Мертвая бухта

– У тебя осталось совсем немного времени, – сказал я, давая понять, что помочь ему все-таки смогу. – Ты шоу двойников устроил?

– Ну, я.

– Грим?

– Грим.

– А может быть, братья Гримм?

– Не понял.

– Паша тебе кто? Друг, брат, сват?

– Какой Паша?

– Опенков, – подсказала Марта.

– А-а, Опенок… Ну да, он меня попросил.

– Зачем?

– Да ты сам все знаешь… Я все сказал, давай отпускай!

– А вдруг ты опасный преступник?

– Да какой там опасный! «Условка» у меня, за драку… Отпускай, тебе же лучше будет…

– А если нет?

Марта тронула меня за плечо и кивнула, призывая отпустить Артема. Он ведь мог обвинить ее в покушении на убийство, да и в любом случае начнется разбирательство, в котором и я погрязну, и она.

– Еще раз появишься, пеняй на себя, – процедил я, раскрывая лезвие перочинного ножа.

– А смысл? – фыркнул Артем. – Вы уже в курсе.

Я срезал путы, поднялся и закрыл своим телом Марту, выставив перед собой нож. Если вдруг Артем решится на реванш, голыми руками он меня не возьмет.

Но Артем всего лишь выстрелил в меня. Взглядом. Цокнул языком, повернулся к нам спиной.

– Паше ничего не говори, – попросила его Марта. И, немного подумав, добавила: – Сейчас не надо.

– Он тебе, наверное, заплатил, – хмыкнул я. – Теперь ему голову морочь.

Артем кивнул, соглашаясь, открыл калитку и был таков. Я вышел за калитку, но его и след простыл. Знал он, как быстро исчезать, бизнес на этом сделал. А может быть, Паша пообещал ему хорошую должность на комбинате, которым собирался управлять.

– Теперь вы понимаете, что ваш муж ничего не видит, – сказал я, закрывая за собой калитку.

– У вас кровь. – Марта провела рукой возле моего лица, но прикоснуться к щеке не решилась.

– Царапина, наверное.

– И синяк под глазом будет.

– Это плохо.

– Мороженое мясо есть?

Покойный Сальников не оживал по ночам, не видел ничего, не чувствовал, может, потому Марта без опаски зашла ко мне в дом. Я и мясо в пакете к шишке над глазом приложил, и аптечку ей подал.





Глава 7




Марта обработала мне ранку, заклеила ее пластырем. К этому времени на дороге появился «уазик» с проблесковыми маячками на крыше.

– Не будем усложнять, – сказал я, открывая сумку, в которой у меня лежали деньги.

Незаконное вторжение на мою территорию стоило мне намятых боков, разбитого лица и трех тысяч рублей, которыми я пожертвовал ради уже завоеванного спокойствия. Заплатил за ложный вызов, пожелал сотрудникам удачи и вернулся в дом, жалея о том, что я даже не генерал-майор.


– Уехали, – вздохнув, произнесла Марта. Так же как и вчера, она стояла у окна, но при включенном свете. Хороший знак. Для ее психики.

– Да им-то что, время дежурное, бензин казенный, – сказал я, прикладывая холод к синяку.

– Сколько я вам должна?

– Да нет, это я вам должен, – качнул я головой. – Вы мне жизнь спасли.

– От кого?.. Этот человек пугал меня, а не вас…

– А кто меня тогда ударил?.. Кстати, я расплатился по счету, – усмехнулся я, глянув на кулак, на котором остались сбитости от удара.

Хорошо я врезал Артему, если бы не Тая, он бы не ушел с раздачи.

– Он не сказал, что бил вас вчера на кладбище, – пожала плечами Марта.

– Как это – не сказал?

– Вы спросили, а он не ответил, сказал, что ему нельзя в полицию.

– Вообще-то ответил.

Артем бил меня ногой, но и рукой мог ударить так же мощно. И борцовскими приемами он владел, так что я всеми своими косточками слышал ответ на свой вопрос. Он ударил меня на кладбище, больше некому. И Марта это понимала. Просто она не хотела терять надежду. А вдруг это все-таки был Семен? Вдруг он все-таки оживал по ночам и она могла его увидеть?

– Ответил, – снова вздохнула Марта. – Это все Паша.

– Интересный парень. Черты лица правильные, – вспомнил я. – Как будто на станке выточены. И отшлифованы.

– Это вы о чем? – озадаченно глянула она на меня.

– А сработал топорно… Зачем ко мне приходил? Может, я ничего бы и не понял.

– Может, и не надо было понимать…

– Не знаете, как сказать дочери?

– Да дело не в этом…

– А в чем?

– Так хоть какой-то смысл был…

– Вы уже год здесь, а когда появился Артем? Я так думаю, недавно.

– Да второй месяц уже…

– Как-то же жили вы до его появления. Или скучно было?

– Можно сказать, и не жила.

– Может, Артем вас оживил? – внимательно посмотрел я на Марту.

Она словно догадалась, что именно я имел в виду, смутилась и, нахмурившись, буркнула:

– Мне пора.

– Я хотел вас чаем напоить.

– В следующий раз, – шагнула она к дверям.

– Ну, если следующий раз возможен.

Марта ничего не ответила, только громко хлопнула дверью, уходя. Я решил ее проводить, но так и не смог ее догнать, казалось, она убегает от меня.

Спать я лег в летней кухне, которую практически не использовал по прямому назначению. Согреть чайник и пожарить яичницу можно было и в доме, а мясо на ужин мы с Ликой жарили на мангале… Что-то не везло мне в этом году с женщинами. Одна с начальником сбежала, вторая «наседкой» оказалась, а третья не может отпустить своего покойного мужа.

Лика могла вернуться, но меня больше беспокоило возможное возвращение Таи. Собаки у меня не было, и Артему ничего не стоило повторить боевой заход на мою территорию. Но если он вдруг появится, то искать будет в доме. Именно поэтому я и умостился на диване в летней кухне. И топор положил под ноги, мало ли.

И Артем появился. Не знаю, как он открыл запертую дверь, но на кухню он зашел. И рассмеялся мне в лицо. Нет, не был вчера на кладбище, не бил он мне морду. Так он и сказал, настолько громко и отчетливо, что я проснулся.

За окном светило солнце, горло не болело, шишка в надбровье синяком под глаз не растеклась. И кости не трещат, не ноют. Я вышел во двор, огляделся – никого. Погода чудесная, лето во всей своей красе, дышится легко, запоздалый петух где-то голосит. Артем со своими фуриями стал историей, оставив после себя не очень приятные, но будоражащие воспоминания. Жизнь продолжается, и я должен есть этот «мед» большой ложкой, пока есть возможность. А если так, то почему бы не угостить Марту? Хватит ей киснуть в своем добровольном заточении.

Найти я мог ее дома или на кладбище. Каждое утро она приносила мужу свежие цветы. И сегодня она не изменила своему правилу, но в этот раз я чуть не опоздал. Она подходила к своему дому, когда я вышел за ворота. Футболка на мне, купальные шорты, в рюкзаке полотенце, блокиратор и страховочная «динамика». Вчера я не придал значение безопасности, а сегодня не смог обойти ее стороной. Ушибленное плечо все-таки побаливало, да и кулак я вчера отбил – вдруг дрогнет рука, разожмутся пальцы, и – здравствуй, кладбище. А искупаться в море я должен был, и тело этого требовало, и душа.