Осенний Лис
Часть 12 из 146 Информация о книге
Жуга проснулся, едва забрезжил рассвет, и долго лежал с открытыми глазами, глядя в потолок. Повернулся на бок, посмотрел на Влану. Та лежала, безмятежная в утреннем сне, мягкие волосы рассыпались по подушке. На губах её теплилась улыбка. Жуга погладил рукой шелковистые чёрные пряди, улыбнулся своим мыслям, вздохнул. Поднял голову. В ногах, пригревшись на одеяле, спал Сажек. Комната была обставлена проще некуда: широкая кровать с верёвочной сеткой и толстым войлочным матрасом, два стула, в углу – табуретка, кувшин и таз для умывания. Полотенца не было. Жуга выскользнул из-под одеяла, натянул штаны и подошёл к окну. От реки шёл лёгкий туман. Солнце ещё не взошло, но шпили и островерхие коньки высоких крыш уже играли золотом. Жуга постоял в задумчивости и принялся умываться. Проснулась Влана, потянулась сонно. Улыбнулась. – Доброе утро, Жуга! – Утро доброе, – отозвался он. Котёнок спрыгнул на пол, подошёл к нему, потёрся о штанину. Жуга мысленно отругал себя, что забыл его покормить. Наверное, у хозяина можно было найти молока. – Жуга, – позвала Влана. – Что? – Откуда ты пришёл? – С гор я. Влана села, зашуршала одеждой. Подошла к нему, положила руку на мокрое плечо. Провела тёплыми пальцами по шраму. – Откуда это? – Подарок. От добрых людей. – Жуга перестал плескаться, выпрямился. Посмотрел ей в глаза, улыбнулся с грубоватой нежностью. – Не надо об этом, Вланка. – Странный ты, Жуга, – задумчиво сказала девушка, перебирая пальцами густые пряди волос. – Скажи, у тебя… были женщины до меня? – Нет. – Ты хороший. – Влана подошла к окну, ловкими движениями заплетая косу. – Кого ты ищешь? Чем тебе помочь? Жуга натянул рубаху. Пригладил мокрые волосы. – Скажи, – замялся он, – давно ты… так… – Год, – равнодушно ответила она. – Может, чуть больше. С тех пор, как отец умер. – Мне очень нужно знать, – продолжил после минутного молчания Жуга, – когда девчонки… выходят на улицу, ну… – Я понимаю… – Бывает, что они не возвращаются? Пропадают? Влана задумчиво помолчала. Пожала плечами. – Наверное… Впрочем, да. Особенно если одна и в первый раз. По неопытности, наверное. А что? – В первый раз… – Жуга вспомнил, как вчера резвился некогда безутешный Балаж, и в голову ему пришла неожиданная мысль. – Ч-чёрт… – Что? – Яд и пламя, как я раньше не подумал об этом?! – Жуга заметался, подобрал котомку, вытащил кошель. – Не надо… – начала было Влана, но травник лишь махнул рукой. Высыпал деньги на одеяло – менок сорок, отобрал себе две-три, остальное оставил. – Бери, не перечь, – сказал он, подхватил Сажека, задержался на миг у дверей. – Помоги тебе Бог, Вланка, – сказал он. – Мне пора. – Может, ещё свидимся, – грустно улыбнулась та. – Будешь в Маргене – заходи к Ладошу. – Всё может быть. Жизнь долгая. – Он улыбнулся тоже, поднял посох. – Прощай. – Прощай. * * * Внизу было тихо. Двое ранних посетителей закусывали жареной рыбёшкой. За столиком в углу сидели Балаж и Реслав и похмелялись после вчерашнего. Балаж выглядел невыспавшимся, моргал красными глазами. Реслав обзавёлся роскошным синяком под глазом. Кошели у обоих были пусты. – Говорил я, – укоризненно сказал Реслав, когда Жуга спустился, – не надо было сюда идти. Уж больно вино у Ладоша крепкое. – С чего вы драку-то вчера затеяли? – спросил Жуга. – Эт разве драка! – ухмыльнулся Реслав. – Ты скажи спасибо, что Бертольд Шварц не пришёл – тот бы до утра шуровал. Эх, где он сейчас, морда немецкая… Деньги есть, Жуга? Оба с надеждой посмотрели на него. Тот покачал головой. – И этот туда же… – неодобрительно заметил Реслав. – Все менки псу под хвост… Э, дурни! Чё дальше делать будем? Жуга кликнул хозяина, спросил кружку молока и жареной рыбы на всех. Отлил молока котёнку в миску, бросил рядом рыбью голову. Реслав вынул засохший ломоть хлеба. Принялись за еду. – Вот что, Балаж, – хмуро сказал Жуга, когда с рыбой было покончено. – Ответь мне: девка Ганка или нет? Тот захлопал глазами: – Ты что, Жуга, глаза потерял?! Вестимо, девка. Терпение травника лопнуло. – Я тебя спрашиваю, кобёл бесхвостый! – рявкнул он. – Девка Ганка или уже нет?! Балаж совсем растерялся. – При чём тут это? – спросил он и покраснел до кончиков ушей. Промолчал. – Не успел, стало быть! – удовлетворённо кивнул Реслав. – Ай да Ганка, молодчина, не далась дураку… а правда, при чём тут это? Жуга уже думал о своём. Посмотрел в окошко. – Сегодня что, опять базарный день? – Так ведь базар всю неделю будет: осень, – пояснил Реслав, вздохнул грустно. – Денег только нет. В углу зашевелились. Жуга обернулся: с брошенного в закутке одеяла поднялся невысокий белобрысый паренёк, зевнул, нахлобучил чёрную катаную шляпу с лентой, вытащил из ниши потёртую скрипку, любовно сдул с неё пыль. Видно, это был один из вчерашних музыкантов, заночевавший прямо тут. Жуге вспомнилось, как лилась вчера, словно густое вино, плачущая вазурская дойна, встал и подошёл к нему. – Здоров будь, хлопец, – начал он. – Как звать тебя? Паренёк с некоторой опаской оглядел угловатого рыжего незнакомца и улыбнулся, не почуяв угрозы. – Здорово, коль не шутишь. Иваш я. – Меня Жуга зовут. Подзаработать хочешь? – Кто ж не хочет! А что делать надо? – Слыхал я твою скрипку вчера. А повеселее можешь? Скрипач заулыбался. Кудрявые волосы выбились из-под шляпы. – Шутишь? Конечно могу! – Кто вчера играл с тобою? Можно сейчас кого сыскать? – Владек-цимбалист тут вроде оставался ночевать, наверху. А больше всё. К вечеру разве что. Жуга кивнул: – Годится. Тащи его сюда. Что заработаем, третья часть ваша. – Да что делать-то? – не отступал Иваш. – Вам? – Жуга поднял бровь, рассмеялся. – Играть! Инструменты захватите. Вернувшись до стола, он подхватил мешок и посох. Реслав и Балаж вопросительно смотрели на него. – Сколько задолжали? – спросил Жуга. – Тридцать шесть менок, – ответил Реслав. – С полушкой, – добавил Балаж и почему-то покраснел. * * *