Ненавидеть или полюбить? (СИ)
Первым отвечать на вопросы начал мой противник. Он практически на меня не смотрел, а я постоянно бросал на него взгляды. А когда наши взгляды встретились, я смущенно опустила глаза, а после сразу посмотрела в другую сторону. Вот сволочь, еще и словил меня, что я на него пялюсь. Меня так бесило, как он разговаривает, так самоуверенно, так своенравно и вольно. Так и хочется сказать ему: «Ты так рисуешься, что аж тошно». Но я молчала и продолжала слушать его сладкое вранье:
— Скажите, у вас же с ответчиком одинаковые фамилии? — спросил у Игната его же адвокат.
— Да.
— И это не смутило ее, и она все равно вас выгнала. Главного наследника?
— Выгнала, но думаю, ей было совершенно все равно одинаковые у нас фамилии или нет.
— Расскажите тогда залу суда, как все произошло, на самом деле? — задал еще один вопрос его адвокат.
— У меня есть свой собственный ключ, от квартиры, мне дал его отец. Но я решил все же постучаться, знал, что живет семья с детьми, и я могу оказаться не совсем во время…
— Ближе к теме, — подгонял его адвокат.
— Мне открыла, дочь Оксаны, я попросил позвать кого-то и взрослых, и она отправилась, кажется в ванную за Оксаной.
— Врет гад! — не выдержала я. — Хапуга! Ты ей сказал, что будешь с нами жить!
Послышались звонкие удары молотком. Судья стучала, а после быстро высказалась:
— Прекратить! Со следующим замечанием попрошу вас покинуть зал суда. Соблюдайте тишину во время слушанья.
Вот сволочь, но врет же, врет и не краснеет! — меня тихонько толкнула Вероника, а затем шепотом произнесла:
— У нас еще будет время высказаться, не нужно показывать себя с плохой стороны.
Мне прямым тестом заткнули рот. Пришлось молчать и выжидать, когда дадут слово. На самом деле, не слишком понравилась такая ситуация. Но ничего не поделаешь, мне пришлось ждать, когда Фемида откроет глаза и наступит настоящая справедливость. Надеюсь, она все же наступит, не смотря ни на что.
Все-таки заседание оказалось напряженным. Это чувствовали все. Лишь когда Вероника начала задавать вопросы Игнату, я хоть слегка выдохнула, так как знала, что она на моей стороне и от нее сюрпризов не будет.
— Скажите, сколько раз вы приезжали к своему отцу, Игорю Викторовичу?
— Я не помню, — ответил он.
— Протестую! — возмутился адвокат.
— Протест отклонен, — ответила, судья и ударила молотком. — Продолжайте.
— Неужели вы не можете припомнить сколько раз, после вашего отъезда заграницу вы навещали своего родного и пожилого отца?
— Нет.
— Но не часто? Один раз, два? Три?
— Что-то около того.
— Соседи, живущие на одной лестничной площадки с Ветлицкой Оксаной, утверждаю, что видели вас всего один раз, когда Игоря Викторовича сбила машина. Скажите ведь у вас красная машина, марки BMW?
— Да, — спокойно ответил он.
— Протестую! Этот вопрос не имеет никакого отношения к делу! — все никак не мог угомониться адвокат.
— Протест отклонен! Продолжайте! — и снова стук молотком.
— А скажите вашего отца, сбила машина, очень похожая на ваше авто, именно в то время, когда вы к нему приезжали, единожды?
— Не могу понять, к чему вы ведете? — Игнат слегка растерялся. Я это сразу заметила.
— Протестую! Протестую! Протестую! — кричал лысый, полный адвокат, больше похожий на большого розового поросенка.
— Протест отклонен! Отвечайте на вопрос!
Игнату ничего не оставалось, Вероника его прижала к стенке:
— Да, но это чистая случайность.
— Не кажется вам, что эта слишком очевидная случайность?
— Нет.
— У меня пока, все. Вопросов к истцу пока не имею.
— Объявляю перерыв! Заседание закрывается на перерыв! — проговорила судья, и снова раздался двойной стук деревянного молотка.
Вот это да! Вероника его сделала. Как же она его ловко поставила в тупик.
— Спасибо вам, — проговорила я ей.
— Еще не за что! Пойдем, выпьем кофе? Здесь недалеко есть очень хорошая кофейня.
— И откуда вы все знаете…
— Это моя работа, — она улыбнулась. Показались забавные ямочки в уголках ее губ.
