Чудесный камень Маюрми

Куки продолжала петь лицемерные дифирамбы, с ее языка слетали ласковые слова. Но мопсишка говорила их, надеясь, что еж предложит ей сесть в автобус, а на самом деле водитель казался ей неопрятным и злым.





В конце концов запас комплиментов иссяк, путешественница замолчала.

– Подвезти тебя? – спросил Филимон.

– Да! – обрадовалась Куки.

– Залезай, – сказал еж и открыл дверь.

Куки вскочила в салон, сделала вдох и задержала дыхание.

– Садись, – пригласил Филимон.

– Лучше стоя поеду, – сдавленным голосом ответила пассажирка.

– Почему? – удивился водитель. – В салоне никого нет.

«Неужели он не видит, какая здесь грязь? – подумала Куки. – Но если честно отвечу, еще откажется подвезти».

– Давай усаживайся. И там, на сиденье, есть бутылка с водой, – продолжал еж, – угощайся.

– Где? – обрадовалась Куки и в ту же секунду увидела неполную бутылку. – Она начатая!

– И что? Там еще много, – заверил Филимон, – тебе хватит напиться.

– Дайте одноразовый стаканчик, – попросила Куки.

– У меня нет, – признался шофер.

«Вот вредина! – пронеслось в голове у Куки. – Определенно у него есть стакан, но он жадничает. Пить хочется, но из горлышка даже не подумаю глотнуть – бутылка небось вся в микробах».

Филимон начал рыться в сумке, которая лежала около него на пассажирском сиденье.

– Вот, нашел!

Куки уставилась на помятую жестяную кружку.

«Чтобы я использовала посуду грязнули? Фу! Да никогда!» – мысленно возмутилась Куки.

– Если не сядешь, то я не смогу тебя подвезти, – сказал Филимон. – Правилами запрещено ехать с пассажиром, который стоит. Не задерживай меня.

Куки глянула на грязное сиденье, передернулась и вылезла из маршрутки. Автобус закрыл двери и покатил вперед.

«Чтоб ты развалился вместе с ежом!» – подумала мопсиха и побрела по дороге, которая резко свернула и опять углубилась в лес.

Через некоторое время Куки обогнала автобус, который почему-то опять остановился. Еж более не открывал двери, но путешественница через стекло увидела, как шофер дергает за рычаги – Филимон явно нервничал.

«Сломался! – обрадовалась Куки. – Так тебе, неряхе, и надо! Впереди какой-то домик, надо попросить попить».





Глава 10. Дом Элен




Дойдя до калитки, путешественница пришла в восторг. Красивый коттедж совсем не напоминал автобус ежа. Во дворе царил порядок, повсюду росли цветы, а на лужайке в кресле-качалке с книгой в лапках сидела очень красивая, а главное – абсолютно чистая кошка. Ее белоснежная шерстка лежала изящными завитками. А розовое платье, чудесные туфельки, лапки с маникюром выглядели идеально. Куки возликовала. Ура! Ей встретилась на пути та, с кем можно подружиться!

– Добрый день, я Куки! – радостно сказала путница, входя на участок.

Кошка отложила толстый том, окинула гостью взглядом с головы до пят и быстро произнесла:

– Вот уже повезло! Мопсиха! Они все вредные. И толстые. А ты еще и противная!

Куки, которая не ожидала услышать от очаровательной, чистой кошки подобные речи, обомлела, а хозяйка продолжала:

– Наверное, сейчас скажешь: «Я устала»?


– Ага, – в полной растерянности подтвердила Куки.

– Фу, – поморщилась красавица, – ты уже не маленькая, неужели не знаешь, что «ага» отвечать невежливо?

– Я – Куки, – повторила мопсишка, с которой до сих пор никто и никогда не беседовал с выражением отвращения на мордочке.

– И зачем мне имя бродяги?! – буркнула кошка. – Но хорошее воспитание велит представиться в ответ. Я Элен. Стой у забора, не двигайся.

– Почему? – робко спросила Куки.

– Ты удивительно грязная, – ответила Элен, – похоже, год не мылась, не расчесывалась. Туфли в пыли, платье в пятнах. Отвратительно! Надо следить за собой! Фу! Бе!

