Я смотрю на тебя

– Эй, я ведь и загордиться могу, – улыбаюсь, но внутри все сжимается. – Ладно, не буду тебе мешать.

– Ок, только давай не будем опять ждать неделю, чтобы увидеться. Я скучаю, и в голову лезут дурацкие мысли…

– Ок!

– Биби… – он смотрит на меня так, будто я действительно нахожусь перед ним. – Мне тебя не хватает! – и посылает поцелуй в камеру.

Я вздыхаю.

– Мне тоже.

Я больше не могу смотреть ему в глаза.





* * *


Ночь создана для размышлений, беспокойств и сожаления. Но утром под теплым душем в голове все проясняется. Лучшие идеи мне всегда приходят в эти десять минут, пока я наслаждаюсь ласковыми струями, которые смывают все раздумья. В этот момент, намыливая волосы и ощущая чувственный запах шампуня с миндальным маслом, принимаю самое простое решение: сегодня я не пойду на работу.

Не горю желанием встретиться с Леонардо. Я не знаю, что ему сказать, и самое главное – чего ждать от него. Кроме того, мы никогда не обменивались номерами телефонов (удачное совпадение), так что он не сможет найти меня. А у меня не возникнет соблазна отправить ему сообщение. Почему-то это успокаивает меня. Вчера все было прекрасно, всепоглощающе, не могу отрицать, это было бы лицемерием. Но все произошло так быстро и неожиданно, что я до сих пор не могу в это поверить. Секс с ним просто поверг меня в пучину новых, захватывающих ощущений, которые я еще не в состоянии пережить. А вчерашний звонок Филиппо только еще больше меня запутал.

Все произошло так быстро и неожиданно, что я до сих пор не могу в это поверить. Секс с ним просто поверг меня в пучину новых, захватывающих ощущений, которые я еще не в состоянии пережить.



Вот почему сегодня утром я осталась дома и делаю вид, что никуда не спешу. Займусь уборкой (в этом всегда есть необходимость, так что уборка – не просто предлог), а потом пойду за покупками. Холодильник опять пуст. Может быть, это меня отвлечет.

Внезапно раздается звонок в дверь. Мне кажется, я знаю, кто это. Только она может держать палец на кнопке звонка непрерывно в течение десяти секунд.

Поднимаю трубку домофона, готовясь к худшему.

– Гайя?

– Ты чего так долго не отвечаешь? – Ее вопль пронизывает мои барабанные перепонки. – Я могу подняться? Или у тебя там голый мужчина в постели? Хотя для меня это вообще-то не проблема…

– Поднимайся. Дверь открыта.

И что мне теперь делать? Рассказать ей или нет?

Я еще раздумываю над этим, когда вижу Гайю, приближающуюся ко мне своей кошачьей походкой.

– А ты почему дома? Я заходила в палаццо…

– Я сегодня не пойду на работу.

– Эй, ты что, заболела? – она внимательно вглядывается мне в лицо.

Решаю, что лучше позволить ей верить в это, потому что рассказать сейчас всю правду было бы чересчур. У меня просто нет сил. Я же не обманываю ее, а просто не все рассказываю. И это успокаивает мою совесть. Совсем немного.

– Наверное, потому, что скоро месячные… Голова болит, – отвечаю и, чтобы войти в роль, ложусь на диван, прикрывая ноги пледом, украшенным маргаритками и сердечками.

Мне подарила его мама на прошлое Рождество. (Она украсила его сама, потратив на это два с половиной месяца и немалую толику своего зрения.) Этот плед – мое пристанище в дни лени и меланхолии.

– Я утром уже проснулась с головной болью, – морщусь со страдальческим видом, а Гайя присаживается на диван в ногах.

– Бедная моя подружка… – она с сочувствием гладит меня по щеке.

Может, я переборщила со спектаклем? Похоже, я увлеклась. Пытаюсь исправиться:

– Но мне уже получше.

– Ты что-нибудь приняла?

– Да нет. Это необязательно, мне уже скоро станет лучше, так всегда.

– Сколько раз я тебе говорила – тебе нужно отвлекаться! – подруга качает головой с суровым видом. – Эта фреска сведет тебя с ума!

