Нагибатор

Я выкинул пиво в мусорный бак, за что был вознагражден странным взглядом не только от Вики, но и некоторых будущих попутчиков, и мы сели в подъехавший троллейбус. Заняв места на заднем сиденье, мы проехали вместе целых две остановки, после чего я уступил место зашедшей бабульке, и дальше просто исподтишка наблюдал за Викой.

Можно ли назвать ее красивой? Да нет, скорее – обычной. Да, она была спортивная, но вот лицо… И без того широкое, с резко выдающимся вперед длинным носом, оно казалось еще шире из-за зачесанных в тонкий черный хвостик волос. Дело немного исправляли большие, ярко-голубые глаза, но все равно до общепризнанных эталонов ей было как до Москвы пешком.

Я задумался, что будет, если ей распустить волосы, сделать челку…

– Моя остановка, – сказала она, вставая, и проходя мимо к выходу.

– Пока, – попрощался я.

Я помахал Вике рукой, когда трал отъехал от остановки, встретился с ее очередным странным взглядом, и сообразил: надо было выйти следом и проводить ее. Олень, что еще скажешь.



До дома я в очередной раз поливал себя грязью, попутно вспоминая, когда же именно я стал таким оленем. Наверное, после второго переезда. Мы ведь не местные, сюда приехали к бабушке, а до этого успели поменять целых пять городов, постепенно перебираясь все ближе и ближе к Европе, пока не осели в Волгограде. До сих пор с удовольствием вспоминаю Камчатку и детство, сопки, которые облазили от и до, показывая их девчонкам и хвастаясь придуманными «боевыми подвигами», прыгая по окопам с пластиковыми автоматами и пистолетами. Потом было Приморье, Спасск и Уссурийск, между которыми мы метались, как пьяный веник. Стоило мне сдружиться с кем-нибудь в школе, как мы переезжали. Примерно в это время я забыл, что такое девчонки и как с ними общаться – все время уходило на выяснение, кто кому даст в нос и учение уроков. В 8 классе мы приехали сюда, и за примерную учебу отец купил мне на день рожденья виртуальный кокон. С тех пор я стал хуже учиться, настоящих друзей в школе так и не завел, а все время проводил в Барлионе. В школе одно время было тяжело – до тех пор, пока в 9 классе заводилы не поняли, что школу надо заканчивать, и желательно – с хорошими оценками. А путь к хорошим оценкам лежал через мои домашние работы и мой вариант контрольных. Я не давал списывать, но когда Аня, очень красивая девочка, попросила, не отказал. В итоге, через нее, моя тетрадь пошла гулять по классу, и когда я решил ее забрать перед уроком, Аня невинно захлопала глазами и ответила:

– У меня ее нет, я Игорю дала.

Я подошел к Игорю, и как всегда, прямо заявил:

– Дай тетрадь!

– А ты найди!

Я начал искать, и ее, естественно, не было. Я полез в его портфель, и нарвался на подачу. Когда нас разняли, я провозгласил:

– Никому больше не дам списывать!

Управу на меня нашли быстро: когда я действительно не стал давать тетради, вплоть до драк, позвали Макса. Он сел рядом на перемене, и сказал:

– Сань, ты домашку сделал?

– Сделал, – как всегда, сказал правду я.

– Дай мне, пожалуйста.

– Не дам, – помотал головой я, глядя на сжавшийся после моего ответа кулак. Макс не был самым сильным и здоровым в классе, но он был самым авторитетным.

– Я верну перед уроком, – сказал он. – Обещаю.

Я глянул ему в глаза, и понял: побьет, причем сильно. Естественно, я очканул, и с тех пор мои тетради были общим достоянием. Но были и положительные аспекты: меня не били, не задирали, всегда возвращали их вовремя. Более того, как-то меня задели из другого класса, и наши тут же стали за меня горой, быстро объяснив парнишке, что ему надо срочно пиликать в медпунт, останавливать кровь из разбитого носа, иначе стемнеет, и дорогу придется освещать фонарями. Я даже более-менее подружился с Игорем, который был заводилой всех жестоких приколов, свойственным школьникам, обвыкся с его грубым юмором, и даже в чем-то перенял его. В то время я уже все свободное от школы время проводил в Барлионе, отвлекаясь только на домашние задания.

В десятом и одиннадцатом у нас в школе была крепкая компания из четырех человек, которые более-менее увлекались учебой. В Барлиону, кроме меня, играли только мажоры, а со мной никто из них не общался. Девчонок в классе было всего четыре, и все они интересовались в основном, мажорами. Вот таким образом получилось, что весь мой опыт общения с противоположным полом сводился к последним воспоминаниям, в третьем классе, и это было явно недостаточно для адекватного поведения на попытках свиданий или в смешанных компаниях. Даже если девушка интересовалась мной первой, я очень быстро умудрялся ее разочаровать – нерешительностью, угрюмостью, оторванностью от жизни, неумением делать комплименты и красиво врать.

Вика, похоже, как раз стала очередной разочарованной жертвой моих комплексов. Чего она во мне нашла: метр с кепкой (во всех классах, где я учился, на физкультуре по росту стоял предпоследним), телосложение – хотелось бы, конечно, сказать, что спортивное, но оно все-таки – худощавое, глаза узкие и карие, уши – немного торчащие, морда страшная, волосы – нечёсаные.

Как-то незаметно, за этими не самыми веселыми рассуждениями, я добрался до дома.

