Консервация ненависти

Глава шестая




В 17.50 Бакаров перезвонил Губарю. Тот оказался свободен.

– Да, Паша, слушаю тебя!

– Вы не поверите, Борис Викторович, но сегодня днем у отеля «Варшава» в Переславе я увидел… прапорщика Штебу.

– Кого? – тихо спросил генерал.

– Штебу. Семена, который погиб в плену у Мадьяра.

– А ты не обознался?

– Нет! У меня прекрасная память на лица.

– Сам-то что делал в гостинице?

– У меня была встреча по работе, – объяснил Бакаров.

– В отеле?

– Сначала в отеле, потом на фирме.

– А ты с тем, с кем встречался, не выпил?

– Борис Викторович!

– Ты понимаешь, что это невозможно!

– А разве труп Штебы был найден?

Губарь задумался, затем спросил:

– Ты по-тихому можешь пробить человека, которого принял за Штебу?

– Это был точно Семен!

– Хорошо, поставим вопрос так: ты сможешь пробить Семена, ведь он наверняка остановился или останавливался в той же гостинице?

– Для этого мне нужна его фотография.

– Я вышлю тебе фото и Штебы, и Мадьяра, и его ближайшего помощника Кунича, и любовницы Молнара, Гезы Баллы, и даже бывшего полевого командира Сарака Тагаева, чья банда подчинялась Мадьяру.

– У вас есть информация по группировке, что работала против нас в Калаче?

– Ты забываешь, какую должность я сейчас занимаю. Да, у нас есть информация по Мадьяру и его подельникам, которых мы подозреваем в совершении недавних террористических актов в крупных городах Центра России. Если Штеба действительно жив, то вполне вероятно, что он работает на Мадьяра. Мысль улавливаешь?

– Да.

– Фотографии сегодня же получишь на свой электронный адрес.

– А почему бы вам не привлечь к этой работе сотрудников областного управления ФСБ?

– У меня есть на это причины. И не спрашивай, какие.

– Не спрашиваю!

– Постарайся отработать задачу максимально скрытно.

– Борис Викторович! – усмехнулся Бакаров. – Я директор коммерческого магазина, а не ваш подчиненный.

– Времена, Паша, меняются, сегодня ты на «гражданке», завтра снова в строю. По крайней мере, восстановить тебя на службе не составит труда, если, конечно, ты сам пожелаешь вернуться.

– Я вас понял, Борис Викторович. Связь держать с вами?

– Да, только со мной, запиши мой прямой мобильный номер.

– Запомню!


Генерал Губарь продиктовал цифры. Семь цифр, как в обычном мобильном номере.

– Это мобильный номер?

– Да. Служебный. Набираешь его без всяких кодов и связываешься со мной из любой точки земного шара, где действует мобильная связь.

– Даже так? Ну, за пределы страны я выезжать не собираюсь.

– Доложишь, как будут результаты.

– Хорошо.

– Удачи, Паша. Неужели Штеба действительно жив?



Бакаров приехал домой. Включил ноутбук. Сообщение из Москвы уже пришло. Он распечатал фотографии, перенес информацию на флеш-карту и удалил из памяти компьютера полученные снимки. Впрочем, он мог и не делать этого. Вся информация автоматически уничтожилась спустя три часа после открытия с компьютера антитеррористического Центра. Затем прошел на кухню, прикурил сигарету и разложил перед собой фотографии. Вот Штеба, такой, каким его помнил Бакаров, он и сейчас практически не изменился. Вот главарь банды по кличке Мадьяр, на фото его имя и фамилия – Габор Молнар. Снимок Рэма Кунича, его помощника, и довольно симпатичной женщины, любовницы Мадьяра, Гезы Баллы, ну, и изображение головореза – Сарака Тагаева. Это его сестра передала нож Бакарову, когда тот находился в плену у Мадьяра, с помощью которого ему и удалось бежать. Фотографии Нады Тагаевой не было. Ну, что ж, надо пробивать. Вопрос – как? Понятное дело, что не придешь в отель и не станешь показывать всем подряд фотографии. Персонал, возможно, кого-то и узнает, но те, кого опознают, тоже будут поставлены в известность, что их разыскивают. А если это банда террористов, то она мгновенно испарится из города. Интересно, что вообще делает в Переславе Штеба? Как узнать? Стоп! Ведь в отеле же работает Ольга! Да, сегодня у них встреча не получилась, но она, и это было заметно, не станет прятаться от него. Значит, Ольга? А кроме нее, и некого привлечь. У Димы Горбунова могут быть знакомые в гостиничном бизнесе, но это все не то. Здесь надо работать тонко, как сказал Губарь, – тихо. Остается Ольга. Надо позвонить ей.

Павел взял из секретера записку женщины, которую сохранил, набрал начертанный на тетрадном листе номер.

Ольга ответила не сразу:

– Да?

Сквозь ее голос пробивался стук железнодорожных колес, видимо, она ехала в электричке.

– Это я, Оля!

– Паша? Позвонил все же.

– Позвонил. Мне надо с тобой встретиться.

– Зачем?

– Это не телефонный разговор.

– Ну, что ж, я не против, но дело в том, что я еду в Грановск, мама позвонила, приболела дочь. Еле упросила своих боссов отпустить меня на двое суток.

– Видно, без тебя они никуда. Пользуешься спросом?

– Повышенным спросом. Если хочешь говорить об этом, то нам не стоит встречаться.

– Извини. Я хочу поговорить с тобой о другом. Скажи, я могу приехать к тебе в поселок? Не беспокойся, найду где остановиться.

– У нас большой дом, места всем хватит. Приезжай.

– А как ты представишь меня матери?

– Женихом, – не задумываясь, ответила Ольга. – Как-то иначе назвать тебя, без уточняющих вопросов мамы, невозможно. А так, побудешь женихом и уедешь по делам. Я представлю тебя как предпринимателя, это маме понравится. Ты не против?

– Не против. Значит, завтра, как разрулю дела на работе, подъеду в Грановск. Как мне найти ваш дом?

– Адрес простой. Весенняя, тридцать три, это вниз от автовокзала к реке. Перед каменным мостом поворот направо, третий дом. Он же крайний.

– Найду!

– Буду ждать!

– Серьезно, будешь ждать?

– Да.

Ольга отключила телефон. Бакаров сложил фотографии в папку, флешку спрятал в коробку от туалетной воды, пошел готовить себе ужин.

Утром с документами по переговорам он сразу поехал в офис. Зашел в приемную.

– Доброе утро, Павел Александрович, – улыбнулась ему секретарша Елена Наумова.

– Привет, Лен, все хорошеешь?

– А я и раньше неплохо выглядела.

– От женихов, наверное, отбоя нет?