Любовь не по сценарию

Надя долго и как-то жалостливо смотрела на меня, а затем села напротив и подперла щеку рукой. Тихо, полушепотом спросила:

– Ну? Ты не передумала?

Я, обжегшись чаем, замотала головой.

– Нет, Надечка, не передумала.

– И все-таки в Репина? Не в Строгановку?

– Хочется поближе к отцу.

Надя обреченно махнула рукой.

– Говоришь так, будто вы с ним общаетесь. Он ведь даже не в курсе?

Я снова покачала головой.

– И мать с отчимом тоже?

– Что ты! – испугалась я. – Им тем более не следует пока ничего знать. Отчим с меня шкуру снимет. И сделает все, чтобы поездка сорвалась. Лучше застать его врасплох. Скажу перед самым отъездом.

– Значит, ты пока сессию сдаешь?

– Ага, ведь отчиму могут с кафедры позвонить. Я даже к репетитору по-прежнему таскаюсь, чтобы усыпить их бдительность, – призналась я. – А сама жду не дождусь того дня, когда куплю билеты и заберу документы из универа.

Надя придвинула вазочку с шоколадными вафлями и вздохнула:

– Если мать узнает, что я помогаю тебе с этим поступлением, шкуры с нас обеих снимут.

– Не снимут! – пообещала я. – Тем более, возможно, скоро в нашей семье будут кое-какие перемены, – туманно добавила я.

– Это какие, можно поинтересоваться?

Я поморщилась:

– Пока все неточно. Чуть позже тебе расскажу.

Больше всего на свете мне хотелось забрать маму с собой в Питер. И я по-прежнему наивно полагала, что мне удастся уговорить ее уехать. В новом городе мы сможем начать новую жизнь. После того как я расскажу маме про вторую семью отчима, она наверняка согласится.

– Не нравится мне, конечно, что ты все втихаря делаешь, – нахмурилась Надя.

– Другого выхода нет. Я знаю, что они меня не отпустят.

– Ну а деньги? На что ты там жить собираешься?

– Надечка, не беспокойся, у меня все схвачено. – Я накрыла ее руку своей ладонью. – Я два года почти ничего не тратила, у меня есть сбережения. А летом работать могу.

– Ты? Работать? – Надя расхохоталась. – О, наивное дитя. Ты ведь привыкла совсем к другой жизни.

– Мало ли к чему я привыкла? – рассердилась я. – Мне почти девятнадцать.

– Хорошо, – согласилась Надя. – Тебе действительно почти девятнадцать. В конце концов, ты всегда можешь вернуться домой. Знаешь же, что я поддержу тебя в любой ситуации.

Я с благодарностью посмотрела на нее, а Надя продолжила:

– Тогда еще сегодня список литературы дам для подготовки к собеседованию. И не забудь, что портфолио нужно. Работы свежие, не менее десяти штук.

– Помню, – кивнула я. – Над этим уже работаю.

– Ладно, со вступительными тоже разберемся.

Когда Наде позвонили и она вышла из кухни, я снова метнулась к окну. Осторожно отодвинула занавеску и посмотрела вниз. Парень до сих пор караулил меня у подъезда. Неужели у него нет сегодня никаких дел? А если он псих или извращенец? Хотя опасности от него я не чувствовала. А вот нечто иное, отчего перехватывает дыхание, – очень даже.

Я оглянулась. Надя громко смеялась в соседней комнате и возвращаться пока явно не собиралась. Тогда я открыла настежь одну из створок. Тут же на кухню ворвался морозный воздух. Поежившись, высунулась из окна и пронзительно по-мальчишески свистнула. Парень поднял голову и улыбнулся.

– Уходи! – громко сказала я, стараясь сдержать ответную улыбку.

– Ты очень красивая.

– Я знаю.

Он рассмеялся, посмотрел по сторонам и снова задрал голову.

– Как тебя зовут? – спросил парень, забавно щурившись от яркого света.


