Амулет богини Бэнтен (СИ)

- Какое ужасное происшествие… бедная Акико-тян! И вы не должны были ничего этого видеть, Йомэй-сама. Это несправедливо. – Тихо произнёс Юки, когда они шли по мосту.
Широ промолчал.
Ему было очень жалко несчастную девушку, но ещё больше было жалко себя и Юки. Теперь от наказания им не спастись: господин Райдон непременно узнает, что они с Юки хоть косвенно, но всё же стали причиной смерти служанки. Как же ему всё объяснить? Широ пока ничего не мог придумать, мысли путались.
И ещё одно обстоятельство смутно тревожило его:
Акико съела сливы из ЕГО горшочка. Из того горшочка, который предназначался ему, Широ.
Конечно, не прошло и двух часов, как Широ вызвали в господские покои. Асакура полулежал на двух футонах, один из которых был свёрнут валиком и подложен ему под спину, пухлое лицо его кривилось от боли, но глаза были ясными и строгими.
- Йомэй, будь добр, расскажи мне без утайки обо всём, что сегодня произошло. – Велел он.
И Широ рассказал, действительно ничего не утаив, хоть из его слов выходило, что это именно ему, а не Юки, пришла в голову дурацкая затея пригласить на свидание служанку, и что Юки отговаривал его, но он, Йомэй, стоял на своём, и Юки пришлось подчиниться. Широ подробно описал их короткий разговор втроём.
- А потом Акико-тян стала есть сливы, подавилась и умерла от удушья. – Сухо закончил он свой рассказ.
Лицо Райдона стало ещё более строгим.
- Она стала есть острые маринованные сливы после чая? – Спросил он.
- Да, именно так. – Честно сказал Широ.
Райдон молча смотрел на него, будто пытаясь прочитать что-то на лице мальчика.
- Это всё? – Наконец спросил он.
- Да, отец. – Ответил Широ.
- Ты сам понимаешь, что поступил дурно. Стоит мне объяснять, что именно в этой истории мне не нравится?
Широ покачал головой.
 - Но я не вижу твоей вины в смерти девушки. Наказание твоё будет таким: ты сейчас же найдёшь Сагара-сана, прикажешь ему выдать семье этой служанки вспомоществование на похороны и поминальную службу, а также передашь через него извинения – от своего лица. Обстоятельства смерти Акико всё равно станут известны слугам, так что они должны знать, что ты не отрицаешь своего участия в этой истории, не делаешь вид, что тебя там не было, и не прячешься за мою спину. Тебе всё понятно?..
И Широ пришлось извиняться перед слугами. Хорошо хоть Асакура-сама не заставил его спускаться для этого в людскую.
Снег совершенно стаял, но беспокойство Широ не проходило. Как он ни уговаривал себя, что всё это его выдумки, и что злосчастный горшочек пришёлся на его долю совершенно случайно, и что крышка была хорошо залита смолой, но полностью изжить страх не получалось. Что если кто-то пытался его отравить? Но кто? Почему? Зачем?
О своих сомнениях Широ ничего не говорил Юки, боясь показаться трусливым глупцом в его глазах. Вместо этого он приналёг на учёбу и старался как можно быстрее забыть о неприятном событии.
Но Юки видел, что поведение друга изменилось, и хотя он не понимал причины этого, но изо всех сил старался развеять его хандру.
- Помнишь, я говорил тебе о том, что в большой деревне есть театр? Может быть, ты захочешь посмотреть на зрелище, а, Широ? – Однажды спросил он.
Широ изумлённо посмотрел на него.
- После того, что произошло, снова вызвать гнев Асакура-сама? Юки, на что ты опять меня подбиваешь?
- В сущности, в этом нет никакого преступления. – Уверенно сказал Юки. – В этот раз мы отпросимся у Асакура-сама, как положено. Про театр говорить необязательно: он расположен при храме, так что мы можем сказать, что отправились в храм. Это будет честно.
Широ улыбнулся:
- Ну и кто из нас плут и мошенник?
Мальчики посмотрели друг на друга, очень довольные своей придумкой.
- Одно плохо: если я соберусь в деревню, за мной обязательно увяжутся эти три дурака. – Широ имел в виду своих телохранителей. – Надо бы как-то уйти без них… Вот что, Юки, позови сюда, пожалуйста, Сагара-сана, если он не занят.
Сагара-сан был занят, но поспешил прийти. Широ с невинным видом попросил его спросить у господина Асакура, можно ли ему, приёмному сыну, изредка посещать храмы и святилища. Через полчаса Сагара-сан вернулся сообщить, что разрешение получено.
 
