Дачный детектив

– Здравствуйте, Глеб Иванович! – поздоровался за всех Михаил.

Они со Славой знали этого человека – старинный друг Светозарова, Глеб Иванович Осадчий был полковником, работал в какой-то секретной конторе и время от времени наезжал на дачу.

– Так где Ильич? – повторил полковник свой вопрос и оглядел затихших гостей.

– Случилось несчастье, – Михаил по-прежнему говорил за всех. – Сегодня ночью Дмитрий Ильич умер… и с этой смертью не все просто.

– Вот как? – лицо полковника окаменело, тяжелые скулы напряглись. Не говоря больше ни слова, он поднялся на крыльцо, прошел в дом. Все втянулись за ним.

Михаил проводил его на второй этаж, показал тело покойного.

Полковник по-прежнему молчал, но слушал внимательно.

– Милицию вызвали, – сообщил Михаил и под конец рассказал о пропавшем факсе из Воронежа.

При этих словах Глеб Иванович внимательно взглянул на него, повторил:

– Из Воронежа, говоришь? Мне ведь Ильич вчера вечером звонил, просил навести справки об одном воронежском деле…

Он снова замолчал, спустился в холл, сел в глубокое кресло перед холодным камином. Все окружили его, словно чего-то ожидая.

– Лет десять назад в Воронеже было громкое дело, – начал полковник. – Крупная риелторская фирма продавала по очень приемлемым ценам квартиры в строящихся домах. На рынке недвижимости в то время царило оживление, квартиры раскупали, как горячие пирожки. Но когда строительство подошло к завершению, оказалось, что каждая квартира продана дважды, а то и трижды. Покупатели бросились в офис фирмы – а там никого не было, кроме сторожа. Выяснилось, что глава компании и весь его немногочисленный штат присвоили деньги и скрылись. Виновников объявили в розыск, и через несколько дней директора фирмы задержали в аэропорту при попытке вылететь в Швейцарию. Однако денег у него не оказалось. И тут всплыло имя некоей Светланы Лаевской…

Полковник сделал паузу, оглядел присутствующих.

– Это была совсем молодая женщина, не больше двадцати пяти, но она-то и была мозгом всей операции. И после дела она бесследно пропала…

– Как холодно! – проговорила в наступившей тишине Лариса, зябко кутаясь в свою замшевую куртку. – Нинель Петровна, нельзя ли затопить камин?

– Да, я сейчас… – экономка поднялась с дивана, но невольно поморщилась и прикоснулась рукой к ушибленной голове.

– Я вам помогу… – спохватилась Лариса. Она опустилась на корточки перед камином, чиркнула спичкой, поднесла к огню скомканный листок бумаги…

И тут Олю словно что-то подтолкнуло.

Она метнулась к сопернице и выхватила из ее рук занявшуюся бумагу.

– Ты что!.. – зло выкрикнула Лариса, попытавшись вырвать у нее листок, но Оля отскочила в сторону, развернула бумагу…

Это был кусок бумаги для факса, и на нем – фотография молодой девушки.

– Дайте-ка мне! – Глеб Иванович повелительно протянул тяжелую руку.

Он разгладил смятый листок, внимательно посмотрел на него, затем перевел взгляд на Ларису.

– А вы изменились, Светлана! – проговорил полковник в наступившей тишине.

– Не знаю, о чем вы говорите… – огрызнулась женщина.

– Я хотел сказать, – заговорил Федор, – вчера, когда мы с ней танцевали, Лариса расспрашивала меня о Дмитрии Ильиче. О том, где он жил раньше, чем занимался… и когда я ей сообщил, что он жил в Воронеже, она как-то напряглась…

– А я слышала, как Дмитрий Ильич спрашивал ее, где он мог прежде ее видеть! – подала голос Даша. – Мне, говорит, лицо ваше очень знакомо, я, говорит, обязательно вспомню, где вас видел… И еще… когда наверху раздался телефонный звонок – мы не все были здесь! Ее не было, – Даша обвиняющим жестом показала на Ларису. – Это она оглушила экономку, чтобы спрятать факс из Воронежа!

