Навсегда его (ЛП)

— Нам пора выдвигаться, а то опоздаем, — сказал отец, затем повернулся и направился к двери. — И если мы приедем позже шести, Райкер наверняка отправится на наши поиски.
Тут у меня снова возникло это чувство. Что-то явно затевалось.
Ресторан находился в пятнадцати минутах от моей квартиры. По дороге Тори развлекала нас рассказами о Миллисенте и о том, как она ненавидит овощи. За ее оживленными движениями всегда было так весело наблюдать.
Мы въехали на стоянку в две минуты седьмого и предсказание моего отца оказалось верным. Мой сотовый зазвонил, и на экране высветилось имя Райкера. Улыбаясь, я повернула телефон экраном к отцу, чтобы он мог увидеть, и у него вырвался низкий смешок.
— Я же говорил, — покачав головой, произнес он.
Я нажала «принять вызов» и поднесла телефон к уху.
— Подожди, торопыжка, мы уже на подходе.
— Ну так поторопись, женщина, у меня ломка, — ответил Райкер со смешком и отключился.
Выйдя из машины и обойдя ее, чтобы встретиться с отцом и Тори, я слегка надавила, чтобы посмотреть, верны ли мои подозрения.
— Итак, старичок, не хочешь мне рассказать, что тут на самом деле происходит? — Я пихнула его бедром, и он попытался скрыть улыбку. — И не говори мне «я не знаю».
— Понятия не имею, о чем ты говоришь, милая. Сегодня народ собрался, просто чтобы приятно поужинать, и больше ничего.
Но он прибавил шагу, и это все, что мне было нужно.
— Ты совсем не умеешь врать, — крикнула я ему вслед, когда они с Тори поспешили к главному входу.
Еще раз глубоко вдохнув, я последовала за ними, оглядываясь по сторонам и готовясь к тому, с чем сейчас столкнусь. 
  