– Уходи! – упрямо повторила я. – Ты маньяк?

– Ага!

Я уже схватилась за оконную ручку, как парень снова громко проговорил:

– Смотри на меня всегда так, пожалуйста.

– Как?

– Как смотрела сегодня и в тот раз.

Я покрутила пальцем у виска.

– У тебя не все дома!

– Не уйду, пока не скажешь, кто ты, – предупредил он.

– Я – человек. А ты?

– А я – маньяк!

– Вот дурак!

Рассмеявшись, я все-таки закрыла окно. В эту минуту на кухню зашла Надя.

– Агния, с ума сошла? Ты зачем окно распахнула?

– Да так, проветрить решила, – ответила я, сама дрожа от холода. Поспешно отошла от окна, чтобы Надя не вздумала посмотреть на улицу. – Налей мне еще горячего чаю, пожалуйста.

Мы с Надей проболтали до позднего вечера, поэтому, когда я вышла на темную улицу, брюнета, разумеется, уже не было. Только фонарь тускло освещал крыльцо. И сразу стало так одиноко и зябко. На один день в моей жизни появился человек, вызвавший за день столько эмоций, сколько никто не мог вызвать за последние несколько лет.

Конечно, теперь он с легкостью может вычислить Надину квартиру, но вряд ли явится к ней домой. Да я и сама в ближайшее время больше сюда не собиралась.

Почему я так и не познакомилась с ним? Увлекалась игрой «Догони жертву»? Нет же. Просто струсила. Поняла, что этот парень вызывает во мне слишком сильные, незнакомые эмоции, а мне сейчас это не нужно. Нет, я не хочу ни к кому привязываться в этом городе. Я твердо решила уехать. Меня никто не должен здесь держать. Слишком долго я оберегала новую «хрустальную вазу»…

Но все же эта странная прогулка с поеданием хот-догов на расстоянии стала моим самым лучшим и волнующим «свиданием».



Роня

Днем ко мне в гости забежала Юля. Я пообещала одолжить ей яркую кофточку для знакомства с родителями Вени. На эту встречу Вениамин попросил свою девушку также одеться «посолиднее», потому как в гости из другого города должна была приехать еще и его бабушка. Она очень консервативных взглядов, и до этого ни одна из пассий внука ей не нравилась.

– Бабушка любит серьезных девушек, – предупредил Юлю Веник. – Оденься сдержанно, пожалуйста.

Сам он тоже не хотел ее расстраивать, поэтому всякий раз носил при бабушке рубашки с длинными рукавами, чтобы та не заметила татуировки внука.

– Я самая что ни на есть серьезная, – заверила Веника Юля. – Между прочим, студентка экономического.

Конечно, Юлька до сих пор не могла простить Вене тот цирк, который он устроил, прикидываясь студентом химфака. И подругу не волновало, что она сама все это затеяла. Едва переступив порог, Адамова тут же продемонстрировала мне свою странную прическу в виде двух высоких рыжих хвостов.

– Ну как я тебе? – спросила Юлька, снимая с головы капюшон пуховика.

– Ты похожа на Лизу Барбоскину, – честно ответила я.

– Отлично! – Юлька страшно обрадовалась такому сравнению. – Так достаточно солидно?

– Валяете дураков, – покачала я головой.

– Он сам напросился, – буркнула Юлька. – Хотел сказать, что я недостаточно серьезная?

– Все равно ты первая начала.

– Ладно, кофточку давай! – поторопила меня Юлька, на ходу расстегивая пуховик. Подруга не любила, когда я читала ей нотации.

Бабушка снова ушла в гости к подруге, иначе загнала бы нас обеих на кухню пить чай. А Юля страшно спешила. Адамова бесцеремонно согнала дремавшего Малыша с моей кровати и уселась сама. Прислушалась. До нас донесся звук басов из квартиры этажом выше.

– Что за дискотека? – спросила Юля, задрав голову.

– А, да это сосед, Федя.

– Тот, что в тебя с детства влюблен?