Любовь не по сценарию

– Они вместе работают, – начала я. – Он даже ее начальницей сделал.

– Я знаю, – сказала мама.

– Знаешь ее? – удивилась я.

– Пересекались на новогоднем корпоративе, – ответила мама, продолжая разглядывать фотографии.

– Мама, у них уже давно связь, – осторожно продолжила я. – Вот этот мальчик… Это его сын.

– Я знаю, – повторила мама.

– В смысле? – Я быстро заморгала. – Знаешь? И как давно?

Мама помолчала. Потом поморщилась и отодвинула от себя фотографии.

– Агния, ну к чему это все? – устало спросила она. – Зачем ты устроила этот цирк?

– Как давно ты знаешь? – упрямо повторила я свой вопрос.

– С самого начала, – ответила мама. – Да, как только началась их связь. Для меня все это не стало новостью. Будто впервой.

– Ты знала про все его измены?

Мама лишь молча кивнула.

– Мама! – возбужденно начала я. – Мамочка, пожалуйста, давай уедем! Ну что это за жизнь такая с ним? Он ведь совсем тебя не ценит! Ты недостойна такого отношения к себе, мамочка! Посмотри на себя. Ты молодая, ты такая красавица у меня…

– Ой, Агния! – Мама стала сердиться. – Мы снова возвращаемся к этой теме…

– Да! Но теперь у меня есть доказательства! – потрясла я одной из фотографий, понимая, что это больше ничего не значит. Мама знает. Мама все прекрасно знает лучше меня. С самого начала.

– Ну и кому я буду нужна?

– То есть как это кому? Ты мне нужна! Всегда. И новому мужчине будешь нужна. Тому, кто тебя будет любить, несмотря ни на что! А не забьет, как только ты выйдешь из тиража.

Здесь я имела в виду окончание маминой карьеры. Когда-то она была медийной личностью в нашем городе, все время на слуху. Отчиму было выгодно жениться на ней. Поэтому он так долго добивался ее расположения.

Мама лишь болезненно поморщилась от моих слов.

– Только не обижайся, пожалуйста. Я не хотела тебя обидеть, – перебила я.

– Агния, – мягко начала мама, – ты еще очень молода. В твоем возрасте легко рассуждать о новой жизни…

– Но и тебе рановато списывать себя со счетов, – встряла я.

– Ты ничего не понимаешь! Где бы мы с тобой были, если б не он?

– То есть как?

– Вот так! Отец твой нас бросил. Я, как ты выразилась, быстро вышла в тираж. Ну кем бы я сейчас была? Тренером в ДЮСШ за три копейки?

– Ты терпишь все это только ради денег? – тихо спросила я.

– Не в этом дело.

– А в чем?

Мама вышла из себя и повысила голос:

– В тебе, Агния, бушует юношеский максимализм. Но мы с Олегом взрослые люди. Нам так удобно, понимаешь? И мне и ему. Это просто имидж. Нашу семью любит местная пресса. Нас уважают. Меня вполне устраивает моя жизнь, привычный распорядок…

– А к бутылке ты прикладываешься с утра тоже от большого счастья? – жестко спросила я.

Мама задохнулась от возмущения.

– Агния!

Я резко встала, и стул с грохотом упал на пол. Принялась собирать фотографии со стола.

– Что ты собираешься делать со снимками? – испуганно спросила мама.

– Секрет, – кротко бросила я.

– Агния, повторяю: прекрати этот цирк! Куда тебе тягаться со взрослым влиятельным человеком?!


Кипя от негодования и злости, я молча вышла из столовой. Весь вечер провела в своей комнате, не спускаясь на первый этаж. А ночью плохо спала, раз за разом прокручивая в голове нашу с мамой беседу. Она знала обо всем с самого начала! Как так можно? Неужели она так сильно его любит, что готова закрывать глаза на измены? Или любит не его, а свою обеспеченную жизнь? Ведь каждый ее день расписан… Процедуры, встречи с подругами. Если не считать напряженную обстановку дома, то мама, наверное, действительно по-своему счастлива. Без уважения и любви. Я не могла взять это в толк. И принять не могла. Уснула только под утро. А когда проснулась, меня ждал новый сюрприз.

– Одевайся. Поедешь со мной в офис, поможешь разобрать кое-какие документы, – жестко сказал отчим, как только я привела себя в порядок и спустилась вниз.

– С какой это стати? – удивилась я.

Я понимала, что поездка вдвоем – всего лишь предлог для разговора. Помощи от меня в офисе никакой.

Отчим молчал, спорить с ним было бесполезно. Тогда я спросила:

– А мама где?

– Твоя мать себя плохо чувствует, – ответил отчим. И при этом так выразительно и злобно посмотрел на меня, что от его взгляда по спине побежали мурашки.

Сегодня отчим сам сел за руль, хотя обычно в город его отвозит водитель. Кивнул на переднее сиденье. Садясь в его машину, я не могла отделаться от нехорошего предчувствия. Он узнал про фотографии? Может, дядя Костя сказал? Глупости. Дядя Костя не разговаривает даже с мамой, с тех пор как родители развелись. Несмотря на то что он был против моей затеи, крестный не мог выйти на отчима… Я же пока планировала сохранить фотографии, чтобы в случае чего у меня был компромат. Отчим может вставлять мне палки в колеса, если узнает об отъезде раньше времени. У него свои люди в деканате.

– Света сказала, что ты узнала про Наташу, – сказал отчим.

Конечно, все оказалось намного прозаичнее. Меня выдала собственная мать.

– Ну да, – ответила я. – А это такой большой секрет? Ты вон целую детскую комнату выкупаешь для того, чтобы развлечь сынка.

– Я и тебе много чего выкупал, – сердито сказал отчим, не глядя на меня. – Разве ты забыла, как отметила в прошлом году совершеннолетие? А спорт? Ты знаешь, в какой дорогой спорт пихнула тебя твоя мама? Вы с ней меня на бабки раскручивали, как только могли. А ведь ты мне даже неродная.

Я молчала. Об этом я ни на секунду не забывала всю свою жизнь. Потому как кроме «бабок» ничего от отчима не видела.

– Неблагодарная ты дрянь, – процедил он сквозь зубы. – Все, что просила мать для тебя, я все исполнял.

– Но ты не любишь больше маму, – перебила я. – И любил ли когда-нибудь вообще? Выбрал себе жену для престижа.

– Да, и мама твоя не против.

– Не говори так.

– Что ты знаешь о любви, соплячка? Отдай мне фотографии и контакт человека, который всю эту грязь вытащил. Это твой дорогой Костик?

– Ничего я тебе не отдам. И у этого человека тоже есть связи, – злорадно и нервно расхохоталась я. – Ну и кто кого?

Отчим только крепче сжал в руках руль.

– Тварь, – только и вымолвил он. – Не боишься последствий?

– Милый разговорчик, – сказала я. – Вот бы его слышал кто. У нас с тобой прямо семейная идиллия.

Я снова строила из себя храбрую девчонку, но на самом деле от страха пробирала дрожь.

– Если мама попросит развод, ты дашь ей? – спросила я.

– Она не сможет оттяпать у меня ничего, у нас брачный договор. Даже не надейтесь.

– Больно надо.

– Ты совсем не знаешь свою мать? – рассмеялся теперь отчим.

Я тут же вспомнила наш разговор с мамой, когда она сказала, что ей так тоже удобно.

– Более алчной гадины найти нельзя. И ты такая же.

– Советую придержать язык, у меня теперь есть вещественные доказательства о том, какой ты на самом деле примерный семьянин, – пригрозила я, сама холодея от ужаса. – Нашли одну, наверняка сможем найти и других…

Отчим резко затормозил посреди улицы.

– Отдай фотографии! Мне нужны гарантии, что снимки будут уничтожены! – взревел он. – Я собрался баллотироваться в депутаты. Мне не нужен сейчас скандал. Отдай!

– Перетопчешься! – буркнула я.

И тогда отчим со всей силы влепил мне звонкую оплеуху. Я взвизгнула и, тут же отстегнувшись и нащупав дверную ручку, дернула ее и выскочила из машины. Отчим, испугавшись, что на улице я смогу поднять крик и привлечь внимание прохожих, вылетел вслед за мной. В несколько шагов догнал и, оглянувшись по сторонам, схватил за запястья.

– Пусти! – попросила я. Впервые в жизни видела его таким злым.

– Пригрел змей! – Он сильнее сжал мои запястья. – Быстро без шума села обратно в машину.

– Больно! – вскрикнула я. От ужаса меня начало колотить, будто в ознобе.