– Я долго шла по пыльной дороге, – начала оправдываться Куки, – поэтому запачкалась.

– Посмотри, какая я красавица, – заявила кошка. – Бери с меня пример.

– Вы дома, а я в пути, – пролепетала мопсишка.

– И что, трудно помыться в дороге?! – возмутилась Элен. – Заявилась в мой дом без приглашения, небось блох принесла…

– У меня их никогда не было! – воскликнула Куки. – Я из приличной семьи.

– Не ври! – зашипела Элен. – Те, кто из приличной семьи, всегда чистые, в наглаженной одежде, красивых туфлях, пахнут духами, с прической. А ты оборванка грязная. Небось сейчас еще воды попросишь?

У Куки от обиды перехватило горло, но ей очень хотелось пить. Мопсишка проглотила горький ком, который не давал вымолвить ни слова, и прошептала:

– Да. Можно водички?

– Нельзя, – отрезала Элен. – Запачкаешь мою красивую дорогую чашку. Неряхам, как ты, подходит мятая жестяная кружка. Но у меня такой и в помине нет. Что это? Это что?

– Где? – пропищала Куки.

– У тебя на лапах, на шее, на хвосте! – закричала Элен. – Убирайся вон! Больная! Немытая! Попрошайка! Грязнуля! Все мопсы отвратительны, а ты хуже всех!

Куки посмотрела на свои передние лапки и села прямо в траву. На секунду ей показалось, что у нее перед глазами части тела Марты. Но быстро поняла: это у нее кусками отвалилась шерсть, на коже появились болячки. Проклятие птицы Зависти сработало.

– Уходи немедленно! – вопила Элен. – Как не стыдно приносить заразу в чужой дом! Вон!!!

– Честное слово, я здорова, – заплакала Куки, – ко мне перешла аллергия Марты. Вам она точно не передастся. Ой, как чешется! Ой, как болит! Пожалуйста, дайте водички!

– И после этого ты сразу уйдешь? – брезгливо спросила Элен.

Куки кивнула, красавица потянулась к бутылке минералки, мопсиха сделала шаг вперед.

– Не приближайся ко мне! – запаниковала белая кошка.

– Но как мне получить питье? – всхлипнула Куки.

Элен размахнулась и швырнула бутылку за забор.

– На дороге подберешь.

Мопсиха выбежала со двора, подняла пластиковую емкость и поняла: жидкости в ней – пара капель. Из глаз Куки полились слезы, она села на дорогу и отчаянно зарыдала.

Через некоторое время послышался шум мотора и около путешественницы остановился автобус.

– Эй, зачем дорогу поливаешь? – спросил Филимон.

Теперь еж уже не показался мопсишке ни противным, ни грязным. Шофер сидит за рулем, он открыл окно, на улице жарко, дорога не вымощена камнями, вся пыль летит в кабину – как тут остаться чистым? И почему Куки решила, что все ежи противные? Ну да, Трифон, который живет в деревне за Синей горой, очень нелюбезен с мопсишкой. Но давайте подумаем, почему он сердится. Кто в прошлом году, играя в прятки, обрушил теплицу ежа? Куки. А кто сломал забор его участка, когда гнался за Жози? Куки! Можно еще вспомнить про новое оцинкованное ведро соседа, в которое Куки била лапой и кричала: «Африканский барабан!» Может, это не Трифон вредный, а мопсишка безобразница?

– О! Что у тебя с лапками? – воскликнул Филимон.

– Я не заразная, – заплакала Куки, – пожалуйста, довезите меня, куда сможете. Хоть немного вперед, я идти не могу. Спасибо!

– Посиди-ка тут, – сказал еж и убежал.

Минут через пять он вернулся с бутылкой и охапкой зеленых листьев.

– Пей, – протянул он бутылку путнице.





Куки принялась с жадностью глотать необыкновенно вкусную, холодную, сладкую воду. Потом шофер положил на ее лапки листочки, вынул из кармана мятый носовой платок, разорвал его на полоски, перебинтовал лапки и пообещал: