Его брат хочет тебя (СИ)
Уже со временем я проанализировала этого человека. Поначалу Кирилл присматривался ко мне со стороны, смотрел, как я себя вела, чем увлекаюсь, с кем общаюсь, какого возраста я была. Затем у нас произошла одна нечаянная встреча на темной улочке и вскоре он разузнал мой номер телефона и доставал бесконечными смс. Я уже тогда побаивалась его, но старалась заверить себя в том, что мой страх беспочвенный. Поэтому я общалась с Кирилом, но как с обычным знакомым, отвечала на простые вопросы о своей жизни и увлечениях. И мне это не казалось странным, ведь с мальчишками в классе общалась просто так и они не хотели чего-то от меня. Как-то раз он сказал:
«Если будут приставать, то обращайся ко мне. Я разберусь.»
Вероятно, в тот момент он уже причислил меня к статусу «своей девушки». Или же, проще говоря, той, к которой он мог относиться, как к своей собственности. Но в силу моего юного возраста не мог начать серьезные отношения. Заниматься сексом или целоваться. Даже я понимаю, что поцелуи лишь раззадоривают мужчину к дальнейшим действиям.
Казалось, что Кирилл меня охранял от парней и, получается, растил для себя.
Он охранял меня ровно до тех пор, пока я подходила под критерии идеальной девушки для самого Черного. Узнав обо мне изуродованную правду, Кирилл один раз пытался проучить шлюшку, после чего я сбежала.
Сейчас он повзрослел и мстить не собирался, но точно также видеть «такую, как я» рядом со своим братом он не желал. Даже в те времена я не уверенна, что парень испытывал ко мне какие-либо чувства. Теперь, с высоты возраста и опыта я размышляла с долей скепсиса и не витала в розовых облаках, осознавая вряд ли у него ускорялось сердцебиение при виде меня или он думал бессонными ночами обо мне.
От такой ереси мне на одну секунду стало смешно, и, я прекратив намазывать губы блеском оглядела свой вполне цветущий вид. Поправила белое платье и пришла к выводу, что хоть и не являлась Мэрилин Монро, но Стасу нравилась.
* * *Забавно, но ребята сегодня вышли на ужин в одинаковой одежде и даже с одинаковыми прическами. Для гостей стало забавным развлечением — попытаться отличить близнецов. Более пяти минут длился спор и к своему огорчению я не могла отличить их. Когда ребята смотрели в одну точку и стояли ровно, опустив руки в карманы джинсов, их невозможно различить. Даже движения кистей или взмах рук одинаков.
После дружной попытки разгадать ребус, я услышала внезапное предложение Марго:
— А давайте Нику попросим различить парней? Должна же она узнать своего любимого парня, — ее голос был пропитан ехидством.
После замечания девушки послышались возгласы одобрения и редкие хлопки, подбадривающие меня пройти к близнецам. Что-то было во взгляде Марго такое черное, неприятное, будто она о чем-то знала или заранее была уверенна в моем проигрыше.
Что она хотела добиться этим подначиванием? Хотела показать мою ничтожность? Возможно ли, что Кирилл рассказал ей, как я не отличила его от Стаса и почти легла под него? Нет. Он не мог. Или мог?
Марго уже улыбалась, прокручивая бокал с шампанским между длинными пальцами с розовыми длинными заостренным ногтями. Я же попыталась отказаться от приглашения и отрицательно завертела головой.
— Ну нет. Никто не распознал, а я должна?!
Мой ответ потонул под всеобщим свистом, а один весельчак из компании Кирилла начал меня подпихивать под локти.
— И скажут тебе перед алтарем… объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать мужа. Кого сейчас поцелуешь, тот и будет мужем! И потом уже неважно узнала или не узнала. Тест тебе такой на будущее.
Вроде взрослые люди, а немедленно превратились в стадо животных, пришедших на цирковое представление. Тот же весельчак взял меня за плечи и подтолкнул на радость гостям к парням, стоявшим по середине зала в свете люстры. Пришлось остановиться напротив двух одинаковых парней и попытаться их различить.
