Кости не лгут

Детектив вгляделся в экран:

– На тех суицидах путем повешения, которые мне доводилось видеть, узел веревки всегда располагался сбоку шеи, обычно чуть над ухом – приподнятый весом повисшего тела. А тут он сзади шеи. Это не типично, но совсем не обязательно подразумевает что-то дурное.

– Веревка обычная, нейлоновая, – заметила Морган. – У меня есть такая в сарае.

На Кристал были тренировочные брюки и старый, заношенный свитер. А ступни были босыми.

– А что там размазано вокруг ее глаз? – наклонился к компьютеру Ланс. – Шарп, мы можем приблизить изображение?

– Можем, – покрутил мышку детектив.

– Это тушь. Кристал плакала, – тихо сказала Морган. – Утром шериф сообщил ей о смерти дочери. Давайте осмотрим всю комнату.

Шарп переключил на нужные снимки.

– После отъезда шерифа Кристал вернулась в постель. Пила и плакала, – Морган указала на пакетик с бумажными носовыми платками, лежавший на прикроватной тумбочке рядом с бокалом и бутылкой джина.

Такое горе залить спиртным было все равно невозможно. Морган потеряла обоих родителей и мужа, но не могла даже представить себе силу боли от утраты собственного ребенка.

– Постель частично на кровати, частично на полу, – еще раз вгляделся в экран детектив. – Но во всем доме такой беспорядок, что трудно сказать, является ли это свидетельством борьбы.

– Если Кристал была пьяна, она не могла оказать серьезного сопротивления, – заметил Ланс.

Они просмотрели остальные снимки, но ничего особенного им в глаза больше не бросилось.

– У меня уже глаза косят. – Шарп встал и потянул спину. – Думаю, нам всем нужно разъехаться по домам и выспаться. Сегодня ночью ничего не случится. А завтра мы разделимся и опросим соседей Кристал и персонал ресторана «Пи-Джей».

Морган отнесла свою кофейную кружку на кухню и поставила ее в мойку. А затем вернулась в кабинет за сумкой.

Ланс вытащил из кармана свои ключи:

– Я должен съездить к матери. Шарп, вы проводите Морган домой?

– Конечно, дайте мне только пять минут. – Детектив вышел в коридор.

Морган проследовала за Лансом в его кабинет. Он уже убирал свой ноутбук в сумку для компьютера.

– Как ты? – обхватила руками его подбородок Морган. Под мощной суровой челюстью скрывалась глубоко затаенная уязвимость.

Ланс положил свою ладонь на руку Морган:

– Я сейчас даже не могу о себе подумать.

Именно это и тревожило Морган:

– Не закрывайся от меня. Я здесь ради тебя.

– Я знаю. Спасибо тебе. – Ланс высвободился из ее рук. – Я заеду за тобой в девять. И мы завезем Софи и Джанну по дороге к шерифу.

– Спокойной ночи! – Приподнявшись на мыски, Морган поцеловала Ланса в губы. – Звони мне в любое время, даже если тебе захочется просто поговорить.

– Позвоню, – кивнул он и, не оглянувшись, вышел из кабинета.

Позвонит ли?

Морган собрала копии материалов дела, которые она сделала днем. И по пути к выходу свернула к Шарпу:

– Мне сегодня в голову пришла дурацкая мысль. Как вы думаете – возможно ли, чтобы Мэри убил Вик?

– Такая же мысль приходила и мне, – вздохнул Шарп, направившись к выходу. – К сожалению, я не знаю. Из всех, кого я в свое время опросил, никто даже отдаленно не намекал на то, что у Вика был вспыльчивый характер или буйный нрав. Все повторяли как раз обратное. Вик был прекрасным человеком.

– Мы так и не нашли никакой связи между Виком и Мэри, кроме того, что он регулярно захаживал в «Пи-Джей», а она там работала.

Шарп остановился у своей машины.

– Давай посмотрим, что нам удастся выяснить о передвижениях Мэри в ночь ее гибели, и от этого будем плясать.

И все-таки вероятность того, что ее убил Вик, существовала. Только, окажись все именно так на самом деле, это бы подкосило и Ланса, и его мать.

Шарп подвез Морган до ее дома. Остановившись в конце подъездной дорожки, он подождал, пока она отперла входную дверь, открыла ее и помахала ему рукой. И только после этого уехал.

Морган вошла в дом и была тотчас же атакована маленькими существами – некоторые были пушистыми, некоторые нет. Не успела она снять пальто и положить сумку, как они разом накинулись на нее. Их вечернее приветствие больше походило на набег.

