Агент влияния

– А не надо было рассказать ему, что происходит? Про камеры в шурупах, например?

Филиал прокрутил ему трансляцию с камер в такси из аэропорта. Про «Курсию» он уже знал.



– Правда? – Верити посмотрела на Джо-Эдди.

– Только понаслышке. Жутко, но скучно? Из разряда банальности зла?

Он прошел в кухню, Верити за ним. Открыл холодильник, достал пакет апельсинового сока, жадно отпил.

– Турция и Сирия тебя пугают?

– Когда я про них вспоминаю, – ответила Верити. – Тут была такая веселая жизнь, что стало не до них.

– Во Франкфурте у меня было чувство, что холодная война не кончалась. Кто-то сбил пару русских истребителей – бам, и Атлантида холодной войны встает из пучины. – Он поставил пакет в холодильник, закрыл дверцу, неудержимо зевнул. – Не мог уснуть в самолете. Вай-фая нет. Смотрел кино про Трансформеров и гадал, наступит ли конец света.

– Знакомое чувство, – сказала Верити.

– Спать, – объявил Джо-Эдди, возможно, самому себе. Как будто может уснуть прямо тут, на ногах. Но вместо этого пошел в спальню.





26

«Денисовское посольство»




Лев Зубов, некогда познакомивший Недертона с Лоубир, составил для себя список лондонских заведений, которые сохранили название, но стали чем-то совершенно иным.

Отсюда встреча в «Денисовском посольстве», вырытом ассемблерами почти под целой стороной Хэнуэй-стрит. Линейная последовательность низких, не очень больших помещений, оформленных под пещеры, создавалась как тематический ночной клуб, основанный на чисто воображаемой сексуальной притягательности ранних гоминид[21]. Теперь здесь размещался бар круглосуточных завтраков под тем же названием и с прежним декором.

Для Недертона это было просто место, где подают приличные завтраки; клубное прошлое читалось в искусственной неровности стен и потолков из геологически неправильного песчаника, испещренного карикатурными фаллическими и влагалищными пиктоглифами. Немногочисленная мебель выглядела еще менее убедительно: она была псевдогеологически создана из материала стен, но, по счастью, не содержала теперь активных ассемблеров, так что не менялась и не двигалась.

Сидя на жестком обломке сталагмита, Недертон радовался, что тут, по крайней мере, готовят приличный флэт-уайт. Бойкая официантка, которая принесла кофе, не походила на денисовку, хотя слухи гласили, что в заведении остался старый персонал и не все стали откатывать назад пикантные косметико-хирургические модификации, сделанные по требованию прежнего начальства. Других посетителей сейчас не было, что Недертон истолковал как знак скорого появления Лоубир.

Вошла Тлен в чем-то вроде викторианской амазонки, но из нейлона летной куртки и с турнюром, напоминающим часть миниатюрного дирижабля. Цилиндр (Недертон люто их ненавидел) она держала ровно на уровне своей атласной, застегнутой на множество молний груди. Очевидно, в полном соответствии с этикетом.

– Поздравляю, – сказала Тлен, ставя цилиндр на плиту искусственного песчаника, изображающую стол.

– С чем?

– Она в восторге. Никогда не видела ее такой довольной.

– Где она?

– Снаружи. – Тлен села на ближайший обломанный сталагмит, ее турнюр скромно подобрался. – Я только что говорила по телефону с твоим человеком в округе. Похоже, ты с его помощью добился настоящего прорыва.

– Рад слышать, – ответил Недертон, жалея, что не смог сам передать сведения Лоубир. Вместо этого сразу после разговора с Мэдисоном ему позвонила Тлен и условилась о встрече. Лоубир невозможно было застать врасплох – возможно, самая пугающая ее черта.

– Теперь ты отправляешься туда, – сказала Тлен.

Та же официантка подошла принять ее заказ.

– Не понял, – ответил Недертон.

– Мед и лимон, – сказала Тлен официантке, которая до сих пор не произнесла ни слова. – Чуть теплый.

– Хорошо, – ответила официантка и повернулась, чтобы уйти.

– Куда я отправляюсь? – спросил Недертон.

– Деталь головоломки, которую ты помог ей отыскать, улучшила связь со срезом Веспасиана.

– Срезом Юнис, – поправила Лоубир. Она появилась внезапно, зачесанные наверх седые волосы подсвечены сзади тусклым кармином денисовской секс-расщелины.

– У них есть «Перекати-Полли»? – спросил Недертон.

– Вам что-нибудь принести? – обратилась официантка к Лоубир.


– «Перье», – сказала та, снимая охотничью пелерину и садясь на выступ вроде скамьи за столом-плитой. – Вы знакомы с «Бостон динамикс»?

