Играя в людей. Том 1 (СИ)

— О! Привет!
Под крышу зашёл парень, года на два старше Коли. Сначала он показался студенту незнакомым, но, присмотревшись, тот вспомнил, что видел его разговаривающим с Михаилом в коридоре. Как же его фамилия…
— Симонов. Константин.
Коле протянули широкую ладонь. Он ее пожал. С некоторой осторожностью, напрасной впрочем.
— Рязанцев Николай.
Костя улыбнулся.
— Бррр, холодина!
— Есть такое.
— А ты куришь?
Коля молча достал мятую пачку с сигаретами.
— О, спасибо! Буду должен! — приятель Михаила щёлкнул серебристой «Зиппой», блаженно затянулся.
— Не могу без этой дряни, — признался он сокрушенно.
— Я тоже, — Коля чиркнул простой дешёвой зажигалкой и торопливо спрятал ее в карман.
— Да, от привычки никуда не деться, — протянул Костя. — Я вообще люблю все новое пробовать, знаешь, мозги разгружает хорошенько. Впечатления даёт разные, такие… неизведанные. Прямо словно груз с плеч скатывается. А там, где душе легче, там и мозг работает лучше, это неоспоримый факт! Вот я так курево раз попробовал — и все, залип. Успокаивает, хоть и вредно. А вообще, это врачи говорят, что нельзя, а им веры нет. Они много чего рассказывают просто для устрашения. Скоро наркоту в больницах запретят, вредит же ведь здоровью, и помирай в муках! А если плохо человеку? Боли страшные? Телесные, душевные? Разве это милосердно — лишать его спасения?
Коля понял, что теряет нить разговора. Что-то совсем философской вышла эта странная беседа. Костя посмотрел на его лицо и рассмеялся.
— Да ты не думай, это я так, болтать люблю. Разговорчивый с детства. Вижу нового человека — знакомлюсь. Ты вот интересный, Миха на тебя зуб точит за что-то. Я вообще не люблю такие игры «пни товарища». И за что они над тобой издеваются? А ты молодец! Бодрячком! Слово за слово! Его аж перекосило. Жаль, жаль, что такого хорошего парня обижают. Не люблю я вообще несправедливость. От нее порой повеситься хочется. Но лучше, — он заговорщически подмигнул, — покурить. Или выпить. Расслабиться. Расслабишься — и сразу жить хочется, веришь? А то — тьма в душе. Проблемы прямо к земле тянут. А зачем нам, таким молодым, в землю? Нам в небо надо, да?
Костя задрал голову и выпустил вверх струю дыма. Николай молчал, решив, что ответа от него не особо ждут. В собеседнике было что-то… такое простое, свойское. Он говорил то, о чем думал Коля. Но позитивно. Как-то разумно. И действительно, надо отвлечься от проблем, и отдохнуть, а там все наладится. Так не бывает, чтобы все было плохо в двадцать лет.
Внутри что-то зудело.
Блин, какой-то старческий подход. Словно ему за сорок… Но отдохнуть все равно надо. Ведь можно это делать и за компьютером, верно?
Подошёл автобус. Опять не туда. Костя выбросил окурок на землю, махнул рукой.
— Ну вот, Коль, я тебе и перестану надоедать. Не ссы, все будет хорошо! Правда на твоей стороне! Ты только не грузись лишний раз, ок? И мозги не забывай проветривать!
Николай не успел ответить: новый знакомый заскочил в автобус и был таков. Следом, к облегчению Коли, подошёл наконец его транспорт.
Почти пустой — садись на любое место и наслаждайся неровным асфальтом. Николай сел у окна.
За пыльным стеклом плыл серый город. Дома, машины, прохожие. Собаки у светофора. Бомжи у мусорки. Мелькали цветные вывески, высвечивая фигуры разноцветным ореолом. «Аптека 24х7» — гласила одна из ярких вывесок. Под ней стояла и о чем-то разговаривала парочка: мужчина в районе сорока и девушка приблизительно Колиного возраста. Над их головами, словно строка уровня в игре, мигали цифры «24» и «7». Николай сонно подумал, что было бы интересно узнать, какого он уровня в этой жизни? А потом автобус тряхнуло, и он проснулся, нервно всматриваясь в мир за грязным стеклом. Увиденное не вдохновляло. Оказалось, задремав, Николай пропустил свою остановку. Хорошо, всего на одну дальше уехал, и до дома можно было добраться пешком. Студент вышел под фонарь, освещавший пустынный прямоугольник улицы, огляделся. Выбрал короткий путь, через дворы, и зашагал к ближайшей многоэтажке, на скамейке у которой сидела бабушка с поводком.
 
