Обожаю тебя ненавидеть

– Во-первых, – выпалила я, – мистер Извращенец, не будет никакого следующего раза! Во-вторых, это сексуальное домогательство. Я могу заявить на вас. Сексуальное домогательство на рабочем месте – очень серьезное преступление. И я могу… Господи…

Я зажала ладонью рот и прикусила губу. Докатилась, угрожаю собственному начальнику. Сначала переспала с ним, а теперь угрожаю.

Не в силах больше стоять, я рухнула на стул.

– Ладно. Можете меня уволить, если хотите. Все в порядке…

Затем взяла конверт и быстро спрятала в карман жакета. Хотелось провалиться сквозь землю и никогда больше не появляться на ее поверхности. Вдруг он захихикал.

– Прекрасно, вы можете смеяться надо мной, это уже неважно. Ха-ха-ха.

Смех прекратился.

– Никто никого не будет увольнять, – его голос звучал спокойно.

Я подняла голову: выражение его лица изменилось и стало серьезным. Это меня немного успокоило.

– Правда?

– Сара, я не собираюсь увольнять тебя.

– Спасибо. – Наступило облегчение. – Кстати, как вы меня узнали?

Он наклонился через стол, чтобы быть максимально близко ко мне:

– Я бы никогда не забыл твое лицо.

Меня затрясло, а по спине пробежали мурашки. Нужно было срочно убираться оттуда, пока неизвестная сила не толкнула меня на его большой, такой большой, и твердый, идеальной формы, и… Я вскочила с места от этих мыслей, выпрямилась и постаралась придать себе невозмутимый вид.

– Что ж, рада была познакомиться, Бен Блэк, с удовольствием жду нашего прекрасного ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО сотрудничества, думаю, мы станем отличными КОЛЛЕГАМИ, – последние слова я почти прокричала.

– Бен Уайт.

Он встал, обошел стол и подошел ко мне:

– Уайт.

– Очень сомневаюсь, – произнесла я про себя.

– Могу паспорт показать, если хочешь, – он продолжал приближаться.

– Нет, нет. Не вижу необходимости.

Бен протянул руку. Дыхание участилось, и я отступила назад.

– Мы можем хотя бы пожать руки? – он сделал еще один шаг в мою сторону.

– Конечно. Без проблем. – Я коснулась его ладони, но вдруг… Видели, наверное, как экстрасенсы видят яркие картинки, прикасаясь к предметам? Украшение умершего человека или игрушка пропавшего ребенка? У меня было то же самое.

Волнующие воспоминания завладели моими мыслями. Он стягивает мои трусики зубами. Ласкает языком грудь. Я срываю пуговицы на его рубашке, расстегиваю джинсы, сгорая от нетерпения.

Отдернув руку, я подняла глаза. Тот же взгляд, как перед первым поцелуем в клубе. Он прикусил губу и подошел еще ближе. Боже мой, не собирается же он прямо сейчас поцеловать меня?

Нельзя этого допустить!

– Я… мне пора. – Толкнула дверь и повернула ручку, но она не поддалась. Пришлось несколько раз за нее подергать. Он запер меня в своем офисе! Больной извращенец, он специально вызвал меня последней, чтобы остаться один на один, когда все уйдут домой! Сердце бешено колотилось, и инстинкт самосохранения отлично сработал.

– Выпусти меня! Сейчас же выпусти меня! На что ты надеялся? Что поимеешь меня на своем столе?! Выпусти меня…

Он прервал меня, подойдя к двери, и положил свою ладонь поверх моей. Затем повернул ручку в противоположном направлении, и дверь – к моему облегчению, удивлению и большому стыду – легко открылась.

– Не в ту сторону.

– О, – все, что смогла выдавить. Не говоря ни слова, я вышла из кабинета.

– Сара, – окликнул он.

Мои глаза смотрели в пол.

– Закрой, пожалуйста, дверь, когда будешь уходить.

Я кивнула.

– И, Сара, – добавил он, когда дверь почти закрылась, – теперь я точно знаю, что влюбился.






Глава 6. ПНМЧЯТЧПКНКУСКПНПКОМБСКЯКТЖУП!




Младшая сестра иногда присылает непонятные эсэмэс, набранные заглавными буквами. Я хотела последовать ее примеру.

«Теперь я точно знаю, что влюблен…» Что за?.. Господи! АБ, черт побери, В! Он, что, правда это сказал?

