Черный снег. Выстрел в будущее

— Ну что ж… мне этого достаточно.

— У остальных членов группы имелись свои опознавательные предметы. У каждого — свой. Мне неизвестно, что это за предметы или документы. Я знаю только про то, что было у меня.

— Почему обрезано фото?

— Я не знаю. Это было сделано при мне, после того как я запомнил все то, что находилось на удаленной части фотоснимка. Инструктаж проводился индивидуально с каждым из нас.

— Кто проводил инструктаж?

— Старший майор Горбуненко.

Майор искоса взглянул на капитана. Тот молча пожал плечами.

— Хорошо, будем считать, что этого пока достаточно. Ваше имя и звание?

— Старший сержант Лемешев Валерий Петрович. В/ч 00193.

— Что это за часть?

— Отдельная специальная разведывательная рота при штабе армии.

— С каким заданием вы сюда направлены?

— Установить связь вашей группы с командованием. Оказывать вам помощь в выполнении поставленной перед вами задачи.

— Характер задачи?

— Это знал только командир.

— Его имя и звание?

— Старший лейтенант Обручев, Игорь Михайлович.

— Где он сейчас?

— Не знаю, товарищ майор. Последний раз я его видел перед тем, как он разделил нашу группу.

— Почему?

— У нас на хвосте сидели немцы, а в группе осталось всего четыре человека. Один радист погиб при высадке. Командир приказал мне остаться, а сам вместе со вторым радистом и еще одним бойцом попытался вырваться из окружения. Я просидел в укрытии два дня. После этого согласно полученному приказу попытался найти вас самостоятельно.

— Вы знали, где нас искать?

— Старший лейтенант сказал — иди к монастырю. Там есть наши посты, они проводят тебя к майору.

— Так.

— В лесу меня ранил снайпер.

— Почему вы так решили?

— Выстрела не было слышно. Сначала в меня попала пуля, я упал. И только потом прилетел звук выстрела. Стреляли издалека, и это не мог быть обычный стрелок.

— Возможно… Связь должна была быть осуществлена только по радио?

— Нет. Был еще и резервный канал.

— Какой?

— Здесь есть еще наши. Агентура глубокого залегания. Старший лейтенант сказал, что они тут что-то охраняют.

— Что же?

— Я не знаю. Но мне известно, каким образом вы можете выйти с ними на связь.

— Так… Хорошо… А остальные члены вашей группы? Ставилась ли перед ними аналогичная задача?

— Мне ничего про это не известно, товарищ майор.

— Вы не знаете, уцелел ли кто-нибудь еще из вашей группы?

— Не знаю. Скорее всего, нет. Иначе бы они уже тоже были здесь…




Хозяин кабинета прошелся от стены к стене. Вернулся к столу и взял с него какую-то папку.

— А что за секретные документы находятся в распоряжении майора Осадчего?

— Там вообще история достаточно странная, товарищ Крылов. Неподалеку от монастыря группой майора Осадчего был обнаружен труп человека. Он был одет в танковый комбинезон, сильно обгорел. При нем и были найдены эти документы.

— Эти? То есть указанный вами ящик — это еще не все?

— Извините, товарищ Крылов, — вступил в разговор генерал-лейтенант. — Помимо ящика имелись еще и сопроводительные документы, удостоверение личности… еще какие-то, уже не столь значимые бумаги. Часть документов тоже обгорела, и восстановить их содержание Осадчий имеющимися у него средствами не может.

— А отчего обгорел труп?

— Неизвестно. Никакой техники поблизости не оказалось.

— Откуда же он туда попал?

— Видимо, был вынесен или вывезен еще кем-то.

— И брошен в лесу с секретными документами… Хм-м! Вам это не кажется странным, товарищ генерал-лейтенант?

— Да, товарищ Крылов, у нас тоже имелись сомнения на этот счет. Но текст сопроводительного документа… он не оставляет нам никаких… никаких вариантов для раздумья. Ящик необходимо вернуть любой ценой! Именно такой приказ и был нами получен!

— Да… понимаю… — Крылов открыл папку и выложил прямо на маленький столик несколько бумаг. — Полюбуйтесь…



Генерал-лейтенант поднял бумаги.

— Состав группы… семь человек, два радиста. Особые приметы… Старший группы — старший лейтенант Обручев Игорь Михайлович, командир взвода отдельной роты…



Его лицо стремительно побелело, и выпавшие из рук бумаги упали бы на пол, если бы внимательно следивший за ним полковник вовремя не перехватил их.

Рогов рванул рукой ворот кителя.

— Что… что это такое… откуда…

— Это донесение было получено абвером перед вылетом вашей спецгруппы. В нем указаны все приметы членов группы, их имена, фамилии и звания. Описан характер задания и все прочее. — Теперь хозяин кабинета выглядел совсем по-другому. Куда-то исчезли неторопливость и несобранность в движениях, внимательные серые глаза фиксировали каждую мелочь. — У вас есть какие-либо соображения по этому поводу, товарищ генерал-лейтенант?

— Нет… никаких соображений у меня нет… сейчас нет.

— Полковник! Налейте воды товарищу генералу!

Гордеев торопливо налил стакан и протянул его своему начальнику. Тот благодарно кивнул головой и в два глотка осушил воду.

— Вам легче? — участливо поинтересовался хозяин кабинета. — Может быть, вызвать врача?

— Спасибо… не надо, я уже пришел в норму…

— Да? Тогда продолжим… У вас, товарищ полковник, какие-то соображения есть?

— Где-то совсем рядом сидит предатель.

— Вы знаете, я вот об этом тоже как-то сразу подумал… — сокрушенно покивал головой Крылов. — Да… только вот не могу взять в толк как это вы вдруг так обмишулились, товарищи? Что случилось? Вы опытные разведчики, не первый год в строю — и такая невнимательность?

— Он не у нас сидит, товарищ Крылов.

— Это почему так? — собеседник заинтересованно поднял голову. Удивленно повернул голову и генерал-лейтенант.

— А вот, посмотрите. — Полковник подал Крылову самый первый лист. — Тут написано, что Обручев командир взвода отдельной разведроты, так?

— Ну… так и написано. И что?

— Он заместитель командира роты. И был назначен на эту должность непосредственно перед вылетом. Я сам на него представление писал.

— И что?

— Оно так и осталось у меня на столе, не успел его в кадры отправить, забегался… Но сам старший лейтенант об этом знал, и ребята его знали. Даже и поздравить его все успели. Если бы шпион у нас сидел, так и он бы тоже про это знал.

— Хм… не лишено смысла. Но тем не менее немцы знали про группу и успели ее перехватить.

— Всю?