Единственный голос

В ту минуту я возмущенно поддерживала мою подругу всем сердцем. Сейчас иногда смотрю на ее постаревшего мужа (совсем другого мальчика), на взрослых замужних дочерей… и всем сердцем молча благодарю ее деда за те давние слова, брошенные вскользь на террасе, за завтраком…

Кстати, о возрасте: мне кажется, любовь всегда замирает в той возрастной точке, в которой мы находимся сегодня. Та же моя подруга, в то время молодая мать двух маленьких дочерей, со смешком рассказывала мне о сцене любви семидесятилетних стариков, которую невольно подслушала. В отпуске, по пути из одного города в другой, она заночевала у родственников, в крошечной квартире, за перегородкой. И всю ночь слышала стоны: «Девотчка моя!» – «Какое шасте!»… Я тоже похохатывала, когда она изображала мне эти два дребезжащих голоса. Было это лет тридцать назад, и сегодня почему-то эта сцена уже не так меня смешит, как прежде…

Точно так, как – я уверена – не будет меня смешить еще лет через двадцать диалог между неким молодым человеком и старейшей актрисой Грузии, подслушанный и пересказанный одним моим приятелем:

– Дорогая Медея, как жаль, что я не родился на десять лет раньше, а ты не родилась на десять лет позже!

– И что тогда было бы, Лашико, дорогой?

– Тогда бы я мог добиваться твоей любви!

– А что сейчас мешает тебе, Лашико, дорогой?

По поводу же так называемой идеальной любви… Для меня идеальная любовь – это сильное духовное и физиологическое потрясение, независимо от того, удачно или неудачно в общепринятом смысле оно протекает и чем заканчивается. Я полагаю, что чувство любви всегда одиноко и глубоко лично. Даже если это чувство разделено. Ведь и человек в любых обстоятельствах страшно одинок. С любым чувством он вступает в схватку один на один. И никогда не побеждает. Никогда. Собственно, в этом заключен механизм бессмертия искусства.

Для меня моя первая любовь, которая продолжилась первым браком, а закончилась разводом, собственно, и была такой идеальной любовью. Для меня лично. Семь лет идеальной, кошмарной, непереносимой и разрушительной любви. Идеальной – потому, что ни на какую другую в то время я бы и не согласилась.

– СОГЛАСНЫ ВЫ С ТЕМ, ЧТО СОВРЕМЕННАЯ ЛЮБОВЬ ЗАМЕЛЬЧЕНА, ЗАЗЕМЛЕНА, ИЗНАЧАЛЬНО ЗАБИТА ВСЕДОЗВОЛЕННОСТЬЮ СЕКСА, КРОМЕ ТОГО…

– Стоп, я все равно не дам вам закончить. Ни за что! Никогда не соглашусь!

Человеческая душа всегда приходит в этот мир впервые, всегда впервые покидает его. Следовательно, и любит впервые, со всеми ослепительными ударами сердца, сдавленными рыданиями, ошалевшим лицом… Мне кто-то из друзей недавно прислал такую небольшую подборку писем детей… к Богу. Знаете, в качестве эксперимента учительница дала такую тему в классе, если не ошибаюсь, третьем. И вот там мне ужасно понравились два письма, скажем, Пети и Димы.

Одно такое:

«Вот говорят, Господи, что ты – Любовь. Извини меня, но любовь это – Ира».

Второе вообще поразительно по силе чувства, по богоборческой мощи во имя любви:

«Ну что?! Светку все-таки перевели в другую школу! А я семнадцать раз молился Тебе, зубы на ночь чистил, не списывал. А Тебе все нипочем. Ну, кукуй теперь там без меня!»

Картинка по теме:

Дверь кабинки в туалете на центральной автобусной станции в Иерусалиме представляет собой скрижали, исписанные непередаваемыми словесами на трех языках – русском, иврите, английском… В перечне предлагаемых сексуальных услуг перечисляются все части тела. Содом и Гоморра по сравнению с этим прейскурантом выглядят просто пионерлагерем Артек.

И вдруг на пятачке пустого пространства читаю написанное четким летящим почерком:

Приди же, ночь! Приди, приди, Ромео,

Мой день, мой снег, светящийся во тьме,

Как иней на вороньем оперенье!

Приди, святая, любящая ночь!

Приди и приведи ко мне Ромео!

Дай мне его. Когда же он умрет,

Изрежь его на маленькие звезды,

И все так влюбятся в ночную твердь,

Что бросят без вниманья день и солнце.





…и так далее – еще несколько строф из «Ромео и Джульетты» – страстный, яростный протест против тьмы и грязи.

– КАКОВА ФУНКЦИЯ ЛЮБВИ, НАЗНАЧЕНИЕ ЛЮБВИ. СЧИТАЕТЕ ЛИ ВЫ, ЧТО ЛЮБОВЬ – ИНСТИНКТ, ПО ШОПЕНГАУЭРУ, ИЛИ ЭТО – ВОССОЕДИНЕНИЕ С БОГОМ И КОСМОСОМ, ПО ПЛАТОНУ?