Глава 24
 
Николь
— Так значит, эта прекрасная женщина та самая, о которой я слышал последние четыре года? — улыбаясь, произнес высокий парень с козлиной бородкой. — Должен сказать, Райкер, ты не был до конца откровенен. Она просто сногсшибательна.
— Отвали, Бен, — прорычал Райкер в ответ, а Бен только засмеялся.
— А кто эта хорошенькая леди? — спросил Бен, опустившись на колени перед Тори.
— Я Виктория Люсиль Рассел, — гордо объявила моя малышка, звуча при этом намного старше своих лет.
— Что ж, Виктория Люсиль Рассел, — сказал он, взяв Тори за руку, — а я Бенджамин Мэтью Китон, но ты можешь звать меня Базз. — Он провел рукой по своим коротко стриженным волосам. — Так меня называют все друзья. — Бен поцеловал ручку Тори.
— Вот и я, вот и я.
Я повернулась к входу позади себя. Нас разместили в отдельном зале, так как у нас была большая компания. Моя лучшая подруга влетела в ресторан с растрепанными волосами, словно только что побывала в аэродинамической трубе.
— Простите за опоздание, задержалась на работе, но приехала сразу, как только смо...
Ее взгляд был прикован к чему-то позади меня. Сбитая с толку, я повернулась, чтобы понять, что же могло заставить мою горластую лучшую подругу замолчать. Бен тоже пялился на нее. Он медленно поднялся с пола, где все еще стоял на коленях возле Тори, при этом его взгляд прошелся по всему телу моей подруги. Похотливая улыбка появилась на его губах, когда Бен встретился взглядом с Лиз.
— Привет, тигрица, — усмехнулся Бен. — У тебя под этой юбкой что-то кружевное и прозрачное?
Мне казалось, что я прерываю какой-то интимный момент. Но в то же время я была озадачена, потому что знала, что они встретились впервые.
— Солдатик, помнится, ты говорил, что кружева только мешают, поэтому мне стоит отказаться от нижнего белья и сэкономить твое время, чтобы добраться до главного приза, — насмешливо ответила Лиз, и меня вдруг слегка бросило в жар.
Я оглянулась через плечо и встретилась взглядом с Ракером:
— Почему мне кажется, что стоит закрыть Тори уши?
Я обмахнула лицо рукой, а Райкер, прищурившись, обнял меня за талию и прижал к себе.
— Это еще ерунда по сравнению с тем, что я запланировал для тебя сегодня вечером, — прошептал он мне на ухо.
У меня мурашки побежали по телу, когда Райкер поцеловал меня в шею.
— Жду не дождусь, — прошептала я в ответ.
Ужин прошел довольно весело. Бен и Люк рассказывали истории о Райкере и их совместной службе. Они говорили о хорошем и не упоминали о тех случаях, с которыми до сих пор не могли примириться. Ребята заставляли нас всех смеяться, когда дразнили и насмехались друг над другом. Здорово было узнать о Райкере то, каким он был во время своего отсутствия.
Но еще они поделились и более серьезными историями. Например, как Райкер помог одной женщине пережить горе от потери единственного сына, убитого в бою. Райкер стоял рядом с ней на похоронах человека, которого едва знал, потому что кроме нее у этого парня больше не было родни, и Райкер не хотел, чтобы она переживала этот день в одиночестве. Меня восхищал этот мужчина, и с каждым днем я все больше в него влюблялась. Его душа была полна любви и сострадания настолько, что даже самого сильного человека могла поставить на колени. Я положила руку ему на бедро и слегка погладила. В горле стоял комок от эмоций, вызванных этой историей.
И для меня стало полной неожиданностью, когда посреди десерта окруженный моей и своей семьей и нашими друзьями Райкер встал из-за стола. Он отодвинул мой стул и повернул лицом к себе, затем опустился на одно колено.
Мое сердце бешено заколотилось, когда вся эта сцена начала разворачиваться, Райкер взял мою дрожащую руку в свою и посмотрел на меня с такой любовью.
— Если я знаю тебя так хорошо, как думаю, то ты уже поняла, что сегодняшний вечер был задуман не просто как знакомство моих друзей с нашими родными.
Я тихо рассмеялась, и он радостно улыбнулся. Я кивнула, соглашаясь, что Райкер на самом деле очень хорошо меня знал.
— Ты была права, — продолжил он. — Сегодня вечером я собрал здесь всех, кто мне дорог, чтобы попросить тебя провести остаток своей жизни, позволяя мне любить тебя.
Как будто этих слов было недостаточно, чтобы заставить мое сердце растаять, его следующий поступок лишил меня всякой надежды держать себя в руках.
— Иди сюда, принцесса, — протянул руку Райкер.
Кристина, мать Райкера, помогла Тори слезть со стула и отвела к Райкеру. Когда Тори подошла к нему, он обнял ее за талию и протянул маленькую коробочку:
— Открой ее, милая.
Тори посмотрела на меня, ожидая моего разрешения сделать то, что просил Райкер. Я кивнула, и она улыбнулась, сняв крышку с коробочки.
Я наклонилась вперед, чтобы посмотреть, что там внутри, и, увидев содержимое, прикрыла рот рукой.
Райкер улыбнулся и снова посмотрел на меня:
— Я не только прошу тебя выйти за меня замуж, я также спрашиваю Тори, согласится ли она с этим. Потому что хочу прожить остаток своей жизни не только с тобой. Но и с ней тоже.
Он достал из коробочки маленькое колечко и, взяв ручку Тори, надел его ей на палец. Выражение счастья, отразившееся на ее лице, лишило меня самообладания, и по щекам покатились слезы.
— Обещаю, я всегда буду любить тебя, — сказал Райкер Тори. — Обещаю, что всегда буду тебя защищать и никогда не позволю, чтобы ты чувствовала, будто тебя некому поддержать. — Он потянулся за вторым кольцом. — Детка, я не просто прошу тебя позволить мне любить тебя, я также прошу разрешения любить Тори. Я хочу, чтобы мы были вместе в горе и радости. Хочу смеяться и плакать с вами вместе, и чтобы вы тоже любили меня. Потому что, прожив пять лет без тебя, я знаю, что не хочу больше прожить без тебя ни дня.
Моя нижняя губа задрожала, и я прикусила ее, чтобы не потерять самообладание.
— Николь. — Голос Райкера задрожал, когда он задал вопрос, который изменит наши с Тори жизни навсегда. — Ты выйдешь за меня?
Слезы медленно катились по щекам и капали с подбородка на наши соединенные руки. Я взглянула на свою маленькую дочку, которая радостно улыбалась и смотрела на Райкера с обожанием.