Ее нежеланный лорд

Он несколько мгновений молчал, пристально глядя на нее. В темных глазах полыхало старательно сдерживаемое бешенство, и Бьянка подумала, что, пожалуй, перегнула палку. Еще в самом деле голову открутит. А потом вдруг поняла – нет, ничего он ей не сделает. До свадьбы – точно. Потому что ежели не станет Бьянки Эверси, то не будет и новоиспеченного графа Эверси. И, окрыленная этой мыслью, она одарила Сандора самой очаровательной улыбкой, на какую только была способна.

– Справлюсь, не переживайте, – глухо ответил он. – Надо было оставить вас там, с Красавчиком и Шрамом. Может быть, после них вы бы думали, что говорить, а что не стоит будущему мужу. И – да. Слушая вас сейчас, я уже начинаю жалеть о том, что повел себя как подобает джентльмену. Возможно, в следующий раз все будет по-иному.

– Следующего раза не будет, – высокомерно ответила Бьянка и отвернулась к окну.

– Сложно предугадать, что будет, а чего не будет, – хмыкнул Сандор, но было видно, что он несколько обескуражен таким поворотом разговора. Он не ожидал, что получит отпор от девчонки, талию которой может легко обхватить пальцами рук.

– Вы просто невыносимы. Ненавижу вас, – с улыбкой сказала она.

– Вы сможете сколько угодно ненавидеть меня… сегодня ночью, – мрачно пообещал Сандор.

Кажется, он хотел еще что-то добавить, но карета остановилась.

– Прибыли, леди Эверси. – Мужчина хмыкнул, распахнул дверцу кареты и очень ловко, невзирая на собственные внушительные размеры, выбрался наружу.

Бьянка осторожно высунула нос следом и остолбенела.

Рой Сандор, этот невыносимый, грубый, наглый мужлан, привез ее едва ли не к самому дорогому свадебному салону столицы. Естественно, салон был закрыт, потому что приличные заведения не начинают работать с рассветом.

– Вылезайте, – приказал мужчина.

«Даже руки не подал», – возмутилась про себя Бьянка и выбралась на мостовую сама.

Она не верила собственным глазам: одетый как голодранец, Сандор уверенно подергал шнур звонка. Через несколько минут им открыл заспанный слуга, который тут же проснулся.

– Лорд Сандор! – протянул он так слащаво, что у Бьянки зубы заныли. – Прошу вас, прошу! Извольте! Все готово, ждем вас с нетерпением!

И она окунулась в волшебный мир, о котором еще недавно могла только грезить. Ведь по части денег у семьи Эверси дела шли не очень хорошо.

Бьянку отвели за ширму, и две милых девушки принялись наряжать ее как куклу. Ей приносили кружевное белье из шелка, соблазнительные короткие панталончики, воздушные и легкие, как паутинка, великолепные нижние сорочки, каждая из которых могла бы украсить гардероб королевы. В качестве чрезвычайно модной новинки были предложены тончайшие, почти прозрачные чулки, которые крепились на бедрах при помощи крошечных крупиц специального артефакта.

– Вы знаете, некоторым мужчинам такое очень нравится, – пояснила одна из работниц салона, – особенно когда, хм, кроме чулочков, больше ничего не надето.

Бьянка не стала отказываться, но про себя решила, что чулочки будут последним, что в своей жизни увидит Рой Сандор.

Потом ей принесли платье из сверкающего атласа, нежно-голубое, в цвет глаз. Бьянка покорно облачилась в него, а тоска грызла, впилась зубами в самое сердце.

Не хотелось вот так… для него. Совсем не хотелось.

Ее вывели под руки, разодетую, словно принцессу, и поставили перед развалившимся на диване Сандором, как будто она была просто вещью.

«Да ведь так и есть, – с особенно пронзительной грустью подумала девушка, – я для него не больше, чем вещь».

Взгляд скользнул по нежеланному жениху. Бьянка отметила, что он тоже переоделся, грязное тряпье куда-то делось, а его место заняли сверкающая белизной рубашка, новые бриджи и сюртук самого модного покроя. Теперь лорд Сандор был аккуратно причесан, темные волосы собраны в пучок и перевязаны тонкой лентой.

– Сойдет, – Сандор удовлетворенно кивнул, рассматривая Бьянку. – Принесите что-нибудь из украшений. Я не поведу невесту к алтарю так, как будто она из нищей семьи.

Моментально принесли футляры, большие, обитые черным бархатом. Шевельнулось любопытство, Бьянка даже привстала на цыпочки, чтобы посмотреть, но Сандор все решил за нее: ткнул пальцем в ближайшее колье.

– Вот это возьму. – Потом глянул на Бьянку, улыбнулся каким-то своим мыслям. – Леди Эверси, у вас уши проколоты?

Она растерянно кивнула. Да, уши были проколоты. Только серьги она дома оставила, потому что переодевалась мужчиной, а всем известно, что мужчины серьги не носят.

– Хорошо, – он снова как будто ушел в себя, – помогите ей.

Когда Бьянка увидела колье, она едва сдержала невольный возглас восхищения. Когда-то… они с маменькой так и не купили подобное, с голубыми топазами и бриллиантами.

– Погодите-ка. – Сандор вдруг подошел и сам взял в руки колье, любуясь переливами драгоценных камней в свете магкристаллов.

– Лорд Сандор, позвольте узнать, а понравился ли леди кулон с лациумом? – спросил кто-то.

