Красота требует жертв (СИ)
— Но я ничего не распространяла! — слишком громко возмутилась Кора, привлекая внимание.
Принц усмехнулся и подался вперед.
— А это,… моя милая Кора, еще надо доказать, — многозначительно поиграл бровями и, прихватив с собой альбом, удалился.
Кора ошеломленно смотрела принцу вслед…
_____________________________________
На ужин были брокколи. Кора не имеет ничего против брокколи. Но против них был голодный желудок и истощенный организм. Он после встречи с призраком еще не восстановился и требовал мяса, хотя бы курицы, шоколада и булок. А потому страшно урчал, не давая уснуть.
Вилиан повезло. Она привыкла питаться воздухом и силой внушения, а Кора так не умеет. Несмотря на то, что все деньги откладывались Лизи на приданое, в доме всегда было мясо и овощи, сыр и молоко. Пусть немного, пусть не каждый день и по чуть-чуть, но, мама говорит, в хорошем и правильном питании залог здоровья. А им здоровье нужно. Лизи ребенок еще совсем, ее на ноги нужно ставить. И не неплохо бы не только замуж удачно выдать, но и обучить.
Кора откинула одеяло. На потолке расплывались темные пятна, вероятно, крыша протекала. И отделка облупилась…
Испустила тяжкий печальный вздох и поднялась. Надела шерстяные носки, домашние штаны, свитер растянутый, который больше похож на платье, прихватила пару медняков и выбралась из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.
Рискованно, но… Кора может получить голодный обморок, который позволить себе не могла.
Осторожно покинула гостевое крыло и перебежками направилась в сторону поварской, кладовой и холодильной, стараясь избегать охрану. Не исключено, что повара и прислуга еще не спят, может, делают заготовки на утро, но попробовать стоило. Нет, не своровать, купить. Кора оставит монетку или попробует договориться, если там кто-то есть.
Хозяйственное крыло находилось в самой дальней части замка, пока Кора добралась…
Коридоры освещались тускло. Скрипели оконные рамы, на улице завывал ветер, от стен веяло холодом… Кора молила только об одном, не встретить призрака сейчас. Нет, она не боится. Просто новой встречи может не выдержать и останется лежать здесь: без сознания и защиты. Еще неизвестно кто на нее наткнется. К слугам и стражникам доверия особого не было…
Кладовая была запрета. Кора подергала ручку, посмотрела в щелочку и вздохнула. Голод повел ее дальше. Из подсобного помещения доносились голоса. Кора прислушалась.
Пустая болтовня служанок. Перемывают кости участницам и придворным…
Пригибаясь, спустилась в поварскую и тихо открыла дверь…
Зашла и прижалась к стене. Вроде тихо… Постояла немного, прислушиваясь, и осторожно направилась на поиски, стараясь не греметь кастрюлями.
В одной был жирный говяжий суп. Интересно для кого? В огромной сковороде жаркое… Кора сглотнула слюни, отчаянно желая взять тарелку и навалить себе всего понемногу. И не важно, что еда перемешается, главное, чтобы в желудок попала, а там как хочет…
В шкафах стояли банки с крупами, макаронами, мукой… Под белым полотенцем, в латке, лежал хлеб. Кора отыскала кулек и сложила в него кусков, может, десять, с полбуханки. В вазе лежали карамельки. Сунула в карман штанов горсть и продолжила поиски.
… дверь неожиданно хлопнула. Раздались приглушенные голоса.
Кора в панике заозиралась и кинулась к первой увиденной двери. Спряталась за ней, прижимая к себе хлеб и зажмурилась.
… голоса стали ближе.
Сквозь щель пробивался свет, Кора увидела мужские силуэты и даже дышать стала реже. Отошла подальше от двери, не дай Бог, заметят.
… на полках, встроенных в стену, лежали винные бутылки в специальных углублениях. Вряд ли это винный погреб, скорее временное хранилище, чтобы вино всегда под рукой было…
— … видел бы ты ее глаза, когда я сказал о задержании, — голос показался знакомым.
Кора закусила губу, молясь, чтобы ее не обнаружили. Одно дело — карикатуры, и совсем другое — воровство. А ведь подумают, что именно ворует…
— Зря ты… я же говорил, давай выберем другую, — раздраженно отозвался второй голос, от которого сразу же поползли мурашки по телу. — Положи жаркое. От этих овощей уже тошнит…
— Я не понимаю, чего ты испугался?..