– Отрицать бесполезно, – холодно произнес полковник. – Мы проведем опознание по всем правилам. Вы, конечно, перекрасили волосы, даже изменили внешность – но некоторые параметры человеческого лица неизменны, и вам придется отвечать за ту аферу. Но сейчас меня больше волнует смерть Дмитрия… Дмитрия Ильича!..

– Я тут ни при чем! – выкрикнула Лариса… или Светлана… или как ее зовут на самом деле. – Да, я изменила имя, изменила внешность, чтобы не сидеть за ту историю… кстати, я там оказалась совершенно случайным человеком, меня втянули против воли, и денег у меня нет… И экономку я оглушила, чтобы спрятать факс… да, мне было стыдно, что всплывет та история, – но к убийству Дмитрия Ильича я не имею никакого отношения! Это он, он все задумал и хотел меня втянуть, но я отказалась! – и она указала рукой на своего мужа.

– Что? – Игорь побагровел, бросился к жене, но та ловко отскочила и спряталась за широкой спиной Федора. – Сволочь! Ты думаешь, тебе опять удастся выйти сухой из воды?! Это ты, ты все задумала и решила убить Дмитрия Ильича, когда он тебя узнал!

– Неужели вы ему верите? – Лариса, стоя на безопасном расстоянии от мужа, обвела всех присутствующих (в основном мужчин) трогательным, молящим о помощи взглядом. Взглядом невинной жертвы, которую ведут на костер или на плаху.

И самое удивительное, что на лицах мужчин появилось сочувствие, желание вступиться за «невинную жертву»! И Слава уже шагнул вперед, чтобы защитить ее от разъяренного мужа…

И тут Оля поняла, что настал ее час. Если она не вмешается, эта Лариса снова выйдет сухой из воды. Шагнув вперед, Оля подняла руку, в которой сжимала кисточку от Ларисиной куртки.

– Утром я вместе с экономкой вошла в комнату Дмитрия Ильича, и вот что я нашла на полу возле его кровати. Думаю, все узнают эту кисточку? Она ведь оторвалась от твоей куртки, Лариса, когда ты душила Дмитрия Ильича подушкой. С этим ты не сможешь спорить, правда?

Это был блеф, это была ложь, но слова сами слетели с ее губ.

Оля сделала еще один шаг вперед и приложила кисточку к куртке, в которую Лариса по-прежнему зябко куталась. Кисточка подошла как нельзя лучше.

– Что и требовалось доказать, не правда ли? – Оля обвела окружающих победным взглядом.


– Сволочь! – взвизгнула Лариса, отскочив к дверям. – Дрянь подзаборная! Довольна, да? Да, я убила старого козла, а что мне еще оставалось делать? Мне просто не повезло… если бы он меня не узнал, все было бы отлично! Все эти мужики плясали бы под мою дудку! Да если бы я только захотела – твой муж побежал бы за мной…

Она оттолкнула оказавшуюся на пути Дашу, распахнула дверь…

И налетела на шофера Глеба Ивановича. Парень ловко схватил ее за локти и втолкнул обратно в комнату.

– Ну что, – проговорил полковник, поднимаясь с кресла, – финита ля комедия… Светлана Лаевская, вы арестованы по подозрению в убийстве Дмитрия Ильича Светозарова, а также в целом ряде других преступлений! Кроме аферы в Воронеже за вами числится махинация с акциями в Самаре, фальшивые банковские авизо в Нижнем Новгороде, мошенничество со страховкой в Новосибирске… до сих пор вам всюду удавалось скрыться, сдав властям своих компаньонов, но сколько веревочке ни виться – конец будет!

– Вот оно как! – опомнился Михаил. – Сейчас она со своим липовым «мужем» хотела обокрасть нашу фирму… Игорь подготовил крупную сделку на поставку для нас оборудования, мы должны были перевести поставщикам огромную сумму денег и после этого наверняка больше не увидели бы ни денег, ни оборудования, ни Игоря с Ларисой… хорошо, что не утвердили эту сделку до разговора с Дмитрием Ильичом!..

