Драконьи истории. Книга вторая

– Вообще-то, и он мог сообразить, что его тут вряд ли цветами встретят, – хмыкнул старпом, и Трейр невольно заулыбался. – Сколько ему лет, говоришь? До такого возраста дожил, а ума не нажил!

– Ума ему старшие родственники вложат, когда выберется, – серьезно ответила девушка. – Они за ним прилетят, если узнают, что случилось. И как с нами поступят, неизвестно. Лучше бы ему самому отсюда крылья унести, и поскорее, в бурю – самое время, она ему нипочем, а господа на палубу не высунутся!

– Нас, если кто узнает, потом самих утопят.

– Ты струсил, что ли? – пустила она в ход последний козырь. – За свое место цепляешься, боишься, в простые матросы разжалуют, а то и на берег спишут? Ты, я помню, в школе хотел инженером стать, вот и займешься…

– Я на такое с детства не ведусь, – серьезно ответил Тьери. – А вот заплатить придется.

– После того как дракона выпустим, делай со мной что захочешь, – после паузы выговорила Нита. – Куда я с корабля денусь?

– Дура! – шепотом рявкнул он. – Деньгами надо будет боцману заплатить, чтоб молчал! И матросам, если придется! Я придумал – клетку за борт скинем, вроде как крепеж не выдержал, ее и смыло с парнем вместе… Но за это караульным влетит, им плата и пойдет… В одиночку эту штуку все равно не своротить. А у меня при себе денег мало, может не хватить.

– У меня вообще ничего нет, – шмыгнула носом Нита. – Я скажу госпоже, она что-нибудь придумает… Тьери? Ты что? Я тебя обидела?

– Да, – сухо ответил старпом. – А теперь иди к госпоже. Я с остальными переговорю…

Трейр ухмыльнулся и, подперев голову рукой, уставился на стремительно темнеющее небо там, где его не закрывал наброшенный на клетку брезент.





* * *


Ночью поднялся ветер, и к утру небо лишь немного посветлело, так сгустились тучи. Трейр слышал, как погромыхивает в вышине, а в воздухе будто пробегали искры, покалывая кожу и заставляя волосы потрескивать и подниматься дыбом, едва проведешь по ним рукой…

– Я просил не касаться более этого вопроса, сударыня! – расслышал он голос герцога, когда снова приник ухом к палубе. – Почему вас так волнует судьба этого чудовища?

– Не чудовища, а…

– Вы снова скажете – он такой же, как мы? – передразнил тот.

– Я хотела сказать – судьба столицы зависит от его поведения, – спокойно ответила Эдит. – Вы ведь не можете не понимать, сударь, что это создание, как вы изволите его называть, не единственное на свете? И что его родственники, немало которых обитает в этих краях, станут искать пропавшего? И, полагаю, с большой вероятностью найдут!

– Что заставляет вас так думать?

– То, что пленный успел рассказать Ните. Драконы здесь живут большими кланами и уважают родственные связи. Если не выйдет отыскать соплеменника своими силами, они поднимут на помощь всех, кого сумеют дозваться, а это немалая сила.

– Это лишь подтверждает мой вывод: необходимо как можно скорее узнать, где именно они обитают и чем могут быть опасны!

– Сударь! – не выдержала Эдит. – Они могут жить бок о бок с вами, и вы никогда не узнаете, что… да хотя бы ваш любимец, маршал авиации, – дракон! Может быть, вы помните, как во время последней войны подступы к столице защищала неизвестно откуда взявшаяся авиагруппа? В рапорте сказано было: добровольцы на собственноручно восстановленных старых аппаратах ухитрились сдержать продвижение вражеских войск и дали время укрепить линию обороны… Но это были вовсе не люди! И после этого вы…

– Где вы набрались таких глупостей? – фыркнул герцог.

– Ваш сын рассказывал, – тихо ответила она. – И показывал донесения. В том числе и пропавшего без вести генерал-полковника Вирона, отправившегося с инспекцией на тот берег. Он так и не вернулся.

– Леон всегда витал в облаках, – был ответ. – А даже если это и правда, я намерен получить подтверждения.

– Каким же образом? Прикажете пытать этого юношу?

– Если он откажется от сотрудничества – прикажу. А теперь подите прочь! И извольте не соваться со своим чрезвычайно ценным мнением в дела государственной важности! – Он помолчал. – И, сударыня, мне кажется, вам следует поправить здоровье, вы заговариваетесь и бредите. Я слышал, такое бывает при определенных заболеваниях, в том числе нервных… Ну так что ж, я отправлю вас на курорт, подальше отсюда. Да, в самом деле… Вы скверно влияете на мальчика, и вас давно следовало удалить от него. Надеюсь, он скоро позабудет ваши глупые сказки, занявшись настоящим мужским делом!

– Вы не можете… – прошептала Эдит, и Трейр до боли сжал кулаки.

– Не вам указывать, что я могу, а что нет, – процедил герцог. – Подите прочь и не показывайтесь мне на глаза, покуда я не прикажу!

Открылась и закрылась дверь, прозвучали быстрые шаги, и на время все стихло.

– А ты откуда тут взялся? – удивленно спросил вдруг герцог.

– А я хотел тебя напугать, дедушка, и забрался под койку, – виновато ответил Ренье и зевнул, – но пока ждал, заснул. А потом проснулся, но ты стал кричать на маму, и я испугался… Зачем ты так?

– Она скверно себя вела, – ответил тот. – Взрослых тоже частенько нужно ругать.

– Но ты же ее не прогонишь? – прошептал Ренье.

– Если она будет слушаться и примерно вести себя, не прогоню, – спокойно сказал герцог. – А что бывает с непокорными детьми, ты знаешь, не так ли?