Трясущимися руками я с силой сжимала руль. Скорее бы умчаться от него как можно дальше.

Офис – то место, куда я всегда приезжала с радостью. Но теперь все изменилось. Рано или поздно коллеги узнают правду – это всего лишь вопрос времени. Я определенно получу звание офисной шлюхи, а постельный список Бена пополнится новыми именами. От этих мыслей меня воротило.

Приходилось напоминать себе о дыхании. Я опустила стекло – мою машину изобрели до того, как придумали электрические стеклоподъемники и гидроусилители руля – и подставила лицо ветру, как делают собаки. Мне нужен был воздух. Дыши.

Однако глубокое дыхание не очень помогало. Из головы не выходила мысль о розовых трусиках. Зачем он носил их с собой в конверте?

Он фетишист?

Всего тринадцать часов прошло с того момента, как мы переспали, а мой мир уже рушится прямо на глазах. Нужно добраться домой, там я буду в безопасности.

Я постучала пальцами по рулю и включила радио, чтобы отвлечься, но музыка не помогала. Мысль о том, как теперь ходить на работу, пугала меня до чертиков. Я достаточно натерпелась, позорно сбегая с парковки прошлой ночью, и теперь каждое утро, входя в офис, буду думать, знает ли кто-нибудь из коллег о случившемся.

Мне плохо. Мне нужен шоколад.

В магазинчике на ближайшей заправке я опустошила полки с шоколадом, хотя обычно мне сложно сделать выбор, но не сейчас. Несколько шоколадных плиток – темный, белый, с орехами, мятный, «M&M’s» – все подряд летело в корзину.

Мне совсем не стыдно за это – слушайте, половина гей-клуба видели меня полуголой в машине, а начальник разгуливает с моими трусиками в кармане. Я развернула шоколадку прямо на парковке. Затем высыпала «M&M’s» в рот и вдруг вспомнила, что не купила молоко. Пришлось снова идти в сторону магазина, но тут…

– Сара, – это был он.

Я подпрыгнула, будто увидела привидение.

– Что ты здесь…

«M&M’s» попал не в то горло, и я начала задыхаться. По-настоящему задыхаться. По-настоящему хватать воздух ртом. Я вцепилась в плечо Бена и в панике попыталась знаками объяснить ему всю серьезность ситуации. Мне показалось, что я сейчас умру, но почувствовала, как руки Бена крепко обхватили меня.

Он сжимал мою грудную клетку, пока голубое драже не выскочило изо рта и покатилось по тротуару. Судя по всему, Бен этого не заметил, потому что продолжил давить на мои ребра.

– Хватит! – наконец смогла выдавить я между кашлем и громким хрипом. – Хватит.

– Все в порядке? – голос Бена был тревожным, он повернул меня к себе и выглядел изрядно напуганным.

Я кивнула, держась за горло и продолжая кашлять. Как же больно!

– Ну, ты меня и напугала. Не делай так больше никогда. – Он положил мне руки на плечи и, глядя прямо в глаза, спросил: – Ты уверена, что все хорошо?

Уверена ли я, что все хорошо? Хорошо? И ты это спрашиваешь? НЕТ!

Однозначно не было ничего хорошего. Ни того, что я переспала с новым боссом, забыв белье в его машине, ни того, что пыталась угрожать ему судом за сексуальное домогательство, ни того, что назвала его извращенцем, да еще и подавилась «M&M’s» на его глазах. Все совсем не хорошо. Мне было ужасно стыдно, хотелось сжаться до микроскопических размеров и исчезнуть.

– Сара? С тобой все нормально? – настаивал Бен, пока я пыталась смотреть куда угодно, только не на него. Похоже, он действительно волновался, даже больше, чем стоило.

Я кивнула.

– Все хорошо, извини.

– Почему ты извиняешься? – поинтересовался он и нежно коснулся щеки.

Я убрала его руку и попятилась назад.

– Уверена, что можешь вести машину? Может, тебя подвезти?

Меньше всего мне хотелось вновь оказаться в его машине. А еще меньше хотелось, чтобы он узнал мой адрес.

– Спасибо, я в порядке. – И вдруг меня осенило. – А что ты здесь делаешь, между прочим?

– Конечно, слежу за тобой, – он одарил меня своей наглой, дьявольской ухмылкой.

– Что?! – и я снова закашляла. Горло явно не было готово к драматичным вздохам.