Непобедимое солнце. Книга 2

— Ты сама знаешь.

Он был прав — я знала. Вернее, догадывалась.

— А если она не поедет?

— Она поедет. Чудес не бывает. Все получится просто и естественно.

— Куда на Тенерифе? — спросила я.

— Скажу, когда будете здесь. Мы все приготовим. Если вы расстанетесь на время, оставь ей маску, какую она захочет. Можешь даже обе. Но я думаю, что она возьмет маску Солнца.

— Ладно.

— С тобой хочет поговорить Со.

Я была рада услышать Со.

— Привет, Саша.

— Привет.

— Я все знаю. Ты умница.

— Спасибо.

— Ты заслужила небольшой отпуск. Если есть нечто такое, что ты давно хотела сделать… Знаешь, мечтала всю жизнь, но все время откладывала… Сейчас самое время.

— Спасибо за инсайдерскую информацию, — ответила я.

— У тебя такой тон, словно ты ждешь конца света, — засмеялась Со. — Вернее, словно конец света — это что-то плохое.

Тут я тоже засмеялась.

— Да, чуть главное не забыла, — сказала Со.

— Что?

— Кендра прислала тебе ответ.

— А?

Я даже не поняла в первый момент, о чем она.

— Ну, ты оставила для нее резиновый член и наручники. Сказала, что это коан. И она его решила.

— Серьезно? — без энтузиазма спросила я.

— Ага. Мы послали тебе ее ответ, ты не видела?

— Еще нет, — ответила я.

Когда мы распрощались, я проверила почту. Действительно, в ящике оказалось письмо от Со. Текста не было, только вложенная карикатура — Путин и Эрдоган обнимаются, и каждый держит за спиной по ножу.

Такая Кендра. Ну при чем тут, спрашивается, Путин? Нет, я совершенно не из его фан-группы, но почему надо всюду его втиснуть? У них что в Америке, своих чекистов мало? Точно так же всех наклонили и при этом даже не засветились. Чтобы не подвергать опасности свои источники и методы. Чтобы никто из врагов Америки не догадался, что они сначала отсасывают у пальца, а потом делают слив в «Вашингтон Пост».

Все-таки в современном прогрессивном американце русофобия — это одна из биологических жидкостей. Даже если он воук и трансгендер. Особенно если он воук и трансгендер, кстати. Потому что всем этим корпоративным анархистам и имперским сварщикам много лет объясняют по Си-эн-эн, что их фашизм — это не их фашизм, а коварно заброшенный к ним русский, а сами они белые и пушистые драг-квинз. И ничего с этим, увы, не поделать.

Впрочем, чего об этом переживать, когда впереди маячит вполне реальный конец света. Такой невидимый черный астероид, над приближением которого работает слаженная команда энтузиастов…

И возможно, что не одна.

На Ближнем Востоке могут все устроить и так. Вернее, начать, а другие потом подтянутся. Мы ведь не знаем, что там за замес. Существует, например, христианская легенда про Армагеддон, последнюю битву где-то на Ближнем Востоке. А у Путина есть духовник — и черт знает, что попы ему нашептывают. Хочется надеяться, что у них там нормальный бизнес — ну а вдруг они правда в бога верят? А бог у них, между прочим, общий с Исламским государством, организация на Кубе запрещена.

Нам ведь всего не говорят. Только иногда намекают, что мы, значит, будем мучениками, а партнеры просто так подохнут. Дедушка старый, ему все равно. И не в одном дедушке дело. Свои тараканы у турков, свои у американских евангелистов — они ведь тоже Израиль поддерживают не потому, что евреев любят, а потому, что у них в священной документации что-то такое сказано… А уж какие у евреев тараканы после двадцатого века, даже говорить не надо.

Как вообще можно подпускать к ядерной кнопке последователей авраамических религий, которые возлюбили Господа и в рай хотят? Они же туда поедут на наших спинах. Иранским муллам нельзя, а этим почему можно? Лучше уж психи и наркоманы — они хоть за свою задницу переживают. Эх, Грета, Грета. Не того ты боишься. Потеплеть оно потеплеет, но твоему агрессивному педофрастическому нарративу будет уже все равно.

Ничего, думала я, глядя в окно на полоску моря, ничего. Может быть, все не так ужасно — и мы с Наоми придем к финишу первыми… Мне было, конечно, страшновато. Но это был спокойный, веселый и уверенный в себе страх.

И еще я знала, что чувствует самая крутая террористка в мире незадолго до операции. Террористка хотела повидать свою девушку.

Вечером Наоми пришла в «Дерево и Камень». У нее был озадаченный вид.


— Я сошла с ума, — сказала она. — Стоит уснуть на полчаса, и начинается…

— То же самое?

— Почти. Вся эта история под разными углами. Как будто кто-то шепчет на ухо, и я все вижу. И мне говорят, что я должна танцевать.

— Я знаю, как это бывает, — сказала я.

— Тебе тоже это снилось?

— Да. Тебе надо поехать со мной, Наоми. Ты должна увидеть Камень. Вернее, коснуться его.

— А потом?

— Я думаю, ты действительно будешь перед ним танцевать.

Наоми вздохнула. Видимо, она успела много увидеть за эти несколько часов.

— Где Камень? — спросила она.

— На Тенерифе. Ты поедешь?

Она кивнула.

— Поеду. А то окончательно чокнусь.

— Хорошо, — сказала я, — я тогда свяжусь с Тимом и Со. Они придумают, как все организовать.

— Не надо ничего придумывать, — ответила Наоми. — Тенерифе и Гран Канариа — это ведь рядом?

— Рядом.

— У меня есть старшая сестра. Она работает на Гран Канариа. Танцует в баре…

— Угу, — сказала я. — Я в курсе, как там танцуют в барах.

Наоми улыбнулась.

— Так же как здесь, только тарифы выше. Она звала к себе. Говорила, есть работа. Самая разная, и легко устроиться. Я давно собиралась ехать, у меня все в принципе готово. А теперь как раз появился дополнительный повод. Только нужны будут деньги на билет.

— Это мы решим, — сказала я. — Сколько тебе потребуется на сборы?

— Пара недель, — ответила она. — Это на документы. На сборы хватит полчаса. Я тогда поеду в Гавану решать вопросы. Встретишь меня на Гран Канариа? Я не хочу ехать к незнакомым людям одна.

Я кивнула.

— Тим сказал, что тебе можно оставить маски. Одну или обе.

— Оставь мне маску Солнца.

— Хорошо, — ответила я. — Я дам тебе сертификат, он как раз в двух экземплярах. Тим и Со умные. Все знают наперед.

Наоми нахмурилась.

— А чем занимаются эти Тим и Со?

— Просто богатые люди.

— Это такое занятие?

— Ну да. Отличная профессия.

— А почему они связаны с Камнем?

— У них такая… Такое хобби…

— Это странно.

Я пожала плечами.

Если разобраться, Наоми была права — это было странно. Я ведь ничего на самом деле не знала про Тима и Со.

Как, впрочем, и про Наоми. И про всех остальных людей.

Я не знала, зачем Тим и Со служат Камню. Я даже не задавалась вопросом, почему я сама ему служу. А это ведь тоже было крайне странно — но абсолютно естественно вытекало из всей последовательности событий.