– Ага… Дедушка, а куда денут этого дракона?

– А почему ты спрашиваешь?


– Я его не успел рассмотреть, – ответил Ренье. – Вели, чтобы он показал, как летает!

Трейр только подивился: это ж надо придумать…

– Только не на корабле, – сказал герцог, не заметив, кажется, подвоха. – Ты же видел, какой он большой? Если он превратится в чудовище и нападет на корабль, мы все утонем. Вот когда в столице мы во всем разберемся и придумаем для него надежный ошейник, тогда другое дело, смотри сколько заблагорассудится!

– Обещаешь? – спросил Ренье, и Трейр представил, как он хлопает ресницами, длиннющими, как у матери.

– Конечно.

– А он не вырвется? – опасливо спросил мальчик. – Я слышал, матросы говорили, он очень сильный и ест ужас как много!

– Ну раз до сих пор не порвал цепи и не улетел, не такой уж он сильный, – усмехнулся герцог, и, словно подтверждая его слова, кандалы негромко лязгнули.

– А вдруг его кто-нибудь выпустит? Нита же хотела, это точно! – коварно сказал Ренье.

– Клетку охраняют, не беспокойся, – ответил ему дед. – Да и что сделает эта девчонка? Кандалы ей не снять, ключи ведь у меня, вот, гляди…

– Ой, какие старые… – восторженно протянул мальчик. – А в такие цепи пиратов сажали, да, дедушка? А ты их видел когда-нибудь?

– Видел, когда их в столицу привезли на суд. Это было давно.

– Ну расскажи! Их всех переловили уже, да?

– Всех не переловишь, – мрачно ответил герцог. – Нет-нет да появится какой-нибудь смельчак, начинает грабить торговые суда, а то и на военные замахивается… Но тебе рано еще слушать о подобном.

– Так нечестно, дедушка! Ты говоришь, что я уже большой для сказок, а про настоящих пиратов рассказывать не хочешь! И тебе не надо сейчас идти на это… как его… заседание, мы же в море… Ну расскажи, пожа-а-алуйста…

– Хорошо, немного расскажу, – сдался тот. – Только не крутись и положи ключи на место.

– Я положу, только посмотрю как следует, – заверил Ренье, – ты рассказывай!

«Интересно, что же он задумал? – сам себя спросил Трейр и сел: слушать о пиратах ему было неинтересно. – Или просто изображает хорошего внука, чтобы мать не отослали? Похоже на то!»

К полудню ветер разгулялся не на шутку, а к вечеру полило так, что не разобрать было, где небо, а где вода, волны перехлестывали через борта, и брезент не спасал от ливня. Трейр, впрочем, не жаловался, он любил дождь, а замерзнуть и заболеть не боялся, не человек же он, чтобы от малейшего сквозняка простывать!

– Эй! – расслышал он сквозь вой ветра.

За решетку его клетки держались пятеро: боцман, первый помощник, юнга, Нита и… Эдит.

Почти неразличимые в штормовках, они сгрудились у дверцы.

– Ключей нет, – хрипло сказал боцман. – Ну так… Посторонитесь!

В грохоте бури лязг металла был почти неразличим. Удар, второй – и замок упал на палубу, старпом хотел было откинуть его ногой в сторону, но боцман покрутил пальцем у виска, подхватил замок и, размахнувшись, швырнул за борт.

– Давай, – приказал он юнге, и тот, сопя от страха и напряжения, вошел в клетку.

– Он, когда маленьким был, с ворами-форточниками работал, – сказала Нита, тоже забираясь внутрь. – Щуплый, в окна легко пролезал.

– Потом его хотели к другому делу пристроить, но банду накрыли, – добавил старпом, – однако кое-что Джини умеет.

– Чего тут уметь-то, – пробормотал юнга, ковыряясь в замке какой-то железкой. – Старье… Если б палец в скважину пролез, я б его и пальцем открыл!

Поясная цепь с грохотом упала на палубу, и Джини взялся за ошейник. Еще пара минут – сдался и он, а с ручными и ножными кандалами юнга справился в один миг.

– Ишь ты, руки-то все помнят! – хмыкнул он. – А думал, разучился…

– Разучился он… А кто в прошлом году ларь на камбузе подломил и окорок спер? – вкрадчиво спросил боцман и пояснил: – Я его тогда сразу на заметку взял. Вот, пригодилось…

– Я отблагодарю вас, – негромко произнесла Эдит. Капюшон не спасал – волосы ее намокли и прилипли к щекам, а лицо в темноте, казалось, светилось. – Чуть погодя.

– Да будет вам, – вздохнул боцман. – Будто не у одного моря живем. Так, что ль, крылатый?

– Точно так, – улыбнулся Трейр и, пригнув голову, выбрался из клетки, расправил плечи и подставил лицо штормовому ветру с дождем. – Хорошо-то как!

– Улетай скорее, – попросила Нита, тронув его руку. – Пока не видел никто. Надо еще клетку за борт сбросить…

– Я сам сброшу, как взлечу, – ответил он. – Только вы разойдитесь, чтоб не задел случайно!

– И прости меня… – сказала она едва слышно. Тьери крепче обнял ее за талию. – Я не думала, что отец настолько сильно хочет… поймать дракона. Они уже договорились: если ты станешь сопротивляться, тебя накачают наркотиками, чтобы рассказал обо всем. А потом…

– Я понял, – кивнул Трейр. – Слышал о таком. И, Нита, я тебя ни в чем не виню. Сам ведь в западню полез!

Он повернулся к боцману, который держал за шкирку худосочного юнгу, чтоб того не унесло.