Дорогой удовольствий

- Мило! Отлично! Помни! Первое, это лицо. Больше сексуальности в глаза. Подумай о чем-то приятном, эротическом, о чем то, что тебя возбуждает.

Я увидел, как ее зрачки чуть расширились и она облизнула губы.

Продолжая щелкать, я просил принимать ее разные позы. Она послушно все делала. Через пару минут она уже стояла на коленях раком предо мной, но все еще прикрывая самое главное.

- Отлично! Великолепно! Твое тело и твои глаза нечто невероятное! Нужна портретная съемка. Нужно запечатлеть эти глаза крупным планом, - я в художественном запале подбежал к ней и стал брать крупные планы. - Больше эротизма в глазах, Ксюхин! Да, да умница! Вспомни свой самый бурный роман, свой самый бурный секс! Покажи мне страсть!

Я накручивал ее, внимательно наблюдая за реакцией. Она доверяла мне.

- Отличные фотографии! Взгляни.

Я показал ей действительно отличные портретные сьемки. Прекрасный свет, полуоткрытые губы, больше карие глаза, призывно смотрящие в объектив.

- Ого...

- Видишь? Простой крупный план, а насколько он эротичен. Думаю, все будут грызть ногти от зависти в универе. Но есть способ сделать еще лучше.

- Кажется, лучше не получится, - она неуверенно улыбнулась, продолжая стоять раком.

- Если хочешь, я сделаю самые потрясающие фотографии твоего лица, которое ты когда-либо видела. Если все сделаешь, как я говорю. Ты мне доверяешь?

- Да!

Я отметил про себя, что она ответила довольно быстро. Не задумываясь. Похоже, я окончательно уверил ее в моей высоко духовной и художественной натуре.

- Ты должна возбудиться. Сексуальное возбуждение сделает твое лицо еще прекраснее на фото.

Она на несколько секунд задумалась.

- Каким образом?

- Твоя рука уже лежит на твоей киске... Единственно, что тебе нужно сделать, это просто хорошо потереть ее. Ничего не изменится кроме твоего лица. Это мне и нужно, - я улыбнулся. - Ты и так лежишь сейчас передо мной абсолютно обнаженная и прекрасная, и ты ведь абсолютно расслаблена... Ты ведь не чувствуешь скованности или стыда?

- Ну, разве что самую малость.

- Вот эту самую малость, нам и нужно убрать, что бы получились хорошие фото. Давай, Ксюха, расслабься полностью, пусть приятное возбуждение придет и поможет нам закончить эту фотосессию. Сейчас все зависит от тебя. Насколько ты смелая и не зажатая.

Я вновь сыграл на правильных нотах ее души. Ксюха улыбнулась, кивнула и я заметил как ее рука прикрывающая сладкую щелку легонько задвигалась.

-Умница!

В тишине студии слышались щелчки фотоаппарата. Через пару кадров к этому звуку присоединились легкие стоны Ксюшки.

- Обалденно! В тебе и сила и эротизм одновременно! Уф... Как же жарко!

Ксюха оттопырив попку и тихонько постанывая, терла свою киску. Она уже была хорошо возбуждена, но не потеряла контроль над собой. Ладонь терла бугорок, а длинные красивые пальцы еще прикрывали анус и все остальное. Я же быстрым движением стянул с себя брюки и остался в одних плавках.

Мне показалось или он стала теребить свою киску чуть быстрее?

Нет, не показалось. Ибо эти развратные плавки были ненамного больше ее стринг и в них мой хороший, крепко стоячий член, грозился вот-вот вывалиться, порвав резинку. По сути, они ничего не скрывали. Обтягивая настолько сильно, трусы полностью обрисовывали яйца, ствол и головку моего агрегата. Мне было трудно различить, но, кажется, даже взбухшие вены проглядывали сквозь ткань.

Как-будто не замечая своего стояка, я продолжал фотографировать прекрасную, мастурбирующую модель.

Ее возбуждение росло все сильнее и сильнее. Стоны, срывавшиеся с ее губ, стали чуть более громкими. Она облизывала губы и поглядывала украдкой на мой пах.

- Прекрасно, отлично получается!

Я продолжил фотографировать ее лицо и глаза, в которых горело пламя вожделения.

- Давай перестанем стесняться друг, друга, -шёпотом сказал я потирая член сквозь ткань - давай раскрепостимся. Между нами не должно быть тайн. Ты все еще зажата.

- О-о-о-ох.... О-о-о... чем ты говоришь? - с придыханием сказала она.

- Об этом, - я быстрым движением скинул развратные мужские стринги обнажив полностью стоячий член с пульсирующими венами. - Я весь перед тобой и не пытаюсь прикрыться. Это и есть доверие! Покажи, что и ты мне доверяешь.

Вывали я свое хозяйство в середине съемок или даже пол часа назад, Ксюха посчитала бы меня больным извращенцем, оглушила бы сумкой и ушла. Но сейчас все было по-другому. Моя милая соседка была возбужденная и мокрая, во власти древних инстинктов, затмивших сознание.

- Давай малыш, потри хорошенько свою бусинку, ты ведь хочешь этого? - я, фотографируя ее, стал легонько дрочить.

На лбу у этого прелестного создания выступила испарина. Она, что-то прошептав, стала неприкрыто ласкать свою розовую вагину все сильнее и сильнее. Пламя возбуждения полностью поглотило ее.

Наконец-то!

Она, ничего не стесняясь, лежа на спине, стала неистово стонать, лаская себя. Изящные пальцы теребили клитор, половые губы набухли и взмокли. Другой рукой она ласкала и щипала свои аккуратные грудки, распаляя себя все больше и больше.


