Вместо волшебницы (СИ)
Чешет голову.
— Договор — это подойдёт. Готова подписать?
— Конечно! — я чуть не подпрыгиваю на табуретке от радости.
— Сейчас, — он снова несётся к шкафу, теперь уже к другому и почти сразу находит там желтоватый лист толстой бумаги. По пути хватает со стола нож и сует мне. И нож суёт и бумагу.
— Пиши!
— Как писать?! — Я же тебе всё дал! Ты неумеха?
— Я не умею писать ножом.
Он подбегает, выхватывает нож у меня из рук и быстрым… очень быстрым движением режет палец.
Мой палец.
Сразу появляется кровь. И она начинает капать на пол, пока я окаменев сижу в шоке.
— Теперь сможешь писать? — интересуется «демон» — Кровью?
Кажется я икнула.
— Конечно. А чем же еще писать такие договора.
Пожимаю плечами и облизываю палец.
— Чернилами.
— Чернилами? — его щёки возмущённо надуваются. — Такие договора пишут только кровью.
Дурацкая история — я буду долго её вспоминать и всем рассказывать… но сначала мне нужно выбраться отсюда. И если для этого придётся писать кровью — я готова.
— Что писать?
— Пиши… Я, Марго из Москвы обещаю вернуть Люциферу Четырнадцатому Великому сто пиастров в уплату за руну портала через три дня. Если не выполню этот договор — упомянутый Люцифер имеет право растерзать меня любым удобным ему способом.
Очень смешно.
— Пиши, — он дергает меня за порезанный палец и суёт его в лист. На том сразу же остаётся багровый след.
Начинаю писать.
— Если кровь закончится — скажи. Я надрежу посильнее, — заботливо предлагает «демон». — Ну или сама.
Промучившись сама и еще больше — измучив несчастный палец дописываю странный текст. Мои попытки его немного сократить — выбросить длинные и не слишком важные слова вроде «четырнадцатому» и «великому» заканчиваются неудачей. Так же как и просьба заменить «Люцифер» на «Лу»
— Готово, — протягиваю ему окроплённый моей кровью лист.
Он берёт его, читает, покряхтывает, затем удовлетворённо кивает.
— На, — протягивает мне камень.
Беру. Обычный камень — только заточенные края и какой-то знак выбитый и закрашенный… чем-то похожим на кровь.
— И что мне с этим делать?
Вот сейчас и закончится всё это дурацкое представление. Закончится, потому что с камнем можно делать много вещей. Бросать например его куда-нибудь. Или прятать в карман. Или… Вот только оказаться в Москве с его помощью точно нельзя.
— Тебе карта нужна. Карта мира, — говорит «демон».
Началось. Сейчас я скажу что у меня нет такой карты, и этот тип в костюме демона начнёт новый акт своего спектакля.
— У меня нет, — говорю я. — Нет у меня карты.
— Зато у меня есть, — он машет рукой. Сейчас принесу. Жди. И не вздумай высунуть нос — циклоп бродит рядом. Голодный циклоп.
Он подбегает к выходу из склепа, распрямляет свои крылья… и улетает.
Глава 5
* * *
Я не верю в чудеса.
И никогда не верила.
И даже у деда Мороза в детстве замечала засохшие сопли на его ватной и совсем не похожей на настоящую бороде.
И Снегурочке которая бегала с мешком в котором лежали мои подарки я тоже не верила. И следила за тем, чтобы она не вызвала такси и не исчезла загадочно и навсегда
Да, я не верю в чудеса. Я точно знаю — их не бывает.
Но есть и еще одна штука которую я точно знаю — люди не умеют летать.
И этот тип в костюме «демона»… когда она расправил свои черные огромные крылья и полетел… он разрушил мой мир.
До основания.
Даже не до руин.
До пыли от руин.
И я осталась одна, засыпанная этой пылью.
* * *
— Вот, — он протягивает мне сложенное что-то… похожее на сложенную много раз карту.
Я беру карту, но не разворачиваю. Я смотрю на этого типа и пытаюсь найти швы на его костюме.
Пытаюсь и не нахожу.
— Ты кто? — спрашиваю я.
— Лу.
— Я не про имя. Ты кто?
— Обычный сумеречный демон, — он пожимает плечами. — И необычный — потому что меня любила леди Финч.
