Хирург дьявола

– Сергей Викторович, – решила я пойти другим путем. – Давайте вернемся обратно. Вашего друга постигла жуткая участь. Моя задача – разобраться в причинах, которые к этому привели.

– Извините, – очнулся Сергей Викторович, – просто до сих пор… вы понимаете?

Пришлось взять ситуацию в свои руки.

– Вы рассказали о преподавателе, который планировал уехать за границу.

– Да, – согласился Колесников, – но если придерживаться хронологии в повествовании, то я не хотел бы ее нарушать. Иначе запутаюсь.

Трудно было бы спорить. Он говорил вполне логичные вещи.

– Вы рассказали о том, что работали вместе, – напомнила я.

– Да, работали мы вместе. И часто общались в свободное от работы время.

– А подробнее? – мягко намекнула я. – Работали, отдыхали. Что случилось потом?

– А вот потом мы уехали в Англию.

– Вот это поворот, – радостно отреагировал Витя. – Все-таки вы туда попали? Вместе с тем самым преподом? Или одни? Врачевать поехали, да?

– Какое забытое слово – «врачевать», – улыбнулся Колесников. – Именно. Как я уже сказал, мы с Андреем постоянно были на связи. Он ничего от меня не скрывал, хотя и мог бы, наверное. Например, тот факт, что им с женой очень нужны деньги, потому что после обследования сына никаких накоплений в их семье не осталось. Да и те, что были, были невелики. И я предлагал помощь, предлагал деньги просто так или в долг. Андрей не брал. Гордость, я понимаю. Я с родительской дачи привозил им овощи, фрукты, какие-то ягоды. Родители мои за городом жили с мая по октябрь, садовничали. Поэтому всякие банки или мешки с картошкой у нас всегда водились. Я какую-то часть отдавал Андрюхе. Не очень много, но что-то, от чего и его семье, и мне в какой-то мере становилось легче.

– Вы настоящий друг, – искренне заметила я. – В Англию, значит, тоже вместе отправились?

– Да. Вышло так, что и туда мы тоже отправились вместе, – ответил Колесников.

– А как вас вообще туда занесло? Неужели Афиногенов посодействовал?

– О, это волшебная история. Однажды мы не совпали сменами, – ответил Колесников. – Андрей дежурил в хирургии днем, а я заступил в ночь. Буквально на пару минут пересеклись в ординаторской. Он спешил, и я спросил, куда он бежит. Он заговорил о какой-то встрече. Какая встреча? С кем? Не доложил. Я уж, грешным делом, решил, что он закрутил с кем-то из медсестер. Но он сам все рассказал на следующий день. Оказывается, случайно встретил на улице Афиногенова. Разговорились, обменялись новостями, а потом Илья Петрович сам пригласил Андрюху выпить пивка в каком-то баре. Сказал, что есть одно дело. Вот на эту встречу Андрей тогда и торопился.

– Что за дело? И при чем тут Англия? – снова встрял Витя.

Мне показалось, что он переигрывает. Я просила его быть внимательным, не более, а он, кажется, решил вести перекрестный допрос.

– Витя, – пропела я и достала из сумки кошелек. – Вот деньги, купи, пожалуйста, нам с Сергеем Викторовичем… Сергей Викторович, – обратилась я к Колесникову, – все равно ведь сидим, правда? Предлагаю задобрить стресс чем-нибудь съедобным. Вы что-нибудь конкретное ели сегодня?

– Воды выпил, признаюсь, – улыбнулся Колесников. – А больше и не особо хочется. Жара-то какая, а ведь только май.

– И не говорите. Но кофе я бы угостилась, – сказала я и открыла кошелек.

– Тогда уж угощу я, – остановил меня Колесников и решительно поднялся из-за стола. – Уберите деньги, дайте мне возможность почувствовать себя в норме. А то последние события, признаюсь, не лучшим образом отразились на моем самочувствии.

– Вау, – снова открыл рот Виктор. – Никогда не слышал, чтобы так красиво заменяли старую добрую фразу «Как же мне хреново».

– И это тоже, – заметил Колесников и пошел к прилавку.

Я выждала пару минут после его ухода и набросилась на Виктора.

– Ты что, друг мой, себе позволяешь?!

– Не, ну а че? – в недоумении вздернул брови старший лейтенант, заигравшийся в фамильярность. – Я реально удивлен – такой поворот событий! То у тебя денег нет, ребенок болеет, никакого просвета в жизни, и вдруг ты уже пакуешь вещички и дуешь в Великобританию.

– Ведите себя соответственно роли, старший лейтенант полиции, – придавила я его восторги. – Иначе мы распрощаемся еще до того, как…

– Понял, принял. Не вопрос, – послушно закивал Виктор. – Но в моих действиях есть скрытый смысл.

– Какой?

– Потом расскажу.

Я заметила его смеющийся взгляд.

– Ты же все испортишь, Виктор!

– Не испорчу. Доверьтесь мне, Таня.

Колесников принес нам не только кофе. Он приволок тарелку с кексами.

– Налетайте, – скомандовал он. – Другие пирожные не внушили доверия своим внешним видом.