– Любовь в жизни человека может выполнять самые разные функции, в зависимости от того, с каким типом любви вы сталкиваетесь. Несчастная любовь (прошу обратить внимание на то, что все эти определения я использую в общепринятом их понимании) может оказаться благотворной для сильного человека и губительной для слабого. Лично для меня любовь всегда была тем точильным камнем, о который шлифовался мой характер. К тому же, как сказал один из современных классиков – в наши дни художник просто не имеет права не взрастить в себе маленькой личной трагедии – это не в моде. Добавлю от себя: и никогда в моде не было… По поводу же инстинкта или слияния с Богом, Вселенной, Космосом… Знаете, человек слишком сложно устроен, чтобы расчленять и раскладывать по полочкам одно из драгоценнейших чувств, которое подарено ему Богом. Конечно же, это и могучий инстинкт, и высочайшая работа души, и та самая борьба с невидимым Ангелом в ночи, с которым боролся праотец наш Яаков…

А суть все в том же – в обладании. Вся эта исступленная безнадежная борьба друг с другом до победного конца – за «золото души» любимого человека.

– КАЖЕТСЯ ЛИ ВАМ, ЧТО РЕВНОСТЬ – НЕПРЕМЕННАЯ СПУТНИЦА НАСТОЯЩЕЙ ЛЮБВИ? ИЛИ ВСЕ ЖЕ «ЛЮБОВЬ ДАЮЩАЯ» ПРЕДПОЛАГАЕТ НЕКОЕ СМИРЕНИЕ ПЕРЕД МЕТАНИЯМИ ПАРТНЕРА, ПОНИМАНИЕ, СОЧУВСТВИЕ, ДАЖЕ РАДОСТЬ ЗА ОБЪЕКТ ЛЮБВИ? НАДО ЛИ, ПО-ВАШЕМУ, ВОСПИТЫВАТЬ СЕБЯ И БОРОТЬСЯ С СОБОЙ, ЕСЛИ ЭТО ТЯЖЕЛОЕ ЧУВСТВО ВСЕ ЖЕ ГНЕЗДИТСЯ В СЕРДЦЕ?

– О, это взрывоопасная тема. Боюсь, ревность – не то чувство, с которым можно бороться. Это качество воображения. Вернее, это боль, сопровождающая тебя всюду, особенно в интенсивной работе воображения. Блистательная Лидия Борисовна Либединская, перед удивительной ясностью и простором мысли которой я преклоняюсь, вспоминала, что бабушка ее говорила: «В молодости надо делать то, что хочется, а в старости НЕ делать того, чего НЕ хочется». «Запомни три НЕ – говорила бабушка: – НЕ бояться, НЕ завидовать, НЕ ревновать. И ты всю жизнь будешь счастлива!» От себя могу добавить, что никогда не могла совладать с ревностью. И неревнивых мужчин втайне (очень втайне!) презираю.

– СКОЛЬКО ПО ВРЕМЕНИ МОЖЕТ ПРОДОЛЖАТЬСЯ ЛЮБОВЬ – ОДНА?


– Ну знаете, как говорил Киса Воробьянинов – «Торг здесь неуместен».

Давид Самойлов в одном из своих стихотворений писал: «И всех, кого любил, я разлюбить уже не в силах…» Вот вам и подсчеты. Истинная, сильная любовь – всегда тяжкая печать на судьбе человека.

Помню, однажды мы с моим старым приятелем ехали в автобусе, и на одной из остановок вошла его первая жена, с которой он расстался лет двадцать назад, после чего удачно женился, имеет двух детей во втором браке. Так вот, едва в автобус вошла эта женщина, он совершенно потерялся. Побледнел, потом его бросило в жар, он засуетился, стал пробираться к выходу… Когда мы вышли из автобуса, он признался, что ощутил страшное сердцебиение и чуть в обморок не упал. «Почему? – удивилась я. – Ты расстался с этой женщиной двадцать лет назад»… Он внимательно посмотрел на меня и сказал: «Вот когда с жизнью расстанусь, тогда и успокоюсь».

– ЧТО ТАКОЕ, ПО-ВАШЕМУ, ИНТЕРЕСНАЯ, СЕКСУАЛЬНАЯ ЖЕНЩИНА?

– Боюсь, в силу своих консервативных сексуальных предпочтений, не смогу вполне компетентно ответить вам на этот вопрос. Вот если бы вы спросили меня о мужчине, тут мой опыт, пожалуй, вполне бы сгодился.

Вообще же понятие «интересная» женщина или «интересный» мужчина настолько размыты и в каждом отдельном случае персонифицированы, что я считаю неблагодарным делом давать оценки.

– «ЖЕНА» – ЭТО ЗВУЧИТ ГОРДО?