– Нет, – ответил Недертон.

– Я тоже не была знакома, – сказала Лоубир. – Тлен теперь большой знаток.

– Я бы предпочел «Полли», если это одно и то же.

– Мы обеспечим тебя кое-чем куда более функциональным, – сказала Тлен. – Вот твой контроллер.

Часть столешницы пришла в движение. Недертон скривился. Его всегда мутило от неприкрытого зрелища ассемблеров за работой. Бесконечно малые, кишащие миллиардами, оперирующие на молекулярном уровне, они уничтожали само понятие о разных видах вещества. Мед мог быть дегтем, деготь – медом. С тем, что ассемблеры наделяли жизнью турнюр Тлен, или ее бывшие татуировки, или, если на то пошло, нянюшку Томми, Недертон кое-как смирился, но видеть явное копошение хаоса было ужасно – глаз воспринимал это как внезапный тяжелый дефект зрения.

– Нейронный отсекающий интерфейс, – сказала Тлен. – Но не жди такой обратной связи, как от пери.

Локус судорожной бесформенности, с тарелку размером, на котором тщетно пытался сфокусироваться взгляд.

– Не люблю пери, – ответил Недертон.

Из стола возникал плавно скругленный, тусклометаллический предмет.

И вот он уже готов, лежит на замечательно недвижной поверхности псевдоденисовского песчаника. Недертона отпустило.

Вернулась официантка с медово-лимонным чаем для Тлен и водой «Перье» для Лоубир.

– Тлен познакомит вас с антропоморфным дроном, которым вам предстоит управлять, – сказала Лоубир, когда та снова ушла. – Попробуете на тренажере.

Недертон оглядел новорожденный контроллер – обруч из шлифованного алюминия, который, он знал, сядет на голову как влитой.

– «Перекати-Полли», – говорила Лоубир, – не удовлетворяет нашим требованиям. Медленный, без манипуляторов, абсолютно не угрожающий.

– Не мое дело угрожать, – сказал Недертон.

– Не бойтесь, для этого у вас будет пилот.

– Пилот?

– Человек из округа, привыкший обращаться с подобными устройствами. Помните Коннера Пенске?

Товарищ брата Флинн по службе в морской пехоте, вернувшийся с войны инвалидом. За последнее время восстановился в той мере, в какой его срез мог эмулировать протезы двадцать второго века. Эмоционально нестабильный при первой встрече с Недертоном, склонный к опасным вспышкам ярости, он теперь стал куда спокойней – во всяком случае, так утверждала Флинн, относящаяся к нему с большой симпатией. Недертон вспомнил, что у Коннера была любовь с молодой Кловис в срезе, правда недолгая.

– Он ведь в Вашингтоне, с Леоном? – спросил Недертон.

– Он там, где Леон, – ответила Тлен. – Приглядывает за ним, составляет ему компанию.

– После некоторых изменений в личном составе, – сказала Лоубир, – их Секретная служба нас вполне удовлетворяет. Мы держали Коннера в Белом доме, главным образом чтобы за ней приглядывать, а параллельно обнаружили его благотворное влияние на Леона.

– То есть я буду управлять устройством отсюда, а Коннер вместе со мной, но из их Вашингтона?

– Коннер будет, по сути, вашим шофером, – сказала Лоубир, – однако поначалу вам придется справляться в одиночку. Коннер временно недоступен. Ему надо быть с Леоном на Аляске.

– А тетушки уже научились разбираться в тамошних причинно-следственных связях? – спросил Недертон.

– Нет, – ответила Лоубир, – но, учитывая, куда, по нашим оценкам, движется Юнис, это, возможно, не понадобится.

Она отпила «Перье» и с третьего раза отыскала ровное место на столе, куда поставить стакан.

– Почему? – спросил Недертон.

– Она становится собственными тетушками, – ответила Тлен.

– Но ведь они предсказывают там ядерную войну? Ваши, я хочу сказать.

– Да, считают этот вариант наиболее вероятным. – Лоубир встала, нагнулась за сложенной пелериной, расправила ее и встряхнула. – Вам пора приступать к уроку, – добавила она, вновь облачаясь в твид.

– Когда я туда отправлюсь?

– Мы еще не знаем, – ответила Лоубир. – Еще раз спасибо, что вспомнили про Мэдисона. Возможно, вы осуществили очень своевременный прорыв.

– Спасибо на добром слове.

Они проводили ее взглядами.

– Сейчас будет наплыв голодных посетителей. – Тлен взяла контроллер Недертона и встала. – Сюда. От людей подальше.

Недертон последовал за ней в менее освещенную часть пещеры.