Консервация ненависти

– Я дам тебе, «сам и по пьянке»! – возмутилась Валентина. – Ну ладно, теперь это не важно. Дайте, я на него посмотрю. – Она повернула к себе голову Бакарова.

– Точно, это старший, что пошел с прапорщиком и Михаем к старой ферме.

– Он живой? – спросил Гулеба.

– Пульс есть, но без сознания.

– И чего делать?

– Воды надо плеснуть на лицо, если не ранен сильно, то должен очнуться.

– Ну, чего стоишь, быстро принес полведра воды, – приказал Кольке Гулеба.

Парнишка бросился к дому и вскоре принес целое ведро.

– Куда столько? – проговорила мать, плеснув воду на лицо Бакарова.

Тот очнулся, открыл глаза, сморщился и прошептал:

– Где я?

– На хуторе Калач, – ответила Валентина.

– Значит, дошел. Нога!

– Что «нога»?

– Боль в ноге, порвал мышцу, наверное, у вас есть обезболивающее?

– Найдем анальгин.

– Хорошо! Я узнал вас, – попытался он улыбнуться ей. – Вы готовили обед к нашему возвращению.

– Да, это я.

– Вот только не пришли мы. Черт, как же нога болит!

– А меня узнаете? – наклонился к нему Гулеба.

– Хозяин фермы?

– Он самый, Степан Сергеевич.

– У вас есть телефон?

– Найдем.

– Срочно сообщите в отряд, что на хутор вышел старший лейтенант Бакаров.

– Угу, а номер?

– Запоминайте.

– Я лучше запишу. – Гулеба внес в записную книжку номер дежурного по отряду и побежал домой за телефоном.

– Что случилось, Степа? – спросила жена, выходя из спальни.

– Случилось, Варя, офицер, которого бандиты взяли в плен, объявился.

– Да ты что?!

– Вот тебе и «что». Геройский малый. Раненый сбежал.

Он набрал номер. Послышались длинные гудки, затем:

– Дежурный по части старший лейтенант Гаранин.

– Это Гулеба!

– Гулеба? – переспросил офицер. – Что еще за Гулеба?

– Не «что», а «кто». Я хозяин фермы, у которой ваших ребят положили.

– Так. Что произошло?


– На хутор вышел старший лейтенант Бакаров.

– Что?! Бакаров?!

– Да! Он, видно, ранен, мы его на окраине без сознания нашли, сейчас пришел в себя, жалуется на сильную боль в ноге. Мы перенесем его в хату, но помочь ничем не сможем. Поспешайте, а то как бы чего не случилось, слаб он.

– Вы уверены, что к вам вышел старший лейтенант Бакаров?

– Да что ты время тянешь? Уверен. Я же провожал его с прапорщиком и Михаем к старой ферме.

– Так! Понятно. Боевиков возле хутора не замечено?

– А кто смотрел? Сейчас подниму мужиков, посмотрим!

– Сигнал принял, совсем скоро дежурная группа будет у вас! В полицию о выходе офицера на хутор не сообщайте.

– Я и не собирался. Поспешайте. – Гулеба положил трубку, взглянул на жену: – Вот так! Я помогу Дуниной перенести офицера к ней в хату, а ты накинь халат да пробегись по домам ближним, подними мужиков наших, пусть ружья возьмут да выйдут, посмотрят, нет ли поблизости чужаков.

– Ой, я боюсь, Степа!

– Ну, тогда ты беги к Валентине, а я людей подниму.

– А дотащим с ней?

– Твою мать! Ты будешь что-нибудь делать?

– По домам пойду. Но боюсь.

– Кому ты нужна? Не бойся, я же рядом буду. И спецы скоро подъедут.

– Ладно.

– Я к Вальке!

Гулеба вернулся к Дуниной, которая не смогла даже с Колькой поднять офицера. Степан же, будучи мужиком крепким, взвалил на себя Бакарова и потащил в дом, где уложил на диван в большой комнате.

– Жар у него начинается. Надо бы температуру измерить, – сказала Валентина.

– Ты ему таблеток дай, мучается же человек.

– Сейчас, где-то у меня была целая упаковка анальгина.

– И градусник возьми.

– Не командуй, теперь и без тебя знаю, что делать.

– Ты ногу не трогай. Спецы наверняка привезут своего доктора, тот посмотрит.

– Я сказала, не командуй, разберусь.

– Ну, разбирайся. Я закурю?

– На крыльце. В хате нечего дымить.

– Ох, и вредные вы, бабы. Вам только волю дай, за можай мужиков загоните.

– Загонишь вас, – проговорила Дунина, копаясь в ящиках комода.

– Пить, – простонал Бакаров.

Валентина бросила лекарства, метнулась в кухню, принесла чашку кипяченой воды и напоила офицера. Потом дала ему анальгин.

На улице послышался шум двигателей приближающихся машин. Часы на стене показывали 22.13.



Дежурный по отряду, приняв сообщение Гулебы, тут же вызвал на связь командира:

– Товарищ подполковник, дежурный по отряду старший лейтенант Гаранин.

– Слушаю.

– Только что из хутора Калач позвонил Гулеба Степан, передал, что в Калач вышел старший лейтенант Бакаров.