— И ты умеешь летать?
Я пытаюсь удержаться за осколки реальности, но получается плохо.
— Да. Все сумеречные демоны могут летать. Иначе зачем бы мне это.
Он поворачивается ко мне спиной и распрямляет свои огромные чёрные кожаные крылья, каждое из которых больше самого Лу.
— Ты демон, — я даже не спрашиваю — я просто хочу этот осознать.
— Да, — кивает он. — Сумеречный. Что в этом тебя удивляет? Ты не видела сумеречных демонов?
— Я никаких не видела.
Интересно — если сходишь с ума, то сразу понимаешь это или постепенно?
— Похоже, у тебя там… в Москве — скука полная.
Кажется, я только что придумала единственно правильное объяснение всему что я вижу перед глазами.
Лучше спросить об этом прямо. Честный вопрос — честный ответ.
— Я умерла?
Демон оглядывает меня с ног до головы, затем подбегает, прижимает ухо к моей груди и прислушивается.
С неохотой отрывается от меня, поднимает голову и качает головой:
— Нет. А почему ты так решила?
— Это не может быть правдой. Ты — не можешь быть правдой.
— Тебе пора домой, — напоминает он вместо того чтобы разубеждать меня. — Это просто — разворачиваешь карту, находишь на ней свой город и прикасаешься к этому месту.
— И?
— Что «и»? — И что будет дальше?
— Ничего особенного — ты просто окажешься там.
— Правда?! Так просто?
— А ты хотела сложнее? Вперед! Начинаю разворачивать карту… старинная и очень даже сказочная с виду. Не может быть на ней никакой Москвы. Не может! Есть.
Я даже незаметно щипаю себя за бок. Старинными английскими буквами прямо так и выписано «Moscow».
— Ну же! — демон нетерпеливо пихает меня под локоть.
Прицеливаюсь и касаюсь карты.
Бах! Темнота.
Вихрь… только в моей голове наверное.
* * *
— Девушка, куда вас? — человек родом из Средней Азии сдвинув кепку вытирает лоб и заглядывает мне в глаза. И сидит он в такси. За рулём. В обычном московском такси. А я стою прямо на проезжей части… хорошо что рядом с тротуаром.
Оглядываюсь — неужели и правда дома?!
— Приезжая, — решает он.
Ну да. Ну да. Раз оглядываюсь — значит приезжая. Другие варианты ему в голову не приходят? Например что я могла разбиться на самолёте, выжить и оказаться на неизвестном острове. И демон на этом острове просто дал мне руну портала…
Нет. Такое ему точно в голову не придёт.
— Едем? — более прямолинейно интересуется тип в кепке.
Сажусь на заднее сиденье и называю адрес. Адрес Ульяны — соваться в любые другие места не разведав обстановку мне не стоит.
Глава 6
* * *
Зря я так.
Без предупреждения.
Вот только как я могла её предупредить без телефона? По почте телеграмму отправить? Мелом на асфальте перед окном написать — «Уля, я жива. Не пугайся когда я позвоню тебе в дверь». Написать мелом, а потом бросить в стекло камень… чтобы она выглянула и прочитала.
Кажется у неё сердечный приступ, а я не знаю как помочь.
А раз не знаю как помочь, то просто отодвигаю в сторону и закрываю за собой дверь.
Дома она одна — это я точно знаю. Петька её — на работе, дети в школе.
— Марго? — лепечет она мне вслед.
— Да! Да! Я жива!
Топаю сразу на кухню — мы с Улькой слишком большие подруги чтобы церемониться.
Сразу ставлю кофе, затем иду в ванную, нахожу в тумбе чистое полотенце забросив его на кабину лезу под душ. Надо смыть с себя океан и песок.
Прохладные струйки воды приводят в чувство сразу. И подтверждают — я и правда жива и вернулась в Москву.
По привычке закрываю дверь на щеколду и сразу же слышу стук.
— Я не могу! Я уже в душе.
— Ты жива? Ты правда жива? Она не тупая, нет. И я её понимаю — если по телеку уже сообщили о том, что твоя подруга погибла, а через пару часов она звонит тебе в дверь, а потом ставит кофе и лезет под душ… тут будешь сомневаться в чём угодно.