Маруся отравилась: секс и смерть в 1920-е

— Кто такой?

— Пономарев какой-то. Армейский политрук.

— А где он теперь?

— Кажется, убит или умер от тифа, она сама точно не знает.

— Как ты сказал? Пономарев?

— Да. А ты его знаешь?

— Нет! Что-то не помню.

Стрепетов взял Сандарова под руку.

— Едем?

— Да отстань, пожалуйста. Не хочу я знакомиться с твоей Велярской.

— Она ж тебе понравилась?

— Что ж из этого?

Сандаров вскочил в трамвай. Стрепетов досадливо фыркнул.

— Черт с тобой. Не хочешь — не надо. У меня к тебе еще другие дела есть. Зайду к тебе завтра на службу.

Трамвай отошел. Стрепетов посмотрел вслед.

— Дурака валяет.

И пошел по бульвару.





VII




Соня нашла Тарка в бюро ячейки.

— Я решила воспользоваться вашим предложением и поговорить с вами серьезно о Сандарове.

— А что случилось?

— Нет, все то же. Но вы сами знаете, это всегда начинается с мелочей.

— Правильно! Но все-таки конкретно: что вы имеете в виду?

— Во-первых, он совсем перестал заниматься делами.

— Ну, это не так страшно.

— Во-вторых, у него появилась мода ругать коммунистов.

— Это хуже.

— Потом он стал как-то легкомысленно разговаривать, франтить.

Тарк взглянул на Соню.

— Скажите, женщина здесь никакая не замешана?

Соня молчала.

— Вы простите, что я вас так спрашиваю.

Соня сжала руки.

— Хорошо. Я вам скажу. Здесь замешана женщина.


Тарк обрадовался.

— А! Вот видите. Кто такая? Вы ее знаете?

— Нет! Я ее не видела. Но знаю фамилию.

— Ну!

— Велярская.

Тарк высоко поднял брови.

— Велярская, Велярская. Позвольте.

Он вытащил из портфеля стопку бумаг.

— Конечно. Так и есть.

— Что такое?

— Велярский — наш контрагент. Один из владельцев конторы «Производитель». Это, должно быть, его жена.

Тарк заходил по комнате.

— Это может очень печально кончиться.

Соня повернулась к нему.

— Я забыла сказать. К нему последнее время часто ходит какой-то Стрепетов. Спекулянт явный.

Тарк близко подошел к Соне.

— Необходимо последить за Сандаровым. Он может здорово влететь. Держите меня в курсе дела.

Соня молча кивнула головой.

Когда она ушла, Тарк покрутил головой и взялся за телефонную трубку.

— Николай! Это ты? Приходи сейчас ко мне в бюро. Я расскажу тебе пикантную историю.





VIII




Велярская лежала на кушетке и читала.

Вошел муж. Поцеловал ручку.

— Я сегодня ужасно разозлилась на твоего Стрепетова. Нахальный мальчишка и дурак.

— Что случилось?

— У вас, видите ли, какие-то дела в Главстрое, а я очень нравлюсь какому-то Сандарову, который в Главстрое. И вот я должна познакомиться с этим Сандаровым, что это очень важно для тебя, но и мне будет приятно, потому что Сандаров очень интересный.

— Какая ерунда!

— Я на него накричала. Сказала, что он мерзавец, и выгнала вон.

— Правильно.

— Прошу тебя к нам его больше не звать. Еще не хватало, чтобы я впутывалась в ваши дела.

— Да я его не уполномачивал с тобой об этом разговаривать.

— Я уже не знаю, кто кого уполномачивал, но мне это в высшей степени противно.

— Ну, ну! Не так страшно. Никто тебя не неволит. Но если бы было необходимо, ты, думаю, не отказалась бы сделать это для меня.

Вошла горничная.