— А знаешь, что мне кажется?
— Что спросила я, — открывая входные двери зала суда. Что истец, преследует, какие-то другие цели, но никак не завладение квартирой.
— И какие это цели?
— Скорей всего тебе придется узнать это самой, — сказала она это как-то неуверенно.
Мы спустились с Вероникой в кофейню, которая находилась практически напротив зала суда. У нас было где-то около часа, чтобы передохнуть и выпить кофейку. Кстати разрядка мне как раз сейчас была нужна. Нужно было передохнуть, собраться с мыслями, чтобы продолжить дальше, иначе этот розовый поросенок, в качестве адвоката моего так называемого оппонента, просто меня завалит всякими ловкими вопросами.
В уютной кофейне, где разносился сногсшибательный аромат кофе, я заказала себе Амаретто, а мой адвокат предпочла Латте. Мы сели за круглый стол, возле окна. На столе, застеленным белой скатертью, стояла маленькая ваза со свежими ромашками. Я еще подумала, как приятно зимой видеть свежие цветы, ромашки… Мы ждали свой заказ, молчали. Я слушала заводную песенку, которая доносилась из другого конца зала. Я так не могла понять, кто это поет, как говориться: "Не знала, да еще и забыла".
Первой заговорить пришлось мне. Вероника оказалось не многословной. Я спросила у нее, когда принесли наш заказ:
— Но вы его так прижали к стенке! Я просто в шоке.
— Это моя работа, — Вероника улыбнулась, показав свои белоснежные зубы.
— На самом деле, этот человек моя не единственная проблема, — я решила ей рассказать про мужа.
— Что еще?
— У меня пропал муж. Точнее он врет мне.
— Я думаю, эта проблема намного серьезней, чем сейчас мы тут разбираемся.
— Он говорит, что уехал в командировку в Польшу, я ему позвонила, он был недоступен. После чего я связалась с его менеджером, он мне сообщил, что мой муж ни в какую Польшу не уезжал, несколько дней пробыл в Москве, затем едет в Амстердам. Но будучи в Москве, домой так и не появился.
— Вы не думали, что у него может просто изменились планы, или он вам хочет устроить сюрприз? Например, новогодний? Ведь скоро Новый год.
— Не знаю. Мне кажется, что он мне врет, и я ему теперь не звоню. Не знаю, как в данной ситуации поступить.
— У вас впервые такая ситуация?
— Да. Он постоянно сидел дома, особенно вечерами. Все изменилось, когда он подписал контракт и труппой начал гастролировать.
— Я постараюсь вам помочь. Но для начала давайте решим одну проблему, затем возьмемся за другую.
— Разумно.
— Спасибо, — она ответила коротко быстро, затем начала пить свой кофе.
Мой кофе быстро остыл, и я потеряла всякий интерес к нему. Люблю только горячий. Сильно горячий.
— Скажите, все закончится хорошо?
— Давайте надеяться на лучшее.
Как мне показалась, Вероника — умная и обаятельная, причем, моего возраста женщина. Моя подруга Лара — совсем не такая. Ей как клюнет жареный петух в одно место….Все делает с горяча, даже не подумает. Почему-то, в одно мгновение, мне захотелось такую подругу, как Вероника. Умную, рассудительную. Она никогда не бросит в беде. На самом деле, почему я дружу с Ларой? Потому что больше не с кем! Потому что я ее знаю еще с юных лет и могу ей свободно довериться. Я знаю, она меня поймет, не будет с меня смеяться и никому не расскажет. Например, Веронике я бы побоялась рассказать о том, как проходили мои первые роды или как я до сих пор стесняюсь своего мужа. Во-первых, я ее плохо знаю, а во-вторых, побоюсь, что она меня осудит.
Я задумалась. Моя собеседница, сидящая напротив, медленно пила кофе и смотрела в окно.
— А у вас есть дети? — почему-то решила спросить я у нее. Может так мне удастся с ней разговориться.
— Нет, я не замужем и детей нет. Думаю нам уже пора. Лучше прийти раньше, — она тут же сменила тему и посмотрела на свои наручные часы, скорей всего золотые. Строгий дизайн, римский циферблат. Часы не были похожие на какую-нибудь дешевку. Выгладили дорого и солидно. Вероника не хотела отвечать на мой вопрос. Вот дернуло меня ляпнуть, теперь чувствую себя неловко. Вот так, я хочу с ней подружиться, а она даже разговаривать со мной не хочет.