Я оглядела их внимательно, но мне показалось, что они одинаковы в тот момент, когда они оба пристально смотрели на меня в ответ. Сразу вспомнила замечание Кирилла по поводу их различий: размер ног, ладоней, члена и голоса у них должны быть расхожие. Но это вранье, я знала просто родных сестер из университета, у которых голоса безумно похожи.
Левый или правый парень?
Первым подошла к левому.
— Я просто так подошла! — насмешливо заявила и указала на левого близнеца, имела ввиду, что не выбираю его как Стаса.
Долго присматривалась и даже принюхивалась к парням, а, в особенности, к одеколону, который сегодня у них оказался одинакомвым. Взяла правую руку парня и вытащила ее из кармана его джинсов, крепко обхватила пальцами, надеясь через тепло понять, кто его владелец. Накрыла второй рукой крепкую руку и держала, одновременно пытаясь увидеть по глазам, кто он. Ведь должны были отразиться эмоции во взгляде, но тот был полностью равнодушным.
Ладонь оказалась теплой и большой. Я долго присматривалась к парню, пока он не склонился ко мне и губы не приоткрылись, с явным намерение поцеловать. Я не успела додумать мысль, как сбоку близнец ударил брата в плечо и заставил того отойти:
— Бля… Кир! Какого хрена!?
Гостям эта сцена показалась ужасно смешной, а Кирилл лишь спокойно отошел от удара и скривил уголок губ в бок, дав понять брату, что это все это лишь насмешка.
— Стас, я пошутил. Не будь таким серьезным. Много раз говорил меня не возбуждает твоя колхозница, — парень рукой поправил волосы и, наконец, ушел из центра зала, направляясь к друзьям.
Эта сцена действительно показалась гостям забавной. Все пришли к единогласному мнению, что старший Чернов — будущий управленец, не мог обратить внимания на такую, как я. А вот красавица Марго с длинными ногами — другое дело. В ней чувствовалась порода.
Мы со Стасом после ужина долго гуляли за ручку по отелю, рассматривали большие залы с телевизорами, огромный аквариум с рыбами и даже маленькой акулой, смотрели в огромные окна на улицу, полностью запорошенную снегом.
Место, в котором мы были, находилось высоко в горах. Стас — любил экстремальный спорт, лыжи, сноуборд, я в данном виде спорта не очень опытна.
После прогулки и хорошего ужина, когда мы прощались с ребятами в ресторане, я боялась даже взглянуть на Кирилла и оценить степень его недовольства. Одно знала точно, рефлекторно я ощущала мороз по коже и это при условии, что хорошо поела и выпила вина и мне должно быть крайне жарко в теплом помещении.
В течение вечера Черный специально изводил взглядом, показывая, как смотрят на меня мужчины и для чего я гожусь. Я выглядела не откровеннее, чем его Марго, которая постоянно разговаривала с ним и намеренно перебрасывала ногу на ногу, скорее всего, чтобы показать утонченные изгибы ног и дизайн нижнего белья.
Я не замечала его взглядов, просто игнорировала. Он должен прекратить себя так вести, если не хотел расстроить брата.
Позднее пришли в мой номер и легли смотреть фильм. Выпили со Стасом вина, расслабились и даже целовались, но у меня не было желания перейти из состояния легкого интереса к активным действиям и позволить парню больше. Внутри меня по-прежнему стоял невидимый барьер и даже немного страха.
После полуночи мы с огромным трудом распрощались со Стасом, потому что тот не желал уходить.
— Ты не можешь меня выгнать! — повторил вновь.
Сколько бы раз я ему не отказывала Стас сегодня был очень напорист и все мои доводы против совместной ночевки сметал. Чернов иногда бывал очень упрямым и всегда добивался того, чего желал. К примеру, в эту поездку он все же уговорил поехать и встречаться с ним тоже.
— В конце концов, у меня послезавтра день Рождения, а ты обещала мне сделать подарок. Хочу обещанный подарок. Или ты не выполняешь свои обещания? — это была последняя капля после которой я начала Стаса выталкивать из комнаты насильно. Уперлась ладонями ему в спину и направила к выходу.
— Ты — очень жестокая девушка! — продолжал строить из себя обиженного Стас, что меня только сильнее раздражало. Я не любила, когда на меня давили, поэтому нашла аргумент в свою защиту: