История Темного Властелина (СИ)

... пока эти дети безрогих коров с лихим свистом гонялись за нашими углежогами, дегтярями, пастухами и лесниками, не отказывая себе в удовольствии поджечь мельницу или поле, остальные перли мимо наших секретов, даже и не подозревая, что все время остаются на виду. Уж, поверь, если бы не Твой строгий наказ у этих беспечных говнюков давно бы земля под ногами загорелась...»
Лишь когда милостью Ярхи Рыжий Всадник Солнце канул в пучину за краем мира, уходя на покой, колонна войска остановилась. Место для ночлега было очень удачным – обширный луг, прикрытый от восточных степных ветров поросшими мхом и лесом холмами. Прибывший с востока небольшой отряд легковооруженных всадников привез начальству письмо от Второй наступательной армии. Тайно радуясь близкому ночному передыху, воины спешно разбивали лагерь – споро и умело ставились походные шатры, раскладывались костры, приводились в порядок уставшие кони. Из телег доставалась провизия – царь не поскупился, явно желая уберечь несчастных жителей Триградья страдающих под гнетом алчного Дракона, от дополнительных хлопот.
... как на какую-то загородную прогулку выбрались вояки мать их. Городки стороной обходили – к Проблеску даже гонца не высылали. Стало быть, думают, мол, всех объегорили. А ночь они, поверишь ли, встречать собрались у Подземной Топи! Отряженным с нами чародеям стоило большущих усилий убедить Топлу не превращать лагерь Яромировых в кровавый котлован. Такие суеверные и пугливые при виде мрачных болот или гнилых лесов они даже не соизволили головами подумать – какой Тьмы «лужок» выглядит совершенно диким, если неподалеку содержащие тучные отары хуторяне...»
Выставленные караулы и разъезды тщательно осматривали окрестности – на севере в темно-синий бархат небес уже врезались грубые очертания скальных вершин. Где-то там, среди унылых серых громад, пряталось черное логово страшного чудовища – там засел сам Дракон Триградья.
И все же уверенность в себе не покидала людей – их было много, они все знали толк в бою. С ними же шли две дюжины мудрых старцев – волхвов. Темный Властелин давно гневил милостивых Богов своими подлостями и вот, терпение у кудесников лопнуло. Они смиренно согласились отправиться в благородный поход на проклятую землю и очистить её от скверны. За пару часов плотники им смастерили небольшой алтарь в центре лагеря, где мудрецы тут же принялись молить о победе над злом.
«... хорошо еще, что у волхвов туговато с обнаружением духов. Они окружили стоянку какой-то магической дрянью, не подпускавшей наших лазутчиков. Вот только если бы не Твой наказ хрен бы им магия помогла – Топле разок пастью щелкнуть, только волхвы бы и остались. А страшилки ночью мы им все едино устроили...»
Как выяснилось, Божьи служители не зря с войском пребывали. Едва только укрепилась ночь в своих правах, и вознес хвалу Семарглу дым многочисленных костров, как начала твориться форменная блазеневщина. Вдоль горизонта, там, где должен был располагаться Грейбрис, гуляли мертвенно-бледные огни. Разгулявшийся ветер со свистом носился в небе и под изумленными взглядами воинов срывал с небосвода звезды, дерзко меняя их местами. Мало того! Выяснилось, что здесь – в землях Триградья – звездное небо имело совершенно иные очертания! Не иначе как шутки самого Дракона, однако ж, почти все известные созвездия насчитывали больше звезд, чем полагалось бы! Громко и противоестественно скрипели деревья на холмах – ухали сычи, страшно кричали диковинные черные птицы. Все понимали, что это слуги Дракона, скрипя зубами от бессилия, пытаются запугать честных людей и уберечь шкуру их повелителя. Но все же не раз и не два приходилось мудрым волхвам являть свою мощь порождениям мрака – небо освещали золотистые молнии и снопы Священного огня, вихрем разлетающегося окрест распугивали блуждающих в ночи чудовищ. Воины украдкой молились Семарглу и покровителю ратного дела Ерозу.
... ох, и навеселилась же твоя нечисть, а с нею и мы! Эти олухи долго свои подштанники отстирывать станут теперь! И, кроме того – шесть раз на наши действия волхвы отвечали условным заклинанием – значит в этой колонне шестеро присягнувших Тебе. Еще трое, насколько мне известно, двигаются в составе трехтысячного отряда от Солнцевого Знамени, навстречу нашим степным друзьям. Уж не знаю, зачем Тебе это все надо, но я удерживаю свои войска от нападения. А зря. Чтобы Ты не задумал по мне добрая сталь завсегда лучше чародейства – может не надо нам их подпускать к Цитадели?..»
 
Я зевнул и, не глядя на запнувшегося писца (из-за войны весь мой Совет был занят, и поневоле приходилось допускать до некоторых тайн служителей более низкого ранга) пробормотал:
Иногда не меньше служит Моей воле тот, кто вынужден просто стоять и смотреть. Льву тяжело это понять.
Писец поправил берет и отложил донесение в сторону. На заваленный бумагами стол, откуда тут же было выужено новое письмо:
Биргер Риттрэнский начальник Танцевальни...
Я откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову, и сладко потянулся:
Дальше... – Тощие Паяцы и Мертводелы не могли спокойно ждать. Гарнизон Танцевальни раз за разом слал мне различные тактические планы, призванные обеспечить нам перевес в войне с Яромиром. Вещи писались надо признать очень грамотные – но все они шли в разрез с моим основным Планом. И если для Льва мой приказ неизменно был «Ждать!», то Биргеру я уготовал готовиться к осаде со стороны воинства Волчьей Пасти. – Эйстерлин Третий наместник Грейбриса...
Дальше...
Крэйган...
Ага. Этот живчик имеет под своим началом пять сотен отличных лучников с луками шесть футов в высоту, которые бьют почти на пять сотен шагов и пробивают латы Балбарашского тяжелого конника. Да и вооруженная кистенями тысяча пехоты весьма убедительное дополнение к моей армии. Этот дисциплинирован и удивительно безынициативен – зато в рамках поставленной задачи незаменимый тонко продумывающий ходы исполнитель. Его письма – сухие отчеты и уведомления, их следует читать, но отнюдь не в первую очередь.
Дальше...
Цекут...
Тоби, скажи, ты представляешь себе силу удара ста тридцати фунтового литого шара снабженного для удобства шипами? – секретарь поперхнулся и настороженно взглянул на меня. Виновато пожал плечами, по-черепашьи вжимая шею:
Нет, Великий Дракон, – перепугано заверил он.
Вот и царские дружинники так же. Но они то уверенны, что кистени это то наибольшее, что им будет противопоставлено в этой битве.
«Вы все жметесь. – Подумал я. – Жметесь и думаете, почему я не отвечаю на удар. Почему позволяю беспрепятственно топтать мои земли этим недоноскам. Вы думаете, уж не сошел ли я с ума? Я, который всегда был на шаг впереди своих соперников. Вы думаете – уж не боюсь ли я поражения. Нет ли у них какого-то тайного оружия, вот что вы думаете. В черных залах моей Цитадели витает ваша неосязаемая тревога. Она подобно древним духам старательно пялится из всех углов. Так и должно быть. Именно так, мои слуги. Я не буду воевать. Они придут к моей Цитадели. Наивные – они идут на суд! Я буду карать, и миловать – эта сцена войдет во все анналы истории как начало новой эпохи!..»
В-великий Дракон, – не дождавшийся от меня наказа листать письма дальше секретарь успел прочесть несколько строк и теперь смотрел на меня с плохо скрываемым страхом.
Что такое?
Предводитель Косарей Цекут сообщает о потерях вследствие нападения на гарнизон. Четыре десятка убиты и еще две дюжины раненых. Со стороны нападавших убито пятнадцать человек...
 
Странно. Мне всегда казалось, что Косари не зря носят своё прозвище. Неужто я ошибался? Выходит их надо переименовать в Чучела? Предводитель Цекут там не пишет, какая причина такого разгромного соотношения потерь? Стены гарнизона рухнули под действием чар? Или всех поразили бьющие с неба молнии? Он там нигде не пишет, что готов сложить голову и чин? Ежели нет, то готовь перо сейчас же! А если все же пишет, то хочу, чтоб письмо с приказом о его снятии легло на этот вот ажурный столик в течение получаса!