Любовь, жизнь и далее по списку

 * * * 
 


Один




– Жара или холод?

– Жара. Ненавижу мерзнуть, и ты это знаешь.

Меня бросило в дрожь от одной мысли, несмотря на то, что лето было в самом разгаре. К слову, наверное, именно жара и натолкнула Купера на вопрос. Немыслимая жара, если быть точной: я чувствовала, как по ногам стекают бусинки пота. Мы стояли на пляже в очереди в кинотеатр вот уже двадцать минут, поэтому я с нетерпением ждала заката и спасительного бриза.

Он помотал головой.

– Нет, не знаю, но я спрашиваю, от чего ты предпочла бы умереть: от жары или от холода?

– Какой нездоровый интерес, – я поджала губы, – но ты прав: теперь вопрос звучит совершенно иначе. Я слышала, что смерть от обморожения – блаженная смерть.

– От кого ты это услышала? К тебе наведываются трупы замерзших насмерть людей?

– Разумеется. Каждый день. Встречный вопрос: какое проклятье ты бы предпочел – видеть призраков или бороться с зомби?

– Проклятье? По-твоему, это проклятье? – Он встряхнул меня за плечо. – Я, например, так не считаю. Это же потрясающе. Выбираю оба.

– Это не по правилам. Ты должен выбрать только одно.

– Тогда призраки. Надеюсь узнать от них свое будущее.

– Призраки не знают будущего, – отозвалась я, когда мы продвинулись еще на один сантиметр ближе к стенду с билетами и я вытрясла песок, который засыпался в мои шлепки.

– Кто тебе это сказал?

– Все это говорят, Купер. Если они что-то и знают, то только прошлое.

– Ладно, может быть, Эбби, твоим призракам не повезло, но мои видят будущее. Будет невероятно, вот увидишь.

Девушка, стоящая в очереди перед нами, обернулась и улыбнулась Куперу. Наверное, она подумала, что он совершенно очаровательный. И она была совершенно права. Девушка показалась мне нашей ровесницей. Ее волосы были собраны в изящный небрежный пучок, и я задумалась, как людям удается это «изящно», а не просто «небрежно».

– Привет, – сказал Купер. – Как ты?

– Теперь лучше, – со смешком ответила девушка и снова отвернулась.

Я покачала головой.

– Не обращай на меня внимания. Знаешь, я просто девушка рядом с парнем, с которым ты заигрываешь.

Уверена, в моем тоне читалась шутка, но Купер все равно поторопился прикрыть мне рот ладонью и уточнить:

– Лучшая подруга этого парня. Всего лишь друзья. Этот парень совершенно свободен.

Я освободилась от его ладони и засмеялась, хотя часть о «всего лишь друзья» и не была моим выбором. Напротив, год назад я открыто призналась Куперу Уэллсу в любви, но безответность чувств так безошибочно читалась в его реакции, что мне пришлось перевести признание в шутку. Шутку, которой он подыграл с энтузиазмом. А мне пришлось смириться, потому что я хотела сохранить дружбу. И лучшего в мире друга.

За спиной послышался голос:

– И отсюда вопрос на злобу дня: ты бы предпочла провести время с друзьями или потратить целую ночь, собираясь в путешествие, в которое родители тянут тебя на все лето?

Я развернулась, расплываясь в улыбке.

– Откуда у тебя это «на злобу дня», Рейчел? Ты, что, мой восьмидесятилетний дедушка? – спросила я.

Рейчел стояла, упираясь руками в бедра, и смотрела на нас сияющими глазами.

– У него и позаимствовала. И ему всего лишь шестьдесят восемь.

Я толкнула ее бедром и обняла.

– Как ты поняла, что мы играем во «Что бы ты предпочел»?

– Разве мы не всегда так делаем?


– Я думала, ты сегодня не выберешься, – сказала я.

