Я твой монстр

И я практически успокоилась. Почти успокоилась.

А потом вдруг подумала: о чем я вообще?

Просто это ведь ненормально – я сейчас опасалась не нападения, не смертельной угрозы, не появления в императорском дворце… Единственное, чего я действительно боялась, – оказаться наедине с Адзауро-младшим. Этого и… только этого.

И это ведь основательный бред! С какой стати мне бояться всего одного изнеженного яторийского мужика?! На хрен! Будет выпендриваться, устрою ему все прелести коматозного состояния! И плевать. Реально, мне должно быть абсолютно все равно, поеду я с ним или в составе кортежа. Это вообще ненормально опасаться того, что мы просто останемся наедине на некоторое время… В конце концов, где я и где он.

Но я боялась.

Хотя казалось бы – с чего?!





* * *


Обрядили меня примерно минут за двадцать, после был торжественный выход по все той же Фарфоровой галерее и спуск по лестнице Хризантем. Служанки, уже знающие, что я превосходно обхожусь и без их помощи, просто шли рядом, не предлагая опираться на них.

В холле нас встретили две пары: советник старшего господина Адзауро с женой и младшая ветвь Адзауро – его родственник, тоже с женой.

Акихиро нигде не было видно.

Ко мне с поклоном подошла исаку Толла, при дневном свете выглядящая еще хуже, чем ночью, и в полусклоненном положении торопливо зашептала:

– Слушайтесь во всем госпожу Тастиро. Не забудьте – матери наследников империи следует кланяться трижды. Покорность, молчание и скромность – украшение любой невесты.

Я выслушала все молча, напряженно пытаясь найти взглядом Адзауро-младшего, но его нигде не было видно.

Не появился он и когда мы вышли во двор, где уже ожидали действительно многоместные флайты, частично заставленные цветами и подарками для императорского дома. И я, несколько залюбовавшись причудливыми орхидеями, пропустила момент, когда рядом со мной прозвучало:

– В мой флайт.

От звука его голоса я вздрогнула, но, когда обернулась, Акихиро уже уходил, действительно к своему флайту, но не тому, на котором мы летали вчера. Этот был темнее, матовый, без какого-либо блеска и… на мой взгляд, опасный.

– Госпожа, позвольте вам помочь, – засуетились служанки.

– Госпожа, ваш веер.

– Госпожа, мы отнесем ваш зонт во флайт господина.

– Госпожа, поторопитесь.

И вот кто бы знал, как безумно сильно мне не хотелось туда идти. Но, подойдя к флайту, Акихиро обернулся и посмотрел на меня. В темных глазах читались откровенный вызов и насмешка.

«Берет на слабо», – почему-то пронеслось в голове.

Но уже следующей мыслью было:

«Да что он мне сделает?!»

И я решительно направилась к Адзауро, позволила служанкам усадить меня, поправить все три слоя халатов, поместить на заднее сиденье зонтик, веера и шкатулку с подарком для матери императора, а после слуги отступили, дверь захлопнулась, Чи отдал команду своим и сел в кресло пилота.

Мы поднялись в воздух чинно и плавно, все три флайта разом. Так же медленно и торжественно покинули резиденцию Адзауро, и, едва пересекли третью стену, к нам присоединились флайты с охраной. Скорость полета мгновенно увеличилась, и сверкающей стайкой мы устремились на восток.

Прямо навстречу солнцу…

И в этот момент Адзауро вдруг холодно спросил:

– Сколько стоит твоя девственность?

Вопрос был до того из ряда вон, что, обернувшись к Акихиро, я потрясенно переспросила:

– Что?

Он искоса взглянул на меня и повторил, вновь сосредоточившись на дороге:

– Сколько стоит твоя невинность?

Обалдев от такого, язвительно выговорила;

– Тебе стоимость на развес или по оптовой цене брать будешь?


Он усмехнулся и моему негодованию, и собственно вопросу и пояснил:

– Не люблю быть должным, особенно Исинхаю. Так сколько ты стоишь, Кей?

По спине прошелся неприятный холодок предчувствия опасности, ладони вспотели, на Чи Адзауро я теперь смотрела предельно внимательно, пытаясь определить – он псих? И если псих, то насколько? Дохлый дерсенг, мне бы очень хотелось сейчас знать, насколько реально он псих!

– Чи, малютка, – проговорила, стараясь не показать, насколько мне не по себе стало, – просто вопрос: мы сейчас летим в императорскую резиденцию, так ведь?

На красивых губах зазмеилась издевательская усмешка.

– Акихиро, – я чувствовала, как у меня начинает быстрее биться сердце, – а в целом приглашение в императорскую резиденцию имело место быть?

Он усмехнулся снова и спокойно произнес:

– Ты ведь знаешь ответ, Кей.

У меня было два варианта развития событий после такого – нанести удар сейчас или все же попытаться достучаться до этого социопата.

И я по глупости выбрала второй вариант.

– Акихиро, мне очень жаль, что я оскорбила тебя. Мне правда жаль. Но мой поступок или моя вина не повод подставлять себя под удар…

Меня остановил его взгляд. Один быстрый, пугающе темный взгляд и лицо, на котором сейчас невозможно было прочитать ни единой эмоции.

А затем на красивых губах младшего господина заиграла странная мечтательная улыбка… Магнетическая, притягательная, заставляющая смотреть на красивое лицо Акихиро Адзауро и ощущать, что ты не можешь отвернуться, не можешь моргнуть, не можешь сделать вдох… потому что маска слетела! Это больше не был утонченный младший господин, не был разумный и рассудительный яториец, подающий большие надежды и уже названный наследником клана Адзауро… это был монстр. Самый настоящий монстр, и что бы он ни задумал, он собирался осуществить свой план, и ему было плевать на последствия.

«Голодная собака палки не боится», – вспомнилось мне.

И меня накрыло паникой!

Вариант договориться более не имел смысла, мне пришлось действовать.

Первый удар Адзауро блокировал так легко и естественно, словно ожидал именно удара в шею, который должен был вызвать временный паралич и отработан был мной до автоматизма. Отработан, много раз использован и внедрен в мою систему защиты на уровне рефлексов…

Этот удар не сработал впервые.

И мне стало страшно. По-настоящему страшно. Страшно, как никогда не было с тех самых пор, когда я пришла в себя, лежа на операционном столе и видя дрель, которую в рабочем состоянии подносят к моему колену…

Я не просто ненавижу ощущать себя беззащитной, я боюсь этого до истерики!

Второй удар он получил по руке, но это было лишь начало – стремительно отстегнувшись, я ударила уже ногой и в момент, когда Адзауро откинулся назад, уходя от выпада, попыталась активировать систему автопилотирования флайта и вскрикнула, ощутив укол в бедро, и в голове потемнело практически мгновенно… хотя не должно было бы. Я не чувствительна к большинству паралитиков, но этот подействовал.

И, задыхаясь от невозможности нормально дышать, я ощутила, как все так же легко, ничуть не напрягаясь, Акихиро усадил меня обратно в кресло, пристегнул, сорвал с моих волос заколки с колокольчиками, вышвырнул в открывшееся окно, активировал скоростной режим, не глядя на меня и продолжая улыбаться так, как могло бы улыбаться лишь чудовище – все той же мечтательной изломанной улыбкой крайне целеустремленного монстра.

«Кей, Кей, что происходит?» – раздался в наушнике голос Слепого.

«Кей, мы теряем вас», – уже Полудохлый.

«Кей, твою мать, ответь!»

«Кей…»

Голоса удалялись, сменяясь свистом ветра, вспарываемого хищной конструкцией флайта… Связь прерывалась, я все так же едва могла дышать, а Адзауро все увеличивал и увеличивал скорость, давно пройдя звуковой барьер и намеренно отрезая нас от любой возможности поиска.

Но если Адзауро рассчитывал, что я буду беспомощно валяться под действием парализатора, – то сильно ошибся. В стае крыс слабаки не выживают. В стае крыс играют не по правилам. В стае крыс никто никогда не сдается…

Сорок секунд на обретение пусть и не полной, но власти над своим телом.

Быстрая оценка ситуации.

Действие!

Я нанесла удар, когда Адзауро отвлекся на навигатор, и удар был конкретно по навигатору, со всей силой, на которую была способна, и всем преимуществом, что давали мне тяжелые яторийские деревянные сандалии. Акихиро просто не успел среагировать. Нет, ударь я по нему, вероятно, он рефлекторно отразил бы удар, а вот нанесение вреда флайту для яторийца стало неожиданностью.

Но это было лишь началом – взвыла аварийная система, активируя геолокацию и систему экстренного спасения, и почти сразу в моем наушнике раздалось:

«Кей, нашли вас».

Когда Адзауро развернулся ко мне, улыбалась уже я.

И ему бы следовало понять, что пора остановиться, но в темных глазах младшего господина, казалось, только сейчас начало просыпаться что-то необъяснимое, какое-то садистское восхищение с оттенком предвкушения, что-то, что пугало лишь сильнее четким осознанием: передо мной не разумный человек – передо мной чудовище.

– Прекрати это, – потребовала я, ускоряя дыхание и выгоняя остатки парализатора из своей крови. – Моя задача – сохранить твою жизнь, Акихиро, о здоровье и физической целостности речи не шло… подумай об этом.