Книжный ниндзя

– Джин Су. В очереди за кофе. Черт. Не смотри ему в глаза. Не смотри.

– Зачем ты до сих пор ходишь к нему на занятия, если хочешь его избегать? – прошипела Фрэнки, скрючиваясь за грустноватого вида лировидным фикусом в горшке перед ними.

– Потому что такой саундтрек больше нигде не ставят. И я больше с ним не разговариваю. Прихожу и ухожу. Вошла – вышла! Вошла – вышла! – покраснев, сказала Кэт.

– Ладно, ладно. Пожалуйста, перестань говорить «вошла – вышла»! Ты хочешь уйти? Я возьму напитки и встречусь с тобой за углом.

Кэт яростно закивала, медленно поднимаясь.

– Джин Су! – крикнул бариста.

Фрэнки и Кэт застыли.

– Джин Су! Джин Су!

– Это наше, – прошептала Фрэнки.

Джин Су поднял голову от телефона и тут же увидел Кэт. Он улыбнулся в явной растерянности.

– Джин Су! – снова позвал бариста.

– Бежим, – прошипела Кэт.

– Что?

– Бежим! – повторила Кэт и сорвалась в места настолько быстро, насколько позволяли ее короткие ноги.

Забыв про напитки, Фрэнки помчалась за ней, пытаясь подавить смех. Отбежав на безопасное расстояние в два с половиной квартала, Фрэнки остановилась. Согнувшись, тяжело дыша, она оперлась руками о колени.

– Господи, ну ты и спортивная, – крикнула она в спину Кэт. – О боже, теперь я еще больше вспотела. И до сих пор не выпила кофе! – простонала она между вдохами.

– Извини, глупо было так делать.

– А я глупо пошутила с именем, – поморщившись, возразила Фрэнки. Посмотрев на часы, она окинула себя взглядом. – Мне пора; я грязная, и мне еще надо разложить тайные книги. Удачи у акушера, – улыбнулась она.

– Спасибо. Увидимся через пару часов, Фрэнкстон, – засмеялась Кэт и пошла в другую сторону, оставив Фрэнки одну садиться на поезд с книгами, ожидавшими посева.





* * *


Фрэнки шла по станции Ричмонд и смотрела на расписание поездов на электронном табло. Минута до поезда во Фрэнкстон; она рванулась к третьей платформе и в последнее мгновение влетела в закрывавшиеся двери поезда. Прислонившись к двери, она закрыла глаза и попыталась перевести дыхание. «Господи, я в такой плохой форме; мне действительно надо больше двигаться. Может, заняться кей-попом?» Открыв глаза, она окинула взглядом вагон. Большинство сидений было занято пассажирами, уткнувшимися в телефоны, ноутбуки и киндлы. Никто не листал страницы настоящих бумажных книг.

– Как обычно, – пробормотала Фрэнки, пробираясь на свободное сиденье.

Усевшись, она медленно вынула из рюкзака «Потерять и найти» и положила на колени, незаметно оглядываясь по сторонам, чтобы проверить, не смотрит ли на нее кто-нибудь. Но все были с головой заняты своими гаджетами. Открыв книгу на седьмой с конца странице, она погладила кончиками пальцев вмятины, оставшиеся от ее ручки, а закрывая, Фрэнки поцеловала ее и незаметно положила на соседнее сиденье.

«Пожалуйста, пусть мужчина, который найдет эту книгу, окажется моей второй половинкой».

– Бо-же мой. Вы – Фрэнки Роуз? – услышала она у себя за спиной высокий голос.

Медленно обернулась.

– Да, – скептическим тоном ответила Фрэнки.

– Бо-же мой! Бо-же мой! Бо-же мой! – заверещала тощая девочка-подросток, встав со своего сиденья и без приглашения плюхаясь на соседнее с Фрэнки, почти на «Потерять и найти».

– Извините, мы разве знакомы? – спросила Фрэнки.

– Нет, просто я – ваша самая большая фанатка! Я читала «Современную Остин» и «Кое-что про Джейн», наверно, миллион раз. Они реально потрясающие. Бо-же мой, не могу поверить, что это вы. Я вас узнала по фото на обложке. Хотя там у вас больше макияжа, – сказала девочка, оценивая растрепанный вид Фрэнки.

Фрэнки неловко улыбнулась, ерзая на сиденье.

– Так что, вы собираетесь выпустить третий том? Я должна знать, что случится с Шарлоттой и Уиллом. Должна! – Девочка придвигалась все ближе и ближе, пока Фрэнки не почувствовала соленый запах ее дыхания.

– О, хм, нет. Боюсь, больше никаких книг. Я перестала писать, – сказала Фрэнки, отодвигаясь подальше.

– Что? Почему? Я ничего хуже не слышала за всю свою жизнь. Серьезно, не обращайте внимания на эти ужасные отзывы, милая. Не знаю, о чем они говорят. «Хуже этой книги ничего не публиковали»? Да ладно, они что, не читали «Отелло»? Нам пришлось читать в школе, и было скучно с большой буквы «С». – Девочка рассмеялась, шутливо похлопав Фрэнки по плечу.

«Только не это, только не сейчас», – взмолилась про себя Фрэнки. Ей нужно было сбежать от этой фанатки, ругающей Шекспира.


– Я… я… кажется, я вижу свою коллегу, – сказала она, внезапно растерявшись. Закинув рюкзак на плечо, она поспешила к внутренним дверям вагона.

– Вы забыли книгу, милочка! – крикнула ей в спину девочка.