Он спохватился, что сказал бестактность, и виновато замолчал.



К вечеру, дав милиции показания и оставив свои координаты, все разъехались по домам.

Оля с мужем выехали самыми последними, Слава был мрачен и угрюмо молчал. Оля тоже пригорюнилась. Она оглянулась, на прощание обведя взглядом дом, и зеленые елки за ним, и пустые клумбы, и голые фруктовые деревья. Больше они никогда сюда не приедут.

– Что вздыхаешь? – муж наконец нарушил повисшее в салоне машины молчание.

– Жалко старика, – Оля смахнула слезу, – только подумать, что из-за этой… этой… даже слова такого не могу подобрать…

– Знаешь… – неожиданно признался муж, – а я ведь ночью тоже не спал, выходил на улицу, но ничего не слышал…

– А что ты там делал? – Оля напряглась. – Расскажи!

– Да я дурак такой… – хмыкнул Слава. – Ты когда спать ушла, мы с ребятами выпили еще. И ведь знаю, что смешивать напитки нельзя, а вот не удержался… В общем, проснулся ночью – худо мне, решил на воздух выйти, отдышаться. Ну и болтался по двору, в кусты какие-то залез, еле выбрался. Только хотел в дом пойти, смотрю – ты идешь, волосы растрепаны, глаза горят и бормочешь что-то. Ну, думаю – глюки начались, надо бросать пить, если в собственной жене ведьму по ночам видишь… Олька, говори честно, ты ночью никуда не выходила?

– Да ты что! – Олин голос зазвенел возмущенно. – Куда это я пойду? Тебе все приснилось! Пить надо меньше!

– Вот решимся на ребенка – капли в рот не возьму! – торжественно пообещал Слава и обнял Олю свободной рукой. – Ничего такая ведьмочка во сне была!

Машина притормозила при въезде в город. На небольшой площади все так же сидели старушки с подзимней клюквой и весенними грибами. А вот и Олин знакомый мужичок удобно расположился на ящиках. Смолит себе свою дешевую сигаретку, а рядом прямо на земле валяются лосиные рога – никто из проезжающих на них не польстился.

Оля выглянула из окна машины и помахала мужичку рукой. Он пригляделся и подмигнул ей понятливо.

– С кем это ты кокетничаешь? – ревниво спросил муж.

– За дорогой следи, милый, – ответила Оля.





Дарья Калинина

Гнев семьи




Поездка на дачу обещала быть весьма приятной. Предполагалось, что у них сегодня соберется большое общество симпатичных друг другу людей, которые в легкой и непринужденной обстановке проведут время. «Вот только погода бы не подвела», – тревожились и хозяева, и гости. А то этот наш климат: утром выходишь – несусветная жара, от которой стены качаются, а к вечеру – уже по улицам не пройти из-за проливного дождя, да еще с градом.

«На выходные в городе и области обещают ясную погоду, – услышала Настя, – на севере области пройдут небольшие кратковременные дожди. Ветер умеренный».

Настя с удовольствием кивнула. Бодрый голос радиоведущего вселял надежду, что все случится так, как они с мужем и запланировали. У них будет целых два дня, чтобы хорошо принять и развлечь своих гостей. Вот и погоду хорошую обещают.

Почему же тогда такое неприятное тягостное предчувствие, что все пойдет не по плану, никак не хочет оставлять ее? Зачем по телу то и дело пробегает нервная дрожь? И почему так противно холодеют руки и ноги?

Конечно, пикник нельзя будет назвать обычным. Никому из них не забыть о главной подоплеке мероприятия. Всем гостям совместными усилиями предстоит каким-то образом за эти два дня потушить огонь вражды, которая полыхала между членами их клана вот уже несколько лет.

– Как думаешь, они приедут? – с тревогой спросила Настя у мужа.

Они – это те, ради кого все и затевалось.

– Мальчики точно приедут. Они уже и электричку по расписанию им подходящую выбрали, и билеты купили.

– Одни поедут?

– Они уже совсем взрослые.

– Я не в том смысле. Что их мать? Она как?

– Валя – нет. Она твердо сказала, что не приедет.