Акулы из стали. Ноябрь

Вялотекущую боевую подготовку закончили даже раньше, чем по плану, – в пятнадцать командир уже разрешил сход.

– Я слежу за вами! – напомнил механик Андрею. – И передай это остальным!

А еще этот день, с которого мы начали: нет бы заморосить или захмуриться, ветра подпустить или тумана нагнать – так же и красовался ласковым солнцем, нежным морем и синим бездонным небом с запахами… Нет, да все знают, что не небо пахнет, но когда оно вот такое, да еще над морем, то ну их эти растения, почву и прочие поверхности. Небо и море – вот что не дает подводникам спокойно сидеть в прочном корпусе, так я вам скажу.

– Я все вижу! – крикнул механик с мостика.

– Да мы просто ходим! – возмутились в ответ старлеи.

– Знаю я вас! Смотрите у меня!

– Да смотрим, смотрим!

Ну, походили туда-сюда, поговорили, опять походили. Уже и находились, и наговорились, и стало скучно, а вниз идти не хотелось.



– Чем займемся-то? – спросил Максим у товарищей.

– Кроме онанизма? – уточнил трюмный Андрей.

– А давайте того… на рыбалку? – предложил Миша.

– О, – обрадовался Максим, который хоть и был родом из Севастополя, но рос в такой антирыбацкой семье, что рыбу до сих пор ловил только в консервах. – Вот это дело! А где мы удочки возьмем?

– Да на борту их сто наборов по каютам. Давайте так: час на поиски наживы и удочек, и в семнадцать ноль-ноль встречаемся тут же!

Через час, когда Андрей с Мишей пришли, Максим уже сидел на пирсе с удочкой в руках.

– Клюет?

– Да что-то нет.

– А ты на что ловишь?

– Ну-у-у. На удочку.

– Наживка какая?

– Какая наживка?

– Ну, я вот червей накопал. Миша шитиков в канаве нашел. А ты что на крючок насаживаешь?

– А. Так на крючок надо что-то насаживать! То-то у меня что-то и не сходится… Зачем, думаю, рыбе его хватать-то!

– А когда мы пошли за наживой, ты что делал?

– Ну пожрал сходил. Я подумал, что нажива – это для себя, типа. А дайте мне червей? Или шитиков?



Миша с Андреем уселись чуть подальше от Максима, чтоб он своей лоховской неподготовленностью не спугнул им всю рыбу, но наживкой делиться отказались: а ну как начнется бешеный клев и им самим не хватит? Ну и ладно, совсем не обиделся Максим, порылся в карманах РБ и достал несколько белых кембриков. О, обрадовался Максим, вот и наживка. Фу, лошара, фыркнули более опытные рыбаки и даже начали над ним немного издеваться. Но не очень долго: когда Максим вытащил первую рыбину, сбавили темп, когда вторую – смягчили эпитеты, а после третьей и вовсе молча насупились на тему, что новичкам, ты смотри, и тут везет на дурака. А Максим радостно улыбался, глядя на наполняющееся ведро:

– Эх, ушицы наварим, да?

– Да. Жаль только – пить нельзя, под ушицу-то ух как пошло бы!

– Э! – заорало с мостика голосом механика. – Чем вы там занимаетесь?

– Ну Александр Семенович, ну рыбу же ловим!

– Не пьете там?

– Нет!

– А ну дыхните!

– Так тут метров сто, как вы учуете?

– Разговорчики в строю! Смотрите у меня – я за вами слежу!




Когда ведро стало полным, свистнули верхнему, чтоб он свистнул в центральный, чтоб те свистнули в корму и передали наверх еще одно ведро. Ведро вынес сам механик.

– Так. Что тут у нас, – подозрительно спросил он, – рыбу ловите?

– Угу.

– Трезвые?

– Ага.

– На уху позвать не забудьте.

– Обязательно.

– Смотрите у меня!

– Так точно.

– Ну, я пошел.

– Я слежу за вами, – крикнул он уже с мостика.



Начало смеркаться. Солнышко, покрасневшее от дневных трудов, приложилось уже щечкой к берегу и собиралось за него закатиться, когда за спинами у рыбаков кто-то вежливо покашлял.

– Ребята, а рыба есть? – спросил явный заводчанин. – А то мы с ребятами того, а закусить у нас не того вообще.

– Есть, – кивнул Максим на ведро.

– А поделитесь?

– А вы нам что?

– А мы вам вот! – и заводчанин показал полторалитровую бутылку «Тархуна», в которой был налит явно не «Тархун». Потому что все знают же, что прозрачного «Тархуна» не бывает.





– Самогон?

– Обижаете, господа! Чистейший спирт!

– Да тогда вообще о чем речь! Забирайте!

– Все ведро?

– Да прямо с ведром, чего уж там!

– Вот спасибо-то!

– И вам нижайший поклон!

– Ну нам-то за что, мы для своего родного флота, знаете!

– Ой, так и мы для вас тоже!

– Ну семи футов вам, как говорится!

– А вам пятилетку за четыре года!

– Да чур меня, чур!

– Так и нам семь футов под килем маловато!

– Ну бывайте!

– И вам не хворать!



Миша открутил пробку: