Кости не лгут

– Пока еще нет. Мы сначала изучим автомобиль. Что бы ни было на дне озера, но оно лежит там уже двадцать три года. День-другой погоды не сделают.

Исследование подводной сцены всегда сопряжено с рисками и затратами. Преступление произошло слишком давно, чтобы обнаружить хоть какие-то улики и на берегу озера, и на его дне. Ключами к разгадке пазла, безусловно, были машина и кости. Ланс это понимал, но ему все равно не понравилась неторопливость шерифа. Да только что он мог сделать? Он больше не работал в полиции. И даже если бы работал, Серое озеро находилось на территории, являвшейся частью «удельных владений» шерифа.

– Я сообщу вам и вашей матери, когда медэскперт официально идентифицирует останки, – пообещал Кинг.

– Буду вам очень признателен, если вы предупредите меня о своем намерении переговорить с матерью. – Ланс прикинул, стоит ли посвящать шерифа в их личные дела, и решился: – Она не вполне здорова. И эти новости могут отразиться на ее самочувствии.

– Учту. Шарп уже предупредил меня о том же, – уклонился от прямого обещания Кинг.

– Здесь люди вообще бывают? – Ланс обвел взглядом озеро, деревья и заросли осоки.

– Только в сезон охоты. Любители поплавать и походники предпочитают южную оконечность озера. Там имеется слип для катеров и лодок. И несколько хороших местечек для ловли бычков, – указал на воду шериф. – А здесь вода мутная, темная. Возможно, поэтому никто и не замечал машину за все эти годы.

Ланс отошел от «Бьюика». Что толку его разглядывать? Он уже осознал мрачную реальность: его отец мертв… и был мертв долгое время.

Грузовик с платформой заурчал и тронулся с места.

Шериф кивнул и направился к своей машине.

Едва он оказался за пределами слышимости, Шарп произнес:

– Я пообщаюсь завтра с судмедэкспертом и выясню, когда у него будет готово заключение.

– Не надо, я сам. Это все-таки мой отец, – сказал Ланс.

Его сердце сжалось от потока воспоминаний. Отбиваться от прошлого становилось все труднее.

Ланс убрал свою руку из руки Морган:

– Я должен повидаться с матерью. Шериф пообещал, что известит меня первым, но я ему не доверяю.

– Хочешь, кто-нибудь из нас поедет вместе с тобой? – махнул рукой между собой и Морган Шарп.

Ланс помотал головой:

– Думаю, будет лучше, если я один поговорю с мамой.

Он не представлял себе ее реакцию. Морган ни разу не видела Дженни Крюгер во время обострения болезни. В последние несколько месяцев состояние матери Ланса стабилизировалось. Морган и понятия не имела, насколько та могла быть плоха.

И Лансу хотелось, чтобы все так осталось.

Ему не хотелось втягивать Морган в непредсказуемую реальность психического заболевания своей матери. Ему не хотелось рассказывать матери о найденном автомобиле отца. Но у него не было выбора. Страдавшая агорафобией, боязнью пространства, его мать в буквальном смысле жила в режиме онлайн. Если он ничего ей не расскажет, она узнает все сама – из Сети. Пускай уж лучше она услышит эту новость от него.

– Хорошо, – повернулся к дороге Шарп, в его замедленных движениях сквозила вялая усталость. Словно события уходящего дня высосали из него всю силу. Обычно Шарп бывал гораздо энергичнее иных двадцатилетних.

Ланс провел рукою по голове. После визита к матери ему останется лишь одно важное дело: выяснить, кто именно убил его отца.





Глава 5




Морган наблюдала за внутренней борьбой Ланса; ее сердце разрывалось от переживаний. С одной стороны, ей очень хотелось, чтобы и для него, и для его матери все, наконец-то, закончилось. Чтобы прошлое перестало их тяготить и они обрели покой. С другой стороны, покой имеет свою цену. Старые раны в любой момент могут вскрыться. И боль будет свежей. Но, по крайней мере, недолгой.

Ланс повернулся к Шарпу:

– Я сожалею, что так и не открыл досье по делу в сентябре, когда вы передали его мне.

– На тот момент это было правильным решением, – пожал плечами Шарп. – Ты не хотел углубляться в прошлое без всяких шансов на раскрытие преступления. Но сейчас появилось вещественное дока-зательство.

И прошлое придется ворошить…

Скрестив руки на груди, Ланс вперил свои глаза в озеро. Морган проследила за его взглядом. При невидимой луне вода переливалась в темноте черными тенями. Морган покосилась на лицо любимого – теперь оно стало замкнутым. А ведь еще совсем недавно они обнимались, счастливые и близкие друг другу.

И вот все резко переменилось.

– Вы подбросите Морган до конторы? – спросил Ланс у Шарпа. – Там остался ее минивэн.

– Конечно, – ответил детектив.


– Дадите нам одну минутку, Шарп? – попросила Морган.

– Я буду ждать тебя в машине. – Оставив молодых людей наедине, детектив направился к автомобилю.

Морган прошла прямо по траве к Лансу, остановилась перед ним и положила руки ему на предплечья. Мышцы Ланса были твердые, почти каменные от напряжения.

– Как ты с этим справишься?

– Не знаю. – Ланс поглядел поверх ее плеча на отъезжавший грузовик с отцовской машиной. Потом моргнул и снова посмотрел на девушку: – Все это кажется невероятным… просто сюр какой-то…

– Мне жаль, что все это случилось с тобой. – Руки Морган скользнули вниз и зажали его ладони. – Ты уверен, что не хочешь, чтобы я или Шарп поехали с тобой к твоей маме? Я не сомневаюсь, ты сумеешь все уладить в одиночку. Но… ты не должен все брать на себя.

– Я уверен, – поднялась и опала со вздохом грудь Ланса. – Не знаю, как она отреагирует. Если мне понадобится помощь, я позвоню Шарпу. Он уже видел мать и в худшем состоянии.

Слова Ланса укололи Морган. Она всегда отличалась чрезмерной чувствительностью. Шарп поддерживал отношения с Крюгерами десятки лет. А она только недавно познакомилась с миссис Крюгер. И все-таки… все-таки ей казалось, что Ланс стал частью ее семьи, а вот она статус принятой в его семью так и не получила.

Но молодая женщина не давила на Ланса. Она бы не пережила смерть своего мужа без поддержки сестры и деда. А у Ланса десятки лет не было никого, кроме Шарпа. Он больше нее привык быть один.

– Я понимаю тебя, – сказала Морган. По крайней мере, она пыталась его понять. – Ты позвонишь мне потом?

– Постараюсь. Все зависит от того, как мать воспримет эту новость. Я останусь сегодня ночевать у нее.

– Конечно, – кивнула Морган. – Я могу для тебя еще что-то сделать?

Ланс мотнул головой:

– Но спасибо за то, что спросила.

Это прозвучало так… отстраненно. Морган сжала руки Ланса, желая приблизить его к себе:

– Позвони мне! В любое время!

Едва кивнув, Ланс развернулся и двинулся к своему джипу.

А Морган направилась к дороге, на которой припарковался Шарп.

У открытой дверцы своего автомобиля стоял шериф.

Когда Морган Дейн проходила мимо, Кинг прищурился.

– Слыхал, что вы сегодня вытащили на волю одного из тех парней. – В низком, глубоком голосе шерифа Морган уловила брезгливость.

Она остановилась и повернулась к нему лицом:

– Эрик невиновен. Вас совсем не волнует, что он провел ночь в тюрьме за преступление, которого не совершал?

– Судя по видео, которым обмениваются его дружки, рыльце у вашего Эрика тоже в пушку. – Небрежное пожатие плечами сказало больше, чем слова шерифа. Сняв шляпу с головы, Кинг пригладил пятерней свои волосы с проседью. – Этих избалованных детишек следует иногда проучить. Чтобы они понимали, что за свои поступки нужно отвечать.

– Едва ли Эрика можно назвать избалованным ребенком. Но даже будь он таковым, сажать за решетку ни в чем не повинного подростка непростительно. – Морган сделала глубокий вдох в надежде на то, что влажный ночной воздух остудит ее гнев. – У Эрика на лице синяк.

Шериф снова водрузил шляпу на голову:

– Он сопротивлялся при аресте.

Кинг сказал именно то, чего ждала от него Морган.

– Вы могли его убить. Вашу тюрьму вряд ли можно назвать безопасной.

На пару секунд Морган и шериф сцепились взглядами. Глаза Кинга превратились в щелочки при ее упоминании об угрозе своему недавнему клиенту.

– Тюрьма – место опасное, – проскрипел шериф сквозь зубы. – Теперь ваш клиент это знает. И, возможно, захочет вернуться к честной жизни.

– Он и так ее вел, – парировала Морган. – По закону человек считается невиновным, пока не будет доказана его вина. И Эрик не заслужил синяка на лице.

– Ему не надо было оказывать сопротивления при аресте. – Челюсти шерифа задвигались туда-сюда так, будто он решил обточить свои коренные зубы. Морган отвернулась. Ей больше нечего было добавить. Да и стоило ли? Кинг был шерифом старой закваски. Он привык действовать жестко и безжалостно. Свою задачу видел в том, чтобы упечь за решетку как можно больше людей. И меняться не собирался.

– Тайлер Грин вышел под залог, – произнес Кинг.

Морган застыла. Ладони девушки похолодели, она медленно повернулась обратно:

– Правда?

– Ну да. Он добился повторного слушания о залоге. – Шериф нахлобучил шляпу на голову. – Я думал, вы в курсе. Ведь он угрожал свести с вами счеты.