- Ну вот, теперь можно ходить в деревню! Главное, не забывать каждый раз прихватывать с собой сувениры из храма для Асакура-сама. – С довольным видом сказал Широ.
Юки, видя, что молодой господин успокоился и захвачен мыслями о грядущем удовольствии, перестал за него волноваться.
Через несколько дней Юки разбудил Широ с рассветом.
- Вставайте, Йомэй-сама, спектакль начинается рано утром.
- Что? – Сонно пробормотал Широ. – Но ведь солнце едва взошло!
- Таков уж обычай. Но поутру, чтоб разбудить публику, актёры обычно играют весёлые пьесы. Вам понравится! Только собирайтесь быстрее, нам довольно далеко ехать.
 - Ехать? – Изумился Широ.
Он постарался как можно быстрее умыться и переодеться в неброские хлопковые одежды, принадлежащие другу. Юки в это время куда-то исчез, а когда вернулся, глаза его весело поблёскивали.
Вдвоём они вышли из комнаты, охранители – Кента, Даики и Ботан, все втроём, - молча пошли за ними. Мальчики сделали вид, что их это нисколько не смущает.
Они прошли через парк, вышли наружу через незаметную дверцу в высокой стене и сразу же увидели первые домики: деревня начиналась за стеной. Широ со своими спутниками прошёл несколько десятков шагов, потом остановился на пороге лавки кузнеца, якобы в раздумьях, куда же следовать дальше.
- Йомэй-сама, отпустите меня в овощную лавку! На кухне зелень закончилась, стряпуха попросила купить! – Громко сказал Юки, кланяясь.
Широ сделал недовольное лицо.
- А вчера ты этого сделать не мог, бездельник? Теперь будешь задерживать меня во время моей прогулки? Ступай, но если за миг не обернёшься, уйду без тебя!
Юки кивнул и опрометью кинулся куда-то влево, тут же растворившись между строений. Широ поскучал, поглазел по сторонам; самураи-охранники стояли рядом, как три живые статуи.
Юки вылетел перед глаза так неожиданно, что Широ чуть по-настоящему не испугался. Одежды на нём были распахнуты, глаза лезли на лоб:
 - Ах, Йомэй-сама, беда! Сюда бегут какие-то разбойники! Все вооружены, наверное, прознали, что вы вышли из замка!
- Где они? Сколько их? – Ботан, старший из самураев, сразу же выхватил меч из ножен, остальные последовали его примеру.
- М-м-м… пятеро! Они там, вот за той гостиницей!
- Хорошо… Оставайтесь здесь, Йомэй-сама, не отходите от лавки.
 - Да у меня от страха ноги не идут! – Заохал Широ, хватаясь то за живот, то за голову.
Но стоило самураям убежать в указанном направлении, как ноги у него задвигались, причём очень бойко: когда телохранители поняли, что их обманули, мальчиков уже и след простыл.
- Вот, господин Широ, ваш храбрый конь, пожалуйте! – Смеясь, Юки похлопал по крупу медлительную бурую корову.
- Что? Какой же это конь?
- Так ведь крестьяне на лошадях не ездят, Йомэй-сама. Ни к чему всем сообщать, что вы из господского дома.
- Я знаю, я ведь для этого и переоделся в твою одежду, верно? – Широ без удовольствия оглядел свои жёсткие короткие хакама. – Но ведь мы можем пойти пешком?
- Пешком тоже нехорошо: нужно показать, что вы хоть и не княжеских кровей, но и не какой-нибудь бедняк, а то все лучшие места у сцены достанутся другим, и мы с вами ничего не увидим.
Пришлось Широ лезть на корову, взнузданную, как лошадь. Юки взялся рукой за уздечку и повёл корову по улицам.
 
Шли они долго, в деревне стало совсем светло. Пешком, вероятно, вышло бы быстрее, зато Широ мог без помех глядеть во все стороны.
Юки не обманул, когда говорил, что здесь скоро вырастет город: большую часть центральных улиц уже занимали не крестьянские жилища, а дома ремесленников, продуктовые лавки и увеселительные заведения. Строительство шло полным ходом: отовсюду слышался скрип досок и разговоры рабочих.