Не во мне, наверное, все же дело, а в том, о чем Вика сразу завела разговор, решил я, заходя в комнату. Анастария, вот что ее заинтересовало. Наверняка у самой какой-нибудь постер дома, хочет его переделать.

– Саша, иди кушать! – позвала мама.

– Принесешь, ма? Я за уроками поем!

– Хорошо, сейчас!

Я быстро отодвинул монитор вглубь стола, поставил подальше клаву, и вытащил пару тетрадок, стараясь особо не дышать.

Операция «Конспирация» прошла успешно, и мама, оставив поднос с едой, со словами «умница» вернулась на кухню.

«Умница» тем временем свернул тетрадки, за две минуты закинул еду в яму желудка, взял виртуальный шлем и вытянулся в коконе.



Глава 4. Деревня кобольдов





ВХОД.

Састх, все так же стоял напротив меня, но уже не рассказывал сказки про Южные болота. Кроме этого, передо мной висело описание квеста:

Получено задание: «Спасение сотника Патисона.»


Описание: Отправьтесь в Южные болота, найдите там пропавшего Стрехобора Патисона и помогите вернуться в деревню Кобольдов.»

Класс задания: Классовое

Награда: в зависимости от успешности выполнения, +200 репутации со служителями Пиаста.

Штраф за отказ/невыполнение: – 200 репутации со служителями Пиаста, – 100 репутации со всеми фракциями кобольдов.

Время на выполнение: сутки.

Так, это еще что такое? Сейчас что мы имеем по шкале репутации? Со служителями – текущая 10, нейтрально, до дружелюбия – 990.

Отказ – впадаем в недоверие. Не пойдет, соглашаться надо однозначно. Стоило мне принять квест, как Састх нахмурился:

– Наконец-то, я думал, ты уснул!

– Да, отвлекся. Далеко до болот-то? Куда Стрехобор точно собирался попасть?

– Сейчас, на карте отмечу, – на мгновенно открывшейся НОВОЙ, подробной карте болот, жрец отметил крестом какое-то место, примерно посредине. Карта сжалась и перенеслась на мою. – Еще вопросы есть?

– Зачем он туда пошел?

– На василиска охотиться.

Я почесал тыковку. Василиск – один из редких элитных монстров в нуболокациях, 50 уровня. Что-то порядка 1000 жизней, ну, и удар под 200, это все можно уточнить. Впрочем, зачем? Я же не охотиться на него иду.

– Посоветуете что-нибудь, уважаемый Састх? – решил я подлизаться к жрецу.

– Угу. Проводника постарайся в деревне найти. И поспеши, у меня времени осталось не так уж и много. Ночью болото очень опасно, постарайся до заката управиться.

Поблагодарив НПС за информацию, я пошел к деревне.

– Кто такой? – спросила ящерица в доспехах у входа в деревню.

– Свободный житель, – ответил я. – Мне нужен проводник в Южные болота, хочу Стрехобора Патисона найти.

– Проходи. Найди старейшину, он тебе выделит кого-нибудь.

Деревня была абсолютно идентична по планировке любому людскому поселению – центральная улица вела на площадь, где были лавки торговцев и управа. От площади расходилось еще несколько улочек с домами местных жителей. Двигаясь среди таких же ящериц, как и Нагибатель, отметил для себя: я все-таки крупнее большинства НПС.

А вот староста меня удивил. Огромный, почти с гнома ростом, больше похожий на драконида, чем на зеленую ящерицу, с большими, загнутыми вперед рогами, весь в устрашающих костяных наростах, он навис надо мной, едва я вошел в управу, и прошипел:

– Сссвободный? Ты как тут оказалссся?

– По заданию жреца Састха, уважаемый… Харольт Фантерсон, – вот имечко-то. – Он сказал, что сотник Патисон пропал в Южных болотах…

– Пропал!? – возопил староста. – Что значит, пропал?! Его разорвал василиск, еще два дня назад, и единственное, что ты можешь от него спасти – это его гребаные мечи, и то, если они не утонули!

Хм, сколько экспрессии у этого имитатора!

– А, вдруг, он затаился где-нибудь, и выслеживает этого самого василиска?

– Ты идиот? – спросил Харольт подозрительно. – Или просто в болотах ночью не был?

– Я, вообще, в болотах не был! – возмутился я. – Потому и ищу проводника!

– Проводника? – староста прищурил янтарные глаза. – Зачем тебе проводник?

– Стрехобора найти! – рыкнул я. – Который на василиска охотился!

– Тьфу на тебя! – староста плюнул на пол и слюна, к моему удивлению, зашипела. – Сожрал его василиск, сказал же! И его, и трех его учеников! И тебе не дам никакого проводника – в кои-то веки, свободный у нас в деревне, и сразу на погибель, в болота! Хрена с два этому жрецу! – Харольт сунул мне под нос шипастый и когтистый кукиш. – У меня у самого есть для тебя задание! В Лесистом кряже сгинул Тирол Матерсон, золотодобытчик, с целой артелью рабочих и отправленными для их защиты десятком воинов! Найдешь их – золотом завалю, да еще и сам Тирол, наверняка, не просто спасибо скажет!

Передо мной всплыло сообщение:

Получено задание: «Поиски золотоискателей.»

Описание: найдите потерявшуюся в Лесистом кряже экспедицию Тирола.

Класс задания: расовое. Ограничение: раса – кобольд.

Награда: в зависимости от успешности выполнения, + 200 репутации со всеми фракциями кобольдов.

Штраф за отказ/провал: – 200 репутации со всеми фракциями кобольдов.