Моя богиня

— Не хочу, — сморщил нос Проказник, и я растерялась.

Все знали, что Проказник любит скупать миры, а тут я ему бесплатно отдаю.

— Хорошо, что ты хочешь? — спросила я.

— Его, — сказал Проказник, указывая пальцем на Лео.

— А ты больше ничего не хочешь? Например, кулаком в морду получить, — прорычал Лео.

— Ух, какой горячий, — сказал Проказник с довольной улыбкой.

Я еле успела остановить Лео, иначе он бы точно его ударил.

— Лео я не отдам, — сказала я, удерживая мужа.

— Почему? — наклонил голову Проказник и с любопытством рассматривал наши переплетённые руки.

— Потому что я его люблю, — сказала я.

— Как банально, — сморщил нос, сказал Проказник. — Хорошо, тогда я отдам вам артефакт, если вы пройдете все испытания в моем мире и попадете в сокровищницу, именно там вы и найдете артефакт.

— Это невозможно, — возмутилась я.

— Ну почему? У вас есть один процент из ста, — пожал плечами Проказник.

— Мы пройдем, — сказал Лео, и я закрыла глаза.

— Завтра я перенесу вас, а сейчас мне нужно проверить, чтобы все было готово, — с улыбкой сказал Проказник, и я стерла символы, которые удерживали его здесь.

— Премного благодарен, — сказал Проказник и собирался взлетать, но потом посмотрел на Лео и гаденько улыбнулся.

— Если вы будете умирать, я могу спасти вас при одном условии — если ты станешь моим, поэтому сделаю все возможное, чтобы это так и было, — сказал Проказник и взлетел.

— Вот чертов гомосек! — выругался Лео и его передернуло.

— Он легко сделает все, чтобы мы не прошли, — прошептала я.

— Мы справимся

— Ох, милый, мне бы твою уверенность, — сказала я.

— Так забирай, — с улыбкой сказал Лео и обнял меня.

— Нам нужно подготовить мир и напитать его силой, чтобы все было в порядке, пока нас не будет, — сказал я.

— Хорошо, и как это сделать? — с энтузиазмом, спросил Лео.

— Перемещайся в свой храм и приложи ладонь к алтарю, напитай его своей силой. Когда алтарь станет синего цвета, перемещайся в следующий храм. Встретимся на площади, — сказала я и перенеслась в свой храм.

Мы могли сделать это завтра, но мне необходимо побыть одной. Как мы сможем справиться с ловушками Проказника? Ладно, думаю, оттого, что я буду сидеть и плакаться, ничего не изменится. Лео прав, нужно пробовать, иначе нас убьет тьма.

Напитав силой мир, чтобы хватило, как минимум, на неделю, мы вернулись в замок.

— Почему ты такая грустная? — спросил Лео.

— Я переживаю, там столько ловушек, как мы будем их проходить? Проказник славится своей подлостью и садизмом, — сказала я.

— Не переживай, вдвоем мы справимся со всеми испытаниями, — подбадривал Лео, крепко меня обняв.

Я стояла и думала, где достать хоть немного информации о ловушках мира Цэтанус. Живых, которые знали о ловушках, нет, они все мертвы, а если призвать души и узнать информацию? Тогда кого вызывать? Я даже не знаю имена этих смельчаков, или на голову больных, точно.

— Стоп, — вслух сказала я.

— Что? — спросил Лео.

— Я знаю, кто нам поможет рассказать про ловушки Проказника, — сказала я.

— Кто? — спросил Лео.

— Гелиос, — сказала я, и Лео поморщился.

— Это тот блондин? — спросил Лео.

— Да, — сказала я.


— Знаешь, два гея за один день, ты не думаешь, что это слишком? — спросил Лео.

— Не переживай, Гелиос даже в твою сторону дышать не будет, не то что смотреть, — с улыбкой сказала я.

— Почему? — спросил Лео.

— Он тебя теперь боится, — хихикнула я.

— Это хорошо, — вздохнул Лео.

— У Гелиоса очень чувствительная натура, а ты для него оказался слишком жестоким, — сказал я.

— Как он тогда с тобой дружил, когда тьма была частью тебя? — с любопытством спросил Лео.

— Он старался общаться со мной как можно реже, — грустно ответила я, вспоминая, как мне не хватало друга в тяжелый период жизни.

Без дружеской поддержки и понимания даже Богине Тьмы тяжело.

— Значит, он не сильно и хороший друг, — сказал Лео.

— Почему? Я постаралась понять его, он же не отвернулся от меня окончательно, просто старался меньше со мной общаться, потому что моя сила давила на него, — сказала я, защищая друга.

— Хорошо, я не буду с тобой спорить, но если этот дружок хоть как-нибудь намекнет, что имеет на меня виды, я не смогу сдержаться, — сказал Лео и его глаза побелели.

Он до сих пор прокручивал слова проказника и сходил с ума от бешенства. Он представил, наверное, 30 разных способов, как он его убивает. Я пришла к выводу, что злить мужа не надо, с такой-то фантазией.

— Подогреешь ужин? А я пока позвоню Гелиосу, — сказала я и поцеловала Лео в губы, потом перенеслась в свою старую комнату, набрала гриф Гелиоса и стала ждать ответа.

— Привет, малышка, — пропел друг.

— Я смотрю, у тебя хорошее настроение? — спросила я.

— Да, неплохое, вчера встретил такого красавчика, мы провели горячую ночку, что у меня до сих пор болит з… — не успел договорить друг, я его перебила.

— Гелиос, без подробностей! — крикнула я.

— Ты вроде не девочка, а так краснеешь, — с улыбкой сказал Гелиос.

— Я просто не люблю, когда ты начинаешь рассказывать мне такие подробности, — буркнула я.

— Ну, хорошо, чего звонишь? Учти, я больше грушей для битья быть не хочу, — надул губы друг.

— Нам с Лео нужна твоя помощь, — сказал я.

— Нам? О, у вас все в шоколаде? Признавайся, какой он в постели, я жажду подробностей, — сказал друг.

— Давай потом, — сказал я, уходя от ответа.

Мне не сильно нравится рассказывать про личные отношения, я это не люблю, в отличие от Гелиоса. Он может рассказывать всё в грязных подробностях.

— Ну, хорошо, — расстроился друг. — Что я должен сделать?

— Я бы хотела, чтобы ты присоединился к нам за ужином и рассказал про ловушки Цэтануса, — сказала я.

— Во что ты влезла? — серьёзно спросил Гелиос.

— Вот когда ты к нам присоединишься, я все расскажу, — сказала я.

— Хорошо, буду у вас через час, — сказал друг и отключился.

Я выдохнула, раз согласился, значит расскажет.

Спустилась к Лео, он как раз разогревал ужин.

— Я пока приготовлю салаты, и закуски, а ты сходи в погреб и принеси вино, белое и красное, — попросила я.

— Почему белое и красное? — спросил Лео.

Ведь ночью я уже отправляла его за вином, и сказала, что люблю красное.

— Гелиос любит белое, — сказала я.

— Понял, — сказал Лео и пошел в погреб.