Невеста моего отца (СИ)

Вопрос Влада выбивает почву из-под ног. Я вздрагиваю и принимаюсь отрицательно мотать головой.
— Ладно, ты ещё скажи, что ты девочка-скромница и ни разу ни-ни…
Я молча поджимаю губы и ничего не отвечаю — это не его дело. Владу незачем знать правду.
— Хорошо, я тебя понял… Не хочешь говорить, значит! А ты когда-нибудь любила?
Почему он решил затронуть именно эту тему? Вдруг вспомнил меня? Конечности немеют и начинают дрожать от страха. Дыхание становится каким-то судорожным, ледяным.
— Да. А ты? — решаю немного перевести тему.
— И я любил один раз… Но это в прошлом… Ладно, ты доедай и помой посуду — с меня завтрак, а с тебя посуда. А я хочу пройтись по окрестностям райончика, может, кого из знакомых увижу.
Мне кажется, что Влад просто бежит от меня и неудобного разговора, но так даже лучше для нас обоих. Я дожидаюсь, когда он уходит, и с облегчением выдыхаю, а потом вспоминаю его слова:
Любил один раз…
В прошлом…
Вряд ли это была я… А я ведь тогда на самом деле верила в искренность его чувств.
  
Глава 17. Влад
 
Три дня не просто проходит, я бы даже сказал — пролетает, и я понимаю, что на самом деле с Настей не так уж тошно, как казалось изначально. Мне нравится проводить с ней время, нравится играть с ней в карты и шашки, нравится говорить с ней обо всякой ерунде… Мне нравится всё, что связано с ней. И я всё чаще провожу параллель между ней и Невестой. Порой мне начинает казаться, что это один и тот же человек. Вот только вряд ли девочка с брекетами превратилась бы в такого прекрасного лебедя… У них есть одно огромное сходство — душа, в которую хочется провалиться, утонуть в ней и остаться там… И совсем неважно, насколько эти девушки похожи внешне. Я ловлю себя на мысли, что и не помню толком, как выглядела Невеста — её образ выветрился из головы и остался там расплывчатым облаком воспоминаний о былом.
Сидя на скамейке у дома, я думаю, почему не стал искать Невесту в своё время. Я потерял её почтовый адрес. Перерыл всё, когда приехал домой, но бумажка с адресом словно канула в бездну. Я ждал, что она сама напишет мне, и я смогу ответить. У неё точно должен был остаться мой почтовый адрес, потому что она записала его не только в свой блокнотик, но ещё и в старенький кнопочный телефон. Вот только ничего… Мы даже номерами не обменялись, как бы глупо это ни звучало. Хотели романтики? Я не знаю, почему тогда поступил так опрометчиво. Я был слишком окрылён, одурманен ею, а когда рассказал всё отцу, он лишь погрозил пальцем и заявил, что проблемы с законом ему не нужны, что если я сделал что-то с несовершеннолетней, то оправдывать меня он не станет… Не получив писем от Невесты, я просто смирился с тем, что она отказалась от меня, а ведь с деньгами и связями отца я легко мог найти её… Да даже сейчас мог бы восстановить список отдыхающих в лагере в том году и отыскать её. Тогда почему не сделал этого? Я не могу ответить на этот вопрос. Наверное, оказался трусом и не захотел получить в глаза правду о том, что ей просто нужен был защитник в лагере. Не я… Защитник… Просто тот, кто будет оберегать её от злых сверстников.
Плавно я улетаю в прошлое, в тот день когда впервые увидел девчонку.
Я просто проверял, всё ли в порядке на территории лагеря, куда отец отправил меня вожатым на месяц, так сказать на перевоспитание. Ничего не предвещало беды, пока я не увидел барахтающегося в озере подростка. Как бросился в воду, я и не помнил, как вытащил её — тоже. Пришёл в себя я только тогда, когда мы оба оказались на берегу.
— Здесь нельзя купаться! Для кого стоят знаки запрещено? Этот инцидент дойдёт до директора, и многие из вас уже сегодня же отправятся домой! — закричал я на зевак, которые стояли неподалёку с разинутыми ртами.
Она разбежались в разные стороны, а девчонка, которую я только что вытащил, тряслась, обхватывая себя руками.
 