Фрэнки проскользнула в следующий вагон, плюхнулась там на свободное сиденье и уронила голову на руки.

– Черт возьми, что за кошмар, – тихо ругнулась она.

– Тяжелый день? – спросил сидевший напротив мужчина.

Она подняла голову и обмерла: перед ней был Джон-Найтли-Мистер-Дарси-Эдмунд-Бертрам из магазина, мужчина, которого она недавно поцеловала без приглашения прямо в самый нос. И Фрэнки только что выругалась – про себя – на девочку-подростка. И она выглядела… вот так.

– Можно и так сказать. – Она попыталась улыбнуться, но чувствовала, что, скорее, поморщилась.

– Я могу чем-нибудь помочь? – спросил он; ослепительно синие глаза мерцали во все стороны.

Он выглядел еще идеальней, чем при ужасной первой встрече. На этот раз на нем были рубашка в клетку и бежевые брюки-чинос.

«Кто этот парень?» – подумала Фрэнки, чувствуя, как краснеет. Мужчина, ничуть не смущаясь, тепло улыбнулся и вернулся к своей книге. «Голодные игры». Фрэнки не могла перестать разглядывать его, поэтому достала из рюкзака «Мэнсфилд-парк» и притворилась, что читает.

Он поднял глаза от своей книги.

– Что вы читаете?

– Э-э-э, «Мэнсфилд-парк». В сотый раз. – Она выдавила низкий смешок.

– О, никогда не слышал об этой книге. Хорошая?

«Никогда не слышал про «Мэнсфилд-парк»? – Фрэнки чуть не вскрикнула. – Но посмотри в эти глаза, – сказала она себе, пытаясь не разевать рта от удивления, – на эти скулы. Может, я смогу его перевоспитать, как в «Пигмалионе»?».

Но, прежде чем она успела ответить на его вопрос, мужчина достал бумажник и кивнул на группу контролеров, заполонивших поезд.

– Черт! – подумала и сказала Фрэнки, вспомнив, что ее транспортная карта осталась в спортивной сумке, дома. – Мой проездной – он в другой сумке. Я поменяла их сегодня утром. – Она знала, что ее несет, но не могла остановиться. – Я так спешила на кей-поп, что…

– Ваши билеты! – сказал контролер сидевшей позади них паре.

– Не волнуйтесь. Я разберусь, – с полуулыбкой сказал этот великолепный мужчина. «О боже, я могла бы потеряться в этой улыбке», – подумала Фрэнки, а потом прогнала эти мысли и сосредоточилась на том, что ее ждет штраф в двести долларов.

Контролеры подошли к ним, и Фрэнки уже искала оправдание, которое звучало бы разумно, но в этот момент мужчина опустил свою книгу и придвинулся опасно близко к Фрэнки, лицом к лицу. В этот раз ошибиться в его намерениях было невозможно. Он обхватил ее лицо, наклонился и поцеловал ее. Его пальцы оказались у нее в волосах, и из ее губ вырвался легкий стон. Мужчина целовал ее яростно, порывисто, с жаром, какого Фрэнки никогда не доводилось испытывать. Если бы они были персонажами книги, то все вокруг них оказалось бы вдруг далеко, пуговицы летели бы во все стороны, обувь падала с ног. А потом он внезапно взял и остановился.

– Они ушли, – с улыбкой сказал он.

– Кто? – отозвалась Фрэнки дрожащим шепотом.

– Контролеры.

– О, э-э-э, спасибо, – хрипло сказала Фрэнки.

– Не за что. Это всегда срабатывает.

«Всегда? Вот ушлый тип». Фрэнки выдохнула неловкий смешок. Щеки у нее горели, сердце трепетало, как у бабочки с передозом кофеина.

– Что ж, это было лучше, чем наш первый поцелуй. – Красивый незнакомец подмигнул ей и вернулся к своим «Голодным играм» как ни в чем не бывало.





Глава 5





Ромео, как мне жаль, что ты Ромео!


Ходить на свидания – все равно что начинать новую книгу.

Сначала трепет. Ты спрашиваешь себя: что я ищу в книге? В каком я настроении? Что читают мои друзья? Много ли у меня работы, есть ли у меня время, которое можно посвятить какой-нибудь «Войне и миру», или я ищу что-нибудь полегче, может, что-то вроде «Автостопом по галактике»?

Следом приходит ослепительная надежда. Ты наконец выбрала книгу, и настроение чертовски хорошее. Ты заварила чашку чая, раскинулась на диване, обогреватель включен на максимум. Книга аккуратно лежит у тебя на коленях, и ты вся загораешься от возможностей, которые она обещает. Ты мечтаешь о насыщенных диалогах и завораживающих персонажах (ты полюбишь даже отрицательных персонажей!). Представляешь, как тебя увлекут повороты сюжета, настолько, что ты забудешь о плитке шоколада, которую не следовало покупать. Фейсбук внезапно станет скучным, ты задумаешься, не продать ли телевизор, и тебе не придется больше никогда ходить в спортзал, потому что предстоящее эмоциональное путешествие – единственное упражнение, которое тебе нужно. Может произойти что угодно.

На следующем этапе ты открыта всему. Ты прочитала несколько страниц, и невозможно отрицать, что сюжет захватил тебя. Наслаждаешься оригинальным (но сдержанным) описанием обстановки, и тебе нравится образ главного героя. Думаешь про себя: «Да, эта книга может мне действительно понравиться» и «Возможно, чрезмерное использование аллитерации на самом деле мне по вкусу?». Поэтому продолжаешь читать.