– Смотря на каком инструменте она звучит. На флейте или, может, на скрипочке она звучит и гордо и изящно… Лично я в семейной жизни звучу исключительно на ударных инструментах.

– МОЖНО СПРОШУ ПРО ГРЕХ? НЕ ПРО СЕКС, ОТНЮДЬ. ПРО КЛЯТВУ. КЛЯЛИСЬ ЛИ ВЫ КОГДА-НИБУДЬ СУПРУГУ В ВЕЧНОЙ ЛЮБВИ И ВЕРНОСТИ, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ БРАКОСОЧЕТАЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ?

– Ой, дайте отсмеяться. Чем забита ваша голова, извините? Чего вы начитались – Даниэлы Стил? Какие такие клятвы? Клясться я могу только за рулем, и то только в том, что сейчас обгоню этого гада и покажу ему, что с ним надо сделать…

Что касается мужа и «бракосочетального учреждения»… Мы ведь, знаете, были оба взрослыми людьми, оба – с развалинами прошлой, первой жизни за спиной. Борис примчался на три дня в Ташкент из Москвы (его не отпускали надолго из Дворца пионеров, где он преподавал в изостудии), и мы мимоходом расписались в районном отделении ЗАГСа, по пути сдав в ларьке пустые бутылки из-под кефира. Правда, для ускорения получения законного документа пришлось за 25 рублей купить справку, что я беременна (обычные ташкентские махинации), а также уплатить полтинник за то, чтобы нас расписали. Почему-то расписали нас послезавтрашним числом – чиновница полагала, что хорошо бы растянуть срок «размышления»… Борис до сих пор любит повторять, что наша законная семейная жизнь началась с аферы, и два дня мы прожили в потустороннем «послезавтрашнем» браке.

Слушайте, в конце-то концов: у нас обоих отменное чувство юмора и работа такого сорта, которая требует целодневного молчания. И если, будучи в браке третий десяток лет, мы предпочитаем ездить повсюду вместе – то это и есть своеобразная… ну, не клятва, но залог… ну, не вечной, но прочной, застарелой… ну… любви, да.

– ПОЧЕМУ МЫ ВСЕ ВРЕМЯ ИЩЕМ НОВУЮ ЛЮБОВЬ? ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ЛЮБОВЬ ОПРАВДАНИЕМ ИЗМЕН?

– «Мы» – это кто? Я, знаете ли, писатель, слово «мы» не люблю еще с пионерских времен и школьных лагерей. Для меня вообще понятия «мы» не существует. Каждый человек сам себе сценарист своей судьбы. Кто-то ищет все новой и новой любви, кто-то всю жизнь трясется над одной-единственной, как Скупой рыцарь. Кто-то разбивается о первую и больше уже ничего не ищет…

Является ли любовь оправданием чего бы то ни было? Не знаю. Любовь самоценна, она не оправдание, не цель, не средство. Не забудьте, что это – сущность, на которой зиждятся все великие религии. Все зависит от наполнения, от напора, от накала любви. Так, слабая лампочка едва освещает подворотню, а сильный прожектор маяка ведет корабли в бухту. Чего достойна та или иная любовь – определяет, как правило, время. Чему она является оправданием – скрыто, как правило, в таинственных хитросплетениях судеб.

– ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ТВОРЧЕСТВО АЛЬТЕРНАТИВОЙ ЛЮБВИ?

– О, да, да, да!

Особенно с годами… Это и есть своего рода любовь, причем такая сильная, что при полной отдаче «проклятью белого листа» на любовь к мужчине и сил-то уже не остается. Это интрига, борьба, ненависть, пораженье, победа… – все, как в любви, и даже полнее, цельнее, потому что партнер – это тоже вы, только в другой ипостаси.

Во всяком случае, единственный соперник, к которому меня ревнует мой муж, это мое писательское одиночество над каждой следующей страницей.

– БАНАЛЬНЫЙ ВОПРОС, И ВСЕ ЖЕ: ЧТО ТАКОЕ ДЛЯ ВАС ЛЮБОВЬ – ВЧЕРА, СЕГОДНЯ И ЗАВТРА?

– Для меня любовь – вчера, сегодня и завтра – материал для будущей книги. И не только моя любовь, и не только любовь, а все вообще, что со мной и с миром вокруг меня происходит. Моя душа, мое тело, мой муж, мои дети, мои близкие и неблизкие, мои враги, моя вселенная, короче: моя единственная жизнь вчера, сегодня и завтра – материал для будущей книги.

«У художника нет личной жизни, он прячет ее, заставляя нас обращаться к его книгам, если нам взбредет вдруг в голову искать истинный источник его чувств. Все его изыскания в области секса, социологии, религии и т. д. – лишь ширма, за ней же только и всего – человек, страдающий нестерпимо оттого, что нет в мире места нежности».

Это написал замечательный писатель Лоренс Даррелл в своем романе «Жюстин».

Мне нечего к этому добавить.



* * *





notes


Примечания




1




Фрагмент из романа «Бабий ветер», 2017.