Мы четверо крепко дружили между собой: Купер, Рейчел, Джастин и я. На прошлой неделе Джастин со своей церковью уехал по гуманитарной программе в Южную Африку и пробудет там до осени. Уже завтра Рейчел уезжает с родителями в тур по Европе. Получается, остаток лета я проведу с Купером.

– Я тоже. Итак, вернемся к моему вопросу на злобу дня, – напомнила Рейчел. – Сборы в путешествие или лучшие друзья?

– Сложный выбор, Рейч, – сказал Купер. – Думаю, сборы.

– Ха-ха. – Она взяла его под руку.

Наконец-то мы были в начале очереди. Купер подошел к накрытому столу, который летом каждый вечер пятницы превращался в кассу. Парень за кассовым аппаратом спросил:

– Это тебя зовут Купер?

– Да-а-а-а, – последовал настороженный ответ.

– Та девушка за тебя заплатила. – Парень кивнул в сторону Изящной Небрежности, которая теперь направлялась ко входу. Наверное, она услышала, как я называла Купера по имени.

– А что насчет нас? – крикнула я ей, схватив Рейчел за руку.

Девушка обернулась с улыбкой на лице и помахала.

– Ну ты и пройдоха, – сказала я Куперу. – Где же люди, которые будут счастливы оплатить мои пятничные развлечения?

Я полезла в сумку, чтобы где-то между полотенцем и кофтой найти кошелек. Потом протянула деньги кассиру и забрала билет. Рейчел проделала то же самое.

– Тебе нужно поработать над своими чарами, – посоветовал Купер.

– Да здесь нет никого очаровательнее меня. – Я забросила пляжную сумку на плечо, и она закачалась, словно маятник. – Я всеми порами источаю очарование.

– Отвратительно, – сказал он. – Тогда я понял, в чем проблема.

– Мальчики, налетайте на источающееся очарование! – крикнула я людям за нами.

– Двигай своим очарованием, – послышалось сзади.

Рейчел смущенно потянула меня за собой. Купер устремился налево, к ларькам с едой, которые стояли прямо за оградой.

– Сегодня нас ждет дорогая еда? – спросила я.

– Кажется, у меня есть немного лишних денег. Сегодня я могу позволить себе попкорн за десять долларов.

– Ненавижу тебя. Предупреждаю, я съем весь твой попкорн, – сказала я в ответ.

Он рассмеялся.

– Ты действительно источаешь очарование, Эбби Тернер. Настоящие потоки очарования.

Я расщедрилась на поцелуй и продолжила:

– Мы займем тебе место. Добудь еды.

– Уже иду.

Уже собираясь уходить с Рейчел, в очереди за едой я заметила девушку, которая купила Куперу билет. И я уже почти отправила Рейчел саму занимать места и уже почти направилась к Куперу, но вовремя вспомнила, что в таком случае мне придется наблюдать за их флиртом. А мне хватило того, что я уже увидела.

– Ты никогда не угадаешь, что придумали мои родители, – начала Рейчел, когда я вытащила пару полотенец, чтобы постелить их на песке рядом с ограждением.

– Что тебе не нужно ехать с ними, а можно провести лето со мной? – предположила я.

– Если бы.

– Ты же знаешь, что звучишь как капризная девочка, когда жалуешься, что проведешь девять недель в Европе?

– С родителями. Моими родителями. Это совсем не похоже на путешествие с друзьями, рюкзаками за плечами и ночевками в хостелах. Мы поедем смотреть на могилы наших предков и просто на места, где, по их мнению, брат моего прапрадедушки однажды помочился.

– Подожди-ка, твои предки жили в Европе?

– Некоторые из них. Ты же не думаешь, что в Европе нет темнокожих? Да ладно, Эбби.

– Да нет, не думаю… Ты права, я сглупила. В любом случае, что решили твои родители?

– Это будет отдых от техники.

– Что ты имеешь в виду? – Я присела на полотенце и сняла шлепки. – Без гугл-карт?