— Ты как? — спросил я у неё, сев на песок, смешанный с мелкой галькой, рядом с ней.
— Н-н-нормально! — заикаясь, ответила она. — Сп-пасибо за то, что спас меня.
— Из-за чего всё случилось?
Я чувствовал, что она боится говорить со мной начистоту, но рассказать правду должна будет.
— Не бойся никого! Теперь ты будешь под моей защитой! Я не позволю им навредить тебе!
Девочка несмело посмотрела на меня и тяжело вздохнула:
— Всё началось с того, что… Всё это глупый конфликт… Одной девчонке не понравилось то, что меня поселили в одну комнату с ней. Я мешала им с подружкой сплетничать, и они частенько закрывались изнутри, чтобы только я не подслушала их тайные разговоры… — Она замолчала и снова посмотрела на меня: — Разве всё это имеет значение? Ты не должен нянчиться со мной! Ты не из нашего отряда даже!
— Не должен, но хочу… Что случилось дальше? Ты рассказывай, время у нас поговорить есть, пока ты не обсохнешь немного.
Я осторожно приобнял её за плечи — хоть и сам был мокрым, а вместе, оно теплее как-то.
— Дальше… Эти девчонки решили подставить меня и Эдику, вроде бы именно так его зовут, написали записку от меня, что я хочу стать его невестой. Детский сад! Они сказали, будто я им сообщила, что мы с ним встречаемся и скоро поженимся. В общем, повели себя как дети. Вот Эдик и разозлился. Когда все начали называть нас женихом и невестой, он решил доказать им, что это не так, хотел унизить меня при всех… Вышло так себе. Я кричала, что не умею плавать, но он не услышал, наверное.
— Невеста, значит? — негромко засмеялся я.
— Что, прости? — переспросила девчонка.
— Интересное прозвище — Невеста! Мне нравится. Так и буду называть тебя! Слушай, Невеста, теперь ты под моим крылом! Если кто-то посмеет что-то сказать или косо посмотреть в твою сторону, ты только дай знать!
— Спасибо, но ты ведь не нашим отрядом занимаешься…
— Да я всех вожатых знаю! Скажу вашему вожатому, Петьке, чтобы он приструнил умников. Они, скорее всего, уже сегодня уедут домой. При условии, что ты назовёшь их имена.
— Я не могу!
Невеста покраснела и отвела взгляд в сторону.
— Слушай, стукачество — это плохо, но травля — ещё хуже! Потом вот из этого всего вытекают жертвы суицида и прочего идиотства, которое приходит в голову подросткам! Давай, Невеста, помоги мне наказать виноватых! Я обещаю тебе, что защищу тебя, и никто не сможет навредить тебе!
И я защитил её, но слишком сильно увлёкся ей и даже не заметил, как влюбился, как она запала в душу и стала значимой частью меня самого.
Мысли прерывает звонок заместителя отца. Я думаю, что он хочет… Скорее всего, уладить рабочие вопросы… Вот только неужели отец не сообщил, что я во временном «загуле»?
— Слушаю, — отвечаю я, позёвывая, и подношу телефон к уху.
— Влад, ты в стране? — спрашивает мужчина серьёзным тоном.
С чего бы ему задавать такие вопросы? Уж не хочет ли он выяснить, где я нахожусь, чтобы выйти на Ненастье? Да бред! Откуда ему знать, что я прячусь в загородном доме с невестой собственного отца? И зачем ему могла потребоваться эта девчонка? Да и знает ли он о ней хоть что-то?
— Что стряслось? — спрашиваю я, делая вид, будто он разбудил меня.
— У меня плохие новости, Влад… — мужчина выдерживает драматичную паузу, а у меня начинают трястись руки.
Что-то случилось!
Просто так он бы не стал мне звонить! Но что именно? Вряд ли он хочет обсудить со мной рабочие моменты…
— Не тяни! — почти рычу я.
 
— Твой отец попал в больницу с сердечным приступом. Городская клиническая.
— Я скоро буду!
Я отключаю телефон и долго смотрю в одну точку перед собой, злюсь на Ненастье, на её отца, на то, что мой решил копать под Светлова. Зачем ему надо было устраивать разборки с этим проклятым мафиози? Не понимаю всю степень серьёзности, но точно знаю, что если отец в клинической, то дело худо.