— Я испугался?! Да… иди ты! — что-то громыхнуло и раздался смех. — Ты прекрасно знаешь, что будет все как обычно. А я уже устал от этих игр…
— Ты боишься… — насмешливо протянул первый голос, который, вероятно принадлежит Эдриану. Кора больше ни у кого не слышала таких мягких, убаюкивающих ноток.
— Слушай… — а вот раздражение принадлежит Алексану. Он на редкость не сдержан… — Достань лучше вина. Не могу… башка болит от этого конкурса…
… Кора вжалась в стену.
— Это не от конкурса, это от маминого правильного питания, — дверь распахнулась, ослепляя… — А вот и закуска… — удивленно протянул Эдриан, глядя Коре в глаза.
Еще никогда в жизни Коре не было так стыдно. Мало того, что на ней не пойми, что надето… В руках хлеб, так еще и подслушала то, что явно было не для ее ушей.
— И как много ты слышала? — невозмутимо поинтересовался Эдриан, чуть отойдя, давая Коре возможность выйти.
Кора задумалась. А что, собственно, она слышала? Речь шла, вероятно, о ней. О том, что принцы затеяли какую-то игру. Очевидно лишь одно…
— Ничтожно мало, но чтобы вы не задумали, я не хочу принимать в этом участие, — ровно произнесла она. — И хлеб я не воровала, — достала из кармана штанов приготовленные деньги и положила их на стол, бросив украдкой взгляд на второго принца. Алексан застыл и смотрел перед собой, ничего не видящем взглядом. Казалось, ему абсолютно безразлично происходящее.
— Я прошу прощения, но мне пора, — Кора уважительно склонила голову, не пытаясь изобразить реверанс в таком убогом виде, только еще больше опозорится. Но только сделал шаг, как была остановлена…
— И вы, милая Кора, ничего не желаете нам объяснить? — насмешливо протянул Эдриан.
Кора поджала губы и обернулась.
— А вы? — глядя принцу в глаза, смело спросила она. — О чем вы сейчас говорили? О каких играх шла речь? И что это значило: «Я же говорил, давай выберем другую», — передразнила она.
— А в неплохо умеете подражать, — усмехнулся Эдриан и отодвинул еще один стул.
— Спасибо, — притворно улыбнулась Кора.
Алексан потер уставшие глаза, поднялся и взял из шкафа чистые тарелки с черным орнаментом по краю.
— Садись, — велел он, кивнув на стул. — Что будешь, суп или жаркое?
Кора хотела отказаться, но просто побоялась, что желудок в приступе голода ее задушит. Или сожрет…
— Суп, — тихо вымолвила она. — И жаркое…
На губах Алексана промелькнуло подобие улыбки.
— А ты забавная, — протянул Эдриан. Поднялся и скрылся в той самой кладовой, в которой пряталась Кора. Алексан гремел тарелками.
Кора вздохнула, отругала себя мысленно и поднялась.
— Давайте. Я помогу, — тихо произнесла она за спиной у принца и осторожно забрала из его рук тарелку и поварешку, избегая контакта глазами.
Принц кивнул и отошел. Из кладовой вышел Эдриан.
— Вино? — предложил он. — Розовое, полусладкое. Исключительно для аппетита и хорошего настроения.
— Пока я с вами не встретилась мое настроение было чудесным и без вина, — не оборачиваясь произнесла Кора и чуть не выронила поварешку. — Простите… — спешно пробормотала она, закусив губу.
— Чтож… — насмешливо протянул Эдриан. — Принимаю этот ответ за согласие, — достал три фужера и поставил их на стол.
Кора налила суп, поставила тарелку и стала накладывать для принцев жаркое.
— Слышал, вам сегодня было плохо? — поинтересовался Эдриан, когда Кора закончила накладывать еду и села.
— Пустяки, — пробормотала она, старательно не глядя на принцев. Неуверенно взяла ложку и покрутила ее.
— Предлагаю… — Эдриан разлил вино по фужерам и поднял свой. — Предлагаю забыть то, что сегодня произошло. И начать наше знакомство заново.