Дело не только во фреске…

– А вообще, я зашла, чтобы сообщить тебе последние новости! – Лицо Гайи приобретает лукавое выражение, и она подсаживается поближе, подвинув мои ноги.


– Да… – я уже все поняла. – Якопо Брандолини?

Она кивает с довольным видом.

– В вечер открытия, – весь ее вид излучает счастье, – и да, кстати, извини, что я так исчезла, но ты же меня знаешь…

Внезапно я вспоминаю, что она бросила меня посреди вечеринки, и принимаю рассерженный вид.

– Как раз хотела тебе сказать: ну ты и сволочь!

– Я знаю, но это же того стоило, – Гайя поднимает руки как бы защищаясь. – Возможно, Леонардо обиделся, но в какой-то мере это он способствовал нашей встрече.

– То есть?

– Он подошел ко мне и говорит: «Ты не хочешь попробовать десерт?», я пыталась объяснить, что жду тебя, но он настоял, потому что некоторые пирожные нужно было есть теплыми.

Слушаю рассказ Гайи с возрастающим вниманием.

– В конце концов пришлось послушаться, – продолжает она. – Я пошла к столу с десертами, и кого я там встретила? Якопо! Такое ощущение, что он меня там ждал. Мы начали разговаривать, и я обо всем забыла.

Так, значит, Леонардо все задумал заранее и специально организовал встречу Гайи с Якопо, чтобы остаться со мной наедине! Радость этого открытия вызывает у меня прилив глубокого удовлетво-рения.

– Ну и как он, этот Брандолини? – спрашиваю, снова переводя внимание на нее.

– Он интересный, приятный, галантный до невозможности. Он кажется совсем иным в сравнении со всеми мужчинами, с которыми я встречалась… Мне он нравится!

Боже мой, да у нее глаза в форме сердечек!

– Ну, и вы этим занимались?.. – рискую спросить я.

– Ну… – Она на секунду опускает глаза, потом ее лицо озаряет торжествующая улыбка. – Ну, конечно же! Ты за кого меня принимаешь?

Смеясь, толкаю ее в плечо.

– Он пригласил меня к себе, в палаццо за мостом Риальто. Это какое-то чудо, с фресками и потолками в кессонах. У меня было ощущение, будто я в сказке, знаешь, как Золушка на балу. Я даже оробела поначалу, а со мной это редко бывает…

Я слушаю, завороженная ее манерой приукрашивать рассказы. По крайней мере, ей удалось отвлечь меня.

– Ну и?

– Ну и он меня завоевал. Я не смогла отказать, – вздыхает, – честно говоря, у меня и не было намеренияему отказывать!

– Как он себя показал?

– Отлично.

По ее лицу понимаю, что Брандолини, наверное, и правда неплох.

– Это был не просто секс на одну ночь, он был нежным, беспокоился о том, чтобы мне было хорошо, – говорит она с мечтательным видом.

Я в этот момент вспоминаю ласки Леонардо, и эти воспоминания электрическим разрядом отзываются у меня в животе.

– Ты дашь ему следующий шанс, вы еще увидитесь?

– Разумеется, Эле! Он уже пригласил меня на ужин завтра вечером. – Гайя просто светится счастьем, и я искренне рада за нее. И торжественно объявляю:

– Ну ладно, раз это того стоило, тогда прощаю, что ты меня кинула.

– Однако хватит обо мне! А ты что делала потом? Ты ведь ничего от меня не скрываешь?

– Да ничего. Я просто вернулась домой.

Почему я вру своей лучшей подруге? Может, сказать ей? Очень хочется поделиться, но мне еще нужно самой собраться с мыслями. И я опасаюсь пока говорить об этом с кем-то, даже с Гайей (хотя она мне как сестра). Боюсь запутать все еще больше. Прикусываю губу, чтобы не проговориться о Леонардо. Но решаю сказать ей полуправду.

– Слушай, мне тоже надо тебе кое-что открыть.

Гайя резко выпрямляется, такое ощущение, что у нее внезапно выросли антенны на голове.

– Ну-ка, ну-ка, слушаю тебя внимательно, – она придвигается поближе.

– Это имеет отношение к Филиппо.

Гайя внимательно оглядывает меня, она уже и так поняла, что я собираюсь рассказать ей.