой город — к оборотням без крыши над головой относятся соответствующе. Это вызовет подозрения.
— Брось, сколько в нашем мире тех, кто потерял свой дом… Вообще, есть заброшенный домик на окраине Мирграда, — заметила Риска, наблюдая за тем, как пес медленно приходит в себя, — мы можем там остаться на первое время. Крыша в нем немного протекает, двери скрипят… Окно одно выбито, но на первое время сойдет. Дилан думал его снести и перестроить под хранилище, просил разрешение у Мирграда, но ответа не получил… не успел… Дьён сможет податься в стражи, его уже много лет склоняют к службе, а я… торговать пойду. Прокормить мы себя прокормим. Просто войти в город нужно не всем вместе и не по одной дороге. Путей-то три, так что…
— На меня не смотрите, я не пропаду, — рявкнул наемник, — но сидеть рядом с этим… не буду. Вы как хотите, но я сам по себе. Спасибо за спасение, ведьма, на этом наши пути расходятся. И, кстати, мой долг уплачен! Знаешь, чем? Тем, что я не прирезал этого гада у тебя на глазах!
Я не стала его удерживать. Керен мне никогда не нравился, но все же в конце оказал много помощи. Небескорыстно, конечно, но и на этом спасибо.
Идти дальше мы не могли. Сил не осталось, всем был нужен здоровый сон, так что я осталась дежурить.
Риска с братом сменили ипостась и мигом отключились. Они лежали рядом с гномом и псом, согревая их своим телом, я осталась сидеть возле мага, продолжая держать его за руку и прощупывать пульс.
Иногда мне казалось, что он не подает признаков жизни. В такие моменты в сердце зарождалась паника, но затем я видела, как под верхним веком бегают зрачки глаз — значит, жив пока.
Безумно хотелось спать, я смотрела на всех со стороны и не понимала, откуда во мне столько сил. Хотелось кричать, выть от ужаса, орать от душевной боли, но вместо этого я просто сидела на теплой земле, держала голову наемника на коленях и аккуратными движениями стирала с его лба засохшую грязь. Старый шрам на его лице был грубым и плотным, за ухом был еще один — след от удара чем-то тупым. На шее, чуть ниже области затылка, виднелись старые следы укусов — две четкие точки как от клыков. И что за тварь их оставляет?
— Вампиры, — тихий голос заставил вздрогнуть, — такие следы оставляют вампиры…
Маг бредил, иногда шептал что-то еле слышно, но сейчас впервые за долгое время произнес все четко. Его глаза все еще были закрыты, я не понимала, проснулся он или до сих пор в бреду.
Больше он не произнес ни единого слова, а спустя несколько минут меня сменила Риска.
 
Я, наконец, смогла уснуть, хотя думала, что ничего кроме кошмаров, меня не ждет.
Если честно, я боялась, что во сне колдуна убьют. Керен наемник — он может подговорить остальных или сделать это тихо. Что стоит убийце аккуратно перерезать горло спящему больному в период дежурства, когда все спят?
Эти мысли даже во сне не давали покоя. Я хотела, чтобы все мы выжили, чтобы нашли свой путь и чтобы никто не узнал о том, что пришлось пережить каждому из нас в этой деревне.
Внезапно что-то кольнуло в ладонь. Еле заметно, будто комар укусил, но потом это ощущение усилилось, резко вырывая меня из сна.
С трудом раскрыв глаза, я лишь печально вздохнула, смотря на то, как Керен сжимает в руках клинок.
— Хитрый, умный, сильный маг, — рыкнул наемник, не в силах разрушить еле заметно мерцающий барьер, — мне вот дико любопытно, каким таким образом наш умирающий лебедь смог создать защиту такого уровня, а?
Колдун ничего не ответил, зашелся кашлем, сплевывая кровь и теряя сознание.
Даже алые ягоды не сильно ему помогли… а что, если я просто отсрочила неизбежное? Что, если продлила его боль?
— В чем дело? — Риска просыпалась медленно, с трудом повернув к нам голову. Она щурилась, пыталась сфокусировать зрение, но заметив клинок в руках наемника, мигом прозрела, — убери лезвие!
Керен сидел передо мной на корточках, смотрел пристально, со злостью и недоверием.
— Я сказала, убери лезвие! — волчица рычала, скалилась. Ее руки немного изменились, ногти превратились в острые звериные когти, и все вокруг заискрилось огненной магией…
Судя по тому, как уставилась на огоньки волчица, она и сама не ожидала от себя такого. Риска немного дернулась в сторону, не понимая, как смогла создать так много огня.
— Успокойся, бешеная, — Керен отошел в сторону, — я видел, что он проснулся, видел, что начал колдовать и решил, что нам конец. Вот и схватил клинок. Да ладно вам, какого черта вы его защищаете? Он враг! Он воткнет нам арбалетный болт в спину при первой же возможности!
Возмущения наемника прервались рычанием пса. Тот встал с земли, отряхнулся, а потом посмотрел на Керена так, словно готов был съесть мужчину вместе с потрохами. Передернулись все, даже я. Такой перемены от животного я не ожидала, а того, что произошло следом — тем более. Он медленно подошел к магу, лег рядом с барьером и всем своим видом дал понять, что никого к нему не подпустит.
Надо же, какая преданность… или тут что-то другое?
Разговор замяли быстро. Все безумно хотели есть, хоровое урчание вызывало лишь раздражение, а пойманный Дьёном кролик — море благодарности.
С самого утра брат Риски не произнес ни единого слова, молча отправился в лес, пока сестра разводила огонь, удивляясь тому, с какой легкостью у нее получилось создать сильный поток пламени. Волчица хотела что-то мне сказать, я по ее лицу это видела, но из-за чужих не стала.
Есть Кочевник не мог, пережевывать мясо в беспамятстве довольно сложно, поэтому приходилось отпаивать его водой из ближайшего ручья, а так же вливать в рот перетертые ягоды малыми порциями. Хоть что-то — уже хорошо.
Нести мага никто толком не мог — при ходьбе возможные переломы сместились бы, а моей магии явно не хватало на большие расстояния.
Керен все же сдался, видя мои мучения, наемник ушел в лес вместе с Дьёном и примерно через час перед нами лежали самодельные силки. Они не выглядели прочно, но на первое время сойдет.
 
— Да не доживет он. Зря стараешься. Брось колдуна, целее будем.
Но я не бросала, несмотря на все попытки Керена переубедить меня в правильности решения.
Мы больше не разговаривали — молча шли в сторону Мирграда, изредка останавливаясь на небольшой перерыв. Внешне быстрее всех восстанавливалась Риска — единственное, что отличало ее от прежней себя, были волосы. От рыжины почти ничего не осталось, но вот с магией явно что-то произошло. Девушка часто рассматривала свои ладони, хмурила брови и тяжко вздыхала.