– Иди сюда, – потянулся к кексу Виктор. – Ух ты, какой хорошенький.

– А картофельное пюре с сосисками, борщ или капустный салат я не рискнул брать из-за того, что не знаю ваших гастрономических предпочтений, – добавил Сергей Викторович.


– Все в порядке, – успокоил его Виктор. – Вы и без борща угадали. Спасибо.

Я попробовала кофе, который оказался довольно неплохим. Решила, что растяну удовольствие, потому что рабочий процесс стихийным образом превратился в какую-то сиесту. Сергей Викторович же выпил кофе и уничтожил свой кекс довольно торопливо, несколько раз бросив тревожный взгляд на входную дверь.

– Расскажите же про то, как вам удалось попасть за границу, – отставив пустую тарелку, попросила я.

– Афиногенов, оказывается, проживал и работал в Лондоне уже несколько лет, – сказал Колесников. – Во время отпуска приехал в Тарасов. Не знаю, по какой причине. Случайно встретил на улице Андрея, после разговора с которым вдруг предложил ему, скажем так, сотрудничество.

– Предложил, но после разговора?

– Да, Андрей получил от него письмо по электронной почте.

– Понятно.

– Ну, а Андрюха, разумеется, сразу же вспомнил про меня. В итоге Афиногенов предложил приехать в Лондон нам двоим, что и случилось примерно через полгода.

– Долго вы там пробыли?

– Нет, – уклонился от прямого ответа Сергей Викторович. – Быстро вернулись. А потом как-то жизнь развела.

– А что случилось? – поинтересовался Витя. – Почему не зашло?

В этот раз я мысленно присоединилась к вопросу. Мне тоже было интересно, почему два перспективных хирурга не остались работать за границей на более длительный срок.

– Были причины, – коротко ответил Колесников. – К делу отношения они не имеют.

Сразу стало понятно, что мы с Виктором слишком рано заступили на чужую территорию. Надо было срочно возвращаться.

– Сергей Викторович, – попросила я. – У вас есть какие-нибудь мысли насчет того, кто мог бы быть причастен к смерти вашего друга?

Колесников нахмурился.

– Возможно, позже я смогу расставить мысли по порядку, что-то вспомнить, что-то увидеть. То, чего раньше не замечал. Что-то, о чем вы спрашиваете. Но в данный момент я не могу назвать ни одного имени, – признался он. – Я знаю только тех, с кем он общался постоянно.

– Хорошо, – произнесла я. – Тогда расскажите о тех, кто окружал вашего друга. Семья, друзья.

– Я не всех знаю, к сожалению…

– Понимаю, – успокоила я его. – Давайте начнем с тех, о ком вам известно. С самых близких.

Колесников взглянул на наручные часы. Они мало напоминали мужские. Скорее, были сделаны в стиле унисекс. И даже на расстоянии было понятно, что они стоят довольно дорого.

– Торопитесь? – поинтересовался Виктор, заметив, что Колесников сверяет время.

– Нет, – ответил он. – Но и вас задерживать не хочу.

– А я все свои дела ношу с собой, – Виктор щелкнул ногтем по корпусу своего мобильника. – Тут у меня и доступ к аккаунтам, и почту я могу проверить.

– Это вы к чему? – холодно поинтересовался мой собеседник.

– Ни к чему, – лучезарно улыбнулся Виктор. – Просто сказал, что в телефоне есть все, что мне нужно. Это экономит массу времени, а я всегда в курсе дел. Вот только что письмо в почтовый ящик капнуло – я товар один в магазине заказывал, его на складе не было. А теперь мне сообщили, что он в наличии.

– Рад за вас, – сказал Колесников.

– А вы не пользуетесь соцсетями или чем-то еще? – не отставал Виктор.

– Не пользуюсь, – ответил ему Колесников. – С электронной почтой дружу поскольку-постольку. Остальное можно решить с помощью, например, того же мобильного телефона.

– Серьезно? Даже Инстаграма нет? – округлил глаза Виктор.

– Нет.

– Не знаю, как вы так живете… нигде не регистрируясь… кошмар… – пробормотал Виктор, снова уткнувшись носом в экран мобильного телефона.

Колесников выразительно посмотрел на меня. Во взгляде явно читалась неприязнь.

– У нас с Андреем был один почтовый ящик на двоих, – вдруг произнес он. – Правда, я им совсем не пользовался. Когда мы учились в медицинском, то интернет не так сильно владел сознанием людей. Не то, что сейчас. Я не особо интересовался этими штуками, а вот Андрея это дело очень увлекало. Он мне показал как-то бумажку с непонятными цифрами и буквами. Сказал, что это пароль от электронного почтового ящика. Я удивился: зачем мне это? Он объяснил, что сейчас такие штуки очень облегчают жизнь. Удобно рассылать резюме или с кем-то поболтать. Сказал, что я тоже могу пользоваться. Добавил, что я темнота.

– Когда это было? – оторвался от своего мобильника Виктор.

– Лет двадцать с небольшим назад. Не помню точно, – ответил Колесников.

– Тогда интернет уже не был в новинку, – заметил Виктор.