— Внучек! Внучек! — позвала вдруг та, обернувшись. — Помоги Жулька моего поймать!
Коля остановился.
— Здрасьте. Какой породы пес?
— Маленький, лохматый. Собачка как собачка. Ушки, носик, хвостик.
Коля вздохнул. Было бы странно, если бы бабкина собака выглядела иначе!
— Замёрзнет же, бедолага! — финальным печальным аккордом выдала женщина, потирая шерстяными колючими варежками морщинистые щеки. Коля неизвестно почему почувствовал вину.
— Вы в какой квартире живёте?
— Тридцать пятая.
— Идите домой, погрейтесь. Найдется собака — принесу.
— Нет! — заупрямилась вдруг яростно бабушка. — Я здесь подожду! — и пронзила Колю таким взглядом, словно подозревала, что он хочет ее Жюльку продать таксидермисту или, ещё хуже, на шаурму. Николаю ничего не оставалось, как пойти дальше, громко призывая:
— Жюлька! Жюлик! Кис… То есть гав-гав! Пёсик! Как тебя там! Жюль!
Прибежал пьяный дворник из подвала и две бродячие собаки, но маленького домашнего пса видно не было.
— Жюль! Жюлик!
— Да хватит орать! Ночь на дворе! — высунулась в окно первого этажа добропорядочная гражданка и попыталась попасть в Николая старой картофелиной. — Я сейчас полицию вызову!
— Простите…
Коля раз пять обошел все соседние дворы. Окончательно замерзнув, он в очередной раз повернул к скамейке, где сидела бабушка, но той на месте не оказалось. Вместо нее сидел какой-то долговязый школьник и уплетал за обе щеки шоколадку в мятой обёртке.
— Опоздал, — улыбнулся он Коле. — Я нашел пса! И награда моя.
Коля пожал плечами. Подросток вызывал у него стойкое ощущение сюрреализма происходящего. Может, он так и не проснулся? И ещё едет в том злополучном автобусе? Но замёрз он так, что пальцы колет! Во сне холод так не чувствуется.
— Придает энергии и поднимает настроение! — махнул долговязый шоколадкой перед Колиным носом.
— Идите вы, — буркнул Николай, чувствуя себя идиотом. Помог, блин, бабушке, только руки отморозил.
И он зашагал к собственному дому.
— Найдешь другой квест! — крикнули ему вдогонку.
В квартире было тепло, светло и пахло разогретой курицей.
— Я тебе половину оставил! — крикнул Витя из комнаты, не отвлекаясь от ноутбука. Коля вспомнил про подозрение о плевке и отвечать ничего не стал. Витька уже свою долю съел, так что делиться с ним опасениями теперь бессмысленно. Только приятного чувства, что остаётся после плотного ужина, лишать. Остаётся просто понаблюдать за его состоянием.
— Не спишь?
— Не! — друг всё-таки отложил ноутбук и вышел в коридор. — Думаю! Ну, то есть намётки кое-какие делаю. Нам тут конкурс предложили по игровой механике. Ребята со старших курсов, конечно, больше в теме, но тут же дело не только в знаниях, но и в творческом подходе! В общем, я впрягся.
И он вдруг неуверенно передёрнул плечами. Коля хлопнул друга по спине.
— У тебя и со знаниями все хорошо. А от твоей фантазии вообще все охренеют! Лариса Витальевна подтвердит!
Витька тоже вспомнил классную, не раз проводившую с ними нравственные беседы после их проделок, и рассмеялся.
— Боюсь, это вряд ли подойдёт. Хотя… — Глаза его вдруг зажглись азартом, и он рванул в комнату, к ноутбуку, срочно что-то записывать. Николай прошел на кухню, точно зная, что Витька выпал из реальной жизни на ближайшие полчаса, а то и больше.
На подоконнике, рядом с электрическим чайником валялась пустая коробка из-под диска. Коля вспомнил утро. Казалось, все произошло вечность назад. Он достал телефон, открыл контакт «Мама», посмотрел на стройный ряд цифр. Потом на время.
 
Поздно. Спит. Наверно. В любом случае, лучше ее ночью не беспокоить. Завтра он позвонит. Просто…
Ему представилось, что она тоже сидит на скамейке на улице. И ждёт, кто ей поможет. Потому что сын уехал в соседний город учиться и оставил ее одну. Папа только через неделю с вахты вернётся.