Собачки облепили ноги Морган, не давая пройти. Эйва выхватила у нее сумку и потащила к ближайшему стулу. Едва руки Морган освободились, как к ней подскочила Софи. Догадавшись, что дочка хочет на нее запрыгнуть, Морган поспешила подхватить ее на руки. И не желая, чтобы ее средняя дочурка почувствовала себя ущемленной, она наклонилась и поцеловала Мию в головку.


– Почему вы все еще не спите? – спросила Морган, позволив девочкам увлечь себя на кухню.

– Мы ждали тебя, мы очень соскучились, – чмокнула мамочку в шею Софи.

Все три девочки были в своих пижамах, и от их все еще мокрых волос исходил запах ароматного детского шампуня.

В коридоре с полотенцем, перекинутым через плечо, появилась Джанна:

– Надеюсь, вы не сердитесь, что девочки еще не легли. Они хотели вас увидеть.

Молодая женщина улыбалась, явно пребывая в радужном настроении. И Морган с радостью отметила про себя, что усталость на ее лице была здоровым признаком активного общения в течения дня с тремя маленькими девочками, а не следствием плохого питания. Джанне все еще нужно было проходить трижды в неделю диализ, но ей стало гораздо лучше с тех пор, как она переехала к ним летом.

– Все замечательно, – сказала Морган. Она опустила Софи и повернулась к дочкам. – Зубки почистили?

Три маленькие головки дружно кивнули.

– Тогда можете выбрать книжку с картинками, – присела перед ними Морган. – Через пять минут я приду к вам и почитаю.

Девочки бросились по коридору в свою общую спальню. В дверях Софи локтем отодвинула Эйву в сторону.

Морган прошла в уютную небольшую комнату. Дед в чистой пижаме сидел в кресле-каталке, его поднятая загипсованная нога покоилась на подушке. Поредевшие седые волосы были аккуратно расчесаны. На диване, с телевизионным пультом в руке, сидел Мак. При виде Морган он отложил пульт и поднялся:

– Арт, вам помочь улечься в постель?

– Черт подери, не надо, – пробурчал дед. – Я и так себя чувствую как малое дитя. Не могу ни помыться, ни одеться самостоятельно.

– Ты скоро избавишься от этого гипса, – утешила его Морган и повернулась приобнять приятеля сестры: – Спасибо тебе, Мак!

Ее сестра нашла мужчину, являвшего собой полную противоположность Лансу. Со своими лохматыми, непокорными волосами и худощавым телом Мак всегда немного походил на тех диких существ, которых он изучал как биолог дикой природы.

– Обращайся, когда нужно. Ты уверена, что можешь остаться одна? – спросил он.

Морган уселась на подлокотник дивана с двумя собаками у своих ног:

– Все будет хорошо. Из Сони сторожевой, конечно, никакой. Но у Молнии даже мышь не проскочит.

К тому же она будет держать при себе пистолет.

Словно услышав слова Морган, Молния приподняла голову и повела ушами в сторону входной двери.

– Ладно, но только позвони, если появится повод для беспокойства. – Мак и Стелла жили всего в нескольких минутах езды от дома Морган. – Я отменил занятия до конца недели. Вернусь утром. – Мак преподавал биологию в местном университете и использовал свои знания и опыт выживания в дикой природе для помощи местному поисково-спасательному отряду.

– Тебе не следовало отменять занятия.

– Не волнуйся. Я просто дал студентам кучу книг для чтения и исследовательскую работу, – ухмыльнулся Мак.

Морган прошла за ним из комнаты до входной двери:

– Не знаю, Мак, что бы я без тебя делала эти четыре недели.

– Через две недели простой душ уже не будет такой проблемой. – Мак вышел за порог. – Я выгулял собак минут десять назад. Думаю, на ночь их хватит. Запрись. Включи сигнализацию. И звони, если что понадобится.

Морган повернула замок, установила сигнализацию и вернулась в комнату.

– Пойду, почитаю девочкам.

– Жду не дождусь, когда я вам снова смогу быть полезен, – признался дед.

– Кстати о полезном. – Открыв свою сумку, Морган извлекла из нее папку. – Шарп спросил, не посмотришь ли ты эти материалы по делу Виктора Крюгера?

– Правда? – Дед сел прямее.

– Да, правда, – вручила ему папку Морган. – А когда ты ознакомишься с делом, Шарп покажет тебе кое-какие нелегальные фотографии.

Когда через пятнадцать минут Морган вернулась в комнату из детской спальни, дело Вика лежало у деда на коленях, на его носу были очки, а весь его вид разительно переменился.

Только Арт Дейн оживлялся, когда сталкивался с убийством.





Глава 18