Аленький цветочек для чудовища

– Ты тут работаешь?

– Служу.

– Так ты священник?

– Пока что я помощник. А вот Елена, ты ее уже видела, она – пастор.

Полина покачала головой. Сказанное не укладывалось у нее в голове.

– Девушка – пастор?

– А почему тебя это удивляет?

Полина не знала, что ей сказать. В тех храмах, которые посещала она, женщина к главному таинству, к самой церковной службе, не допускалась. Хотя Полина читала, что раньше, еще в первые века существования христианства, на самой его заре, помогать священнику служить литургию могли некие инессы – невинные девушки, так поняла Полина.

– К тому же муж Елены тоже пастор.

Так пастор еще и замужем. Стало быть, она даже и не девственница! То есть про невинность, непорочность и обет безбрачия тоже можно было забыть. Ну, наверное, для пасторов этой церкви это было и необязательно. Определенно, в этой объединенной церкви все было очень необычно. Но сказать это вслух Полина постеснялась. Ведь ее так хорошо тут приняли. Евгений суетился возле гостьи, как мог. Полину угостили печеньем в виде ракушек. Потом ей дали стакан жидкости красного цвета, по вкусу напоминающую виноградный сок, только очень терпкий и сладкий. У Полины даже слегка закружилась голова. Но Евгений все время был рядом, он усадил Полину в удобное кресло и встал рядом.

– Мне бы надо позвонить Петеру, – напомнила ему Полина.

– О, конечно! Позови меня, когда закончишь разговаривать.

И после этого Евгений предоставил ее самой себе.

Полина почему-то была уверена, что пастор окажется вне зоны доступа или попросту не возьмет трубку, но она ошиблась. Пастор Петер ответил. Голос у него был приятный, и разговаривал он вежливо. Представился. Спросил, с кем имеет честь разговаривать. В голосе слышался легкий акцент, и почему-то это возмутило Полину до крайней степени.

– Где Вера, негодяй? Куда вы ее дели?

– О ком вы спрашиваете? Я не делал никому зла.

– Не притворяйтесь, – злобно прошипела Полина в трубку. – Я все знаю! Это вы увезли их обеих! И Клавдию. И Веру! На своем катафалке! Я в полицию пойду. Все им про вас выложу! Где девушки?

– А вы кто? Случайно, не Полина?

– Ну, допустим.

– Сестра о вас тревожилась. Как вы?

– Я-то в порядке! А вот у вас будут проблемы. Похищение людей – это вам не шуточки. Я в полицию пойду!

– В полицию идти не надо, – стал серьезным пастор. – Девушкам угрожает опасность.

– Да! От вас!

– Не от меня, а от другого человека. Я помог Клавдии и Вере скрыться от него. Увез их и спрятал в безопасном месте. Туда этот тип за ними не проберется.

– А кто он такой?

– Я пока не могу вам его назвать. Но я его почти нашел. Сегодня я его схвачу. Может быть, уже через час он будет у меня в руках. Максимум, через два. В любом случае, я вам об этом сообщу.

– Вы что, один поедете на его задержание?

– Он тоже один, – успокоил ее пастор.

– Вам нужна поддержка!

– Вы имеете в виду полицию? Нет, спасибо. Полиция же может его спугнуть, поэтому я вас и прошу никуда не ходить, а особенно в полицию. Там работают такие дуболомы, которые больше дров наломают, чем принесут пользы.

Полина немножко помолчала и буркнула:

– Я хочу поговорить со своей сестрой.

Вроде бы голос пастора внушал ей доверие, но кто его знает… Лучше было перестраховаться.

Но пастор разочаровал девушку:

– Увы, сейчас это невозможно.

– Ага! – торжествующе произнесла Полина. – Так я и знала, что вы их похитили и удерживаете у себя силой! Учтите, я уже добралась до вашей объединенной церкви. Я сейчас тут. И если вы не вернете мою сестру, я вас тут так ославлю, мало вам не покажется! Верните Веру! Похититель!

– Никого я не похищал, – запротестовал пастор. – Что вы! А с вашей сестрой я не могу вам дать пообщаться, поскольку я сам сейчас не рядом с ней. Если хотите, она вам перезвонит.


Вот так все будет легко и просто? Полина несколько опешила и сбавила тон.

– Да, пожалуйста, – пробормотала она. – Пусть она мне позвонит. Я и правда очень тревожусь за Веру.

– Ждите.

Пастор не простился. И, вообще, Полине показалось, что он на нее немного обиделся. Если он и впрямь делает доброе дело, помогает Клавдии и Вере скрыться от таинственного злодея, покушавшегося на их жизни, то нападки Полины должны были показаться пастору обидными.

– Ладно, – пыталась успокоить себя Полина, – еще неизвестно, правду ли он мне сказал. Вера-то не звонит!

Но Вера позвонила. И была сердита.

– Ты чего затеяла? – спросила сестра у Полины. – Зачем ты меня всюду ищешь?

– Интересное кино! С работы звонят, ты там не появляешься. Клавдию ее студентки тоже потеряли. Что происходит? Куда вы обе делись?

– Никуда! Не твое дело! Занимайся своими делами. Через пару дней все разрешится, и я вернусь.

– А этот Петер? Он кто?

– Он нам с Клавдией помогает.

– Вы там уверены, что ему можно доверять?

– Что за наезды на Петера? – возмутилась Вера. – Поверь, он прекрасный человек!

– Он и есть твой Учитель?

– Что за глупости? – засмеялась сестра. – Нет, конечно!

– А кто тогда Учитель?

– Не твое дело!

– А с Клавдией ты своего Учителя уже знакомила?

– Полина, отстань со своими глупостями.

– Ответь мне! Знакомила или нет?

– Нет.

– А фотографию его ей показывала?

– Нет! Достаточно?

– Последний вопрос. А борода у твоего Учителя есть? Ответь, и я отстану.

– Да! Есть у него борода!

– Черная?

– Да! Теперь все?

– Как я могу найти твоего Учителя? Может, это он напал на вас с Клавдией! Это нужно проверить!

Но у Веры было уже другое на уме.

– Слушай, а ты сейчас вообще где? – спросила она изменившимся тоном.

Теперь в голосе сестры слышались и тревога, и волнение.

– Где-где! У «обновленцев»! Как, по-твоему, я могла еще раздобыть телефон пастора, чтобы он позвонил тебе, а ты мне. Иначе ведь мне до тебя было не дозвониться.

В общем-то, Полина даже успокоилась. Голос сестры звучал привычно сварливо и недовольно. Находись Вера в смертельной опасности, небось не так бы разговаривала с единственной ниточкой к спасению. Но, может, сестра просто не догадывается, что она в опасности.

– Полина, – неожиданно ласково попросила сестра, – будь так добра, останься пока в храме у пастора. Люди там хорошие. Они тебя примут, обогреют, развлекут. А домой ты пока что не езди.

– Что значит не езди? У меня, между прочим, полно домашнего задания. Если с тобой все в порядке, я должна уроками заняться.

– Нет, домой ты пока не езди.

Полина снова заволновалась. Чтобы Вера запрещала ей делать уроки?

– Почему мне нельзя домой?