- Прекрасные кадры получаются, - я продолжал фотографировать ее.

Ксюха буквально истекала соками. Вся предо мною - милая, стеснительная девушка в начале сьемок, теперь лежала бесстыдно раскинув ноги, надрачивая свою писечку и украдкой поглядывая на мой член.

- Вот это я понимаю - доверие! - сказал я, фотографируя ее дырочку и спортивные бедра.

Я старался, чтобы в кадр помимо ее текучей киски еще и попадало ее возбужденное лицо. Я хотел видеть, как с каждым кадром поток ее соков становится все сильнее и сильнее, а глаза все более и более безумными от похоти.

Пора!

Отложив в сторону фотоаппарат, я подошел к лежащей и текущей Ксюхе. Молча и быстро заключил ее в свои объятия, придавив к полу, раздвинул ноги и вошел на всю длину, погрузив свой член в ее хлюпающую развратную дырочку.

Ксюха вскрикнула. В крике смешалось удивление, возмущение и наслаждение. Стенки влагалища жадно обхватили мой ствол.

- Что?! Что ты делаешь?!!! - ее голос дрожал не только от возмущения.

- Я трахаю тебя, Ксюхин! -с этими словами я стал размашисто долбить милую и наивную соседку.

Она пыталась выползти из-под меня, но безуспешно. Я хорошо прижал ее к полу, держал за плечи и беспощадно насаживал на свой член.

- Нет! Нет!! Рома!.. Рома узнает! Я люблю его...а-а-а-а... а... а!

Ксюха громко стонала, ее щёлка, с каждым ударом, все больше и больше раскрывалась.

-А-а-а-а-а-а-а-а! Бли-и-и-и-и-ин!!! - заверещав, она сжала меня в объятиях как в стальных тисках также, как и ее киска.

Я чувствовал, как пульсирует оргазм внутри нее. Как сводит ее мышцы от наслаждения.

- Вот видишь, - прошептал я облизывая ее ушко, - тебя всю трясет от удовольствия! Но ты не виновата. Это я соблазнил тебя. Ты верная жена. Но ты получаешь удовольствие от происходящего, разве нет?

Мне показалось, что ее стоны стали громче.

-Вот так! Умница! - я закинул ее загорелые бедра себе на плечи и стал засаживать еще глубже.

Яйца звонко шлепались о ее большую попу, миниатюрные, торчащие от возбуждения грудки тряслись все сильнее, с каждым ударом.

Она постепенно стала подмахивать мне с каждым разом.

- О-о-о-о-о-о-ох! - Ксюха опять протяжно взвыла от пронизывающих ее ощущений.

Моя головка с каждым толчком целовала ее в матку, настолько киска раскрылась.

Ее сок тек по моим яйцам, все сильнее и сильнее. Она извивалась и буквально встала на мостик от волн оргазмов, что накатывали на нее, одна за другой.

- Вот черт!!! - ее юное лицо исказилось от дикого первобытного удовольствия.

Я перевернул ее на бок и сам лег рядом. Соседка осоловевшими глазами смотрела на меня. Ошалевшая от такого количества оргазмов, она не сопротивлялась. Войдя в нее снова, я стал нежно потрахивать Ксюху, лаская груди и легонько поглаживая клитор.

Они тихо постанывала от медленных погружений. Я поцеловал ее в шею. После чего, повернув лицо к себе, коснулся ее губ, сначала нежно, почти по-дружески. Глаза полуприкрыты, но зрачки огромны от возбуждения. Потом чуть более напористо. Потом и вовсе засосал мою милую соседку.

- М-м-м-м-м-м-м-м-м-м... - она вымолвила, что-то нечленораздельное, когда мой язык щекотал кончик ее языка.

Ловил ее губы, облизывал, отрывался, глядел на нее и вновь переплетался языками с моей Ксюхой. Посреди студии раздавались стоны, звуки развратных поцелуев и хлюпанье ее киски.

Наслаждаясь сладостью ее губ, я ускорил темп. Стенки Ксюхиной киски туго обхватывали мой член. Я вытаскивал его почти до самой головки, а потом вгонял чуть сильнее, чем прежде. С каждым новым толчком мой ствол все свободнее и глубже погружался в дырочку смуглой красавицы.

- Как хорошо! - забывшись промурлыкала она, извиваясь от удовольствия.

Похоже, она полностью стала моей, по крайней мере в ближайшее время. Она отвечала на поцелуи, страстно и неистово посасывая мой язык. Я понял, что нужно развивать свою победу.

Вытащив мокрый член, я нагнул ее раком. Она покорно оттопырила свой сверкающий зад с оттраханной киской передо мной.

- А теперь, терпи, Ксюхин. Надо бы распечатать твою попку.

- Стой... что? А-а-а-а-а-а-а-а!!!!!

Я крепко схватил ее за волосы и попытался ввести член. Но, похоже, анал был ей в новинку, и задница никак не хотела расширяться.

- Терпи, малыш, если будешь дергаться, будет больнее, - сказав это, я стал надавливать на анал, пытаясь просунуть головку в нетраханную задницу. - Но, если расслабишься, поверь мне, получишь еще порцию необычных оргазмов.

Ксюха пискнула, зажмурилась, но все же осторожно поддалась навстречу. Половина головки раздвинула сфинктер. Я взял ее за ягодицы и надавил сильнее. Анус, тихо чмокнув, обхватил всю мою головку.

- А-а-а...а-а-а-а-а-а... - простонала она.