Рой нахмурился, россыпь топазов и бриллиантов дрогнула на его ладони. А Бьянка вдруг подумала – ну вот, он еще кому-то дарит драгоценности. Впрочем, что ж тут странного – при деньгах, наверняка есть любовница.

«А я, я буду всего лишь нежеланным довеском к титулу».

И она поникла.

– Кулон пришелся по вкусу, – спокойно ответил Сандор.

Он обошел замершую Бьянку со спины и очень элегантным, отточенным движением застегнул колье у нее на шее. Она вздрогнула, почувствовав, как горячие пальцы мягко погладили ямку под затылком.

– Не трогайте меня, – прошипела, – лучше б вы застегивали колье на шее своей любовницы…

– А вы уже ревнуете, да? – едва слышно прошептал он и тихо рассмеялся.


– Ничуть. – Бьянка передернула плечами, мечтая, чтобы он отошел от нее подальше и поскорее.

Но не тут-то было. Сандор не отказал себе в удовольствии вдеть ей в уши тяжелые серьги, и Бьянка со злостью думала о том, что он специально так легко и ласково прикасается к ней. Она вообще не понимала, как эти большие руки могут трогать ее с нежностью крыла бабочки.

– Все еще боитесь меня? – шепнул он, склоняясь к ней сзади.

Бьянка вздрогнула, ощутив прикосновение жесткой ткани рубашки к обнаженной спине. Ее словно жаром опалило. Грудь у Сандора была горячей и твердой, словно камень. И всего лишь на мгновение Бьянкой овладело странное, иррациональное желание – просто закрыть глаза, не думать больше ни о чем, откинуться назад, чтобы он обхватил за талию и прижал к себе… И тут же ее накрыло паникой. Сполохи воспоминаний, как едкие, обжигающие языки пламени: грубые руки Ксеона, раздирающие корсаж. И тот, страшный, из кошмаров, что причиняет боль. Каждый раз и только боль.

– Не боюсь, – пробормотала она, делая поспешный шаг вперед.

А сама покрылась ледяным потом.

Ей показалось, что Сандор чуть слышно вздохнул.

Он тоже отошел в сторону, и пока расплачивался, Бьянка все же не утерпела, подошла к огромному, в полстены, зеркалу. Оттуда на нее уставилась невероятно красивая девушка с совершенно обезумевшим взглядом, как у загнанного в угол зверька.

«Что же мне делать? Что? Всеблагий, подскажи…»

Но Всеблагий не успел надоумить. Бьянка дернулась в сторону, когда рядом с ней в зеркале вырос лорд Сандор. Огромный, широкоплечий и немного неуклюжий. Впрочем, Бьянка уже понимала, что эта его неуклюжесть только кажущаяся. На самом же деле этот мужчина был так же опасен, как тигр.

– Ну что, леди Эверси, – сказал он негромко, – нам пора.

– Так скоро? – пробормотала она.

Все еще не хотелось верить в происходящее.

В то, что сейчас она навсегда свяжет себя с человеком, которого ненавидит.

– Идемте. Как раз с утра у жрецов много свободного времени, – с усмешкой сказал Рой, – а потом вы, наконец, сможете отдохнуть и прийти в себя. Ночка-то выдалась веселой.

Потом они снова ехали в карете, но уже недолго, до ближайшего храма Всеблагого. Новые туфельки немного жали, и Бьянке отчего-то было душно, очень хотелось пить, а попросить она не смела. Да и где Сандор возьмет ей воду посреди спящего еще города?

У входа в храм она невольно остановилась. От страха подташнивало, перед глазами плыло.

– Пожалуйста, – прошептала она, подняв глаза на жениха, – отпустите меня… умоляю вас… не надо… что я вам такого сделала, что вы меня хотите уничтожить?

Сандор лишь дернул бровью, подхватил ее под локоть и поволок вперед, к входу.

– Я вас просил, без глупостей, – прошипел он, – уважьте хотя бы эту мою просьбу. Я все равно на вас женюсь, так не лучше ли попытаться найти общий язык с будущим мужем?

Бьянка промолчала. В горле стыл крик. Она как будто наблюдала за происходящим со стороны. Как будто и не она вовсе вошла в храм под руку с чудовищем и как будто не ее запястье привязали к горячему запястью нелюбимого мужчины.

Бьянке хотелось плакать. И исчезнуть, испариться легким дымком.

Но она стояла и молча слушала слова ритуальных фраз, и в груди медленно разрастался комок боли и невыплаканных слез.

«Он ко мне не прикоснется, – вяло подумала она, – я не хочу… я не могу…»

А потом ее словно ледяной водой окатили. На смену отчаянию пришла злость. Она покосилась на стоящего рядом Сандора.

«Ну ничего. Ты еще пожалеешь, что женился на Бьянке Эверси».

Белую ленту развязали, и ее рука обессиленно упала, повисла вдоль тела.

– А теперь, дабы скрепить ритуал, следует поцеловаться, – с приторной радостью сообщил жрец.

Бьянка зажмурилась и сжалась.

Сандор, если захочет, свернет ей шею. Так что сопротивляться глупо, по крайней мере в храме.

– Бьянка, – тихо позвал он.

Она промолчала. Так и стояла, не открывая глаз.

Потом ощутила теплое дыхание на лице, тонкий аромат дорогих сигар. Теплые губы мужчины мягко, очень деликатно коснулись ее губ. Борода пощекотала щеку.

Вот и все. Она стала женой лорда Сандора, а он, как и рассчитывал, стал графом Эверси.





* * *