От тебя бегу к тебе

- Даже не верится, да? - усмехнулся старик. - Я помню события того дня так явственно, словно все это было на прошлой неделе... Какую-то чертову неделю назад!

- Это ваша подружка? - спросила я, продолжая рассматривать снимок.

- Подружка? Черт подери, да я женился на ней! - воскликнул мой собеседник. - Разве можно было упустить такую штучку! Мы прожили вместе шестьдесят три года. - Мне показалось, что новый приступ кашля не даст старику договорить. Но он с ним справился, немного помолчал, а потом его глаза наполнились слезами. Я достала носовой платок и протянула его инвалиду.

- Считаете меня чокнутым старым хрычом?

- Вовсе нет! - запротестовала я. - Она ведь была вашей единственой?

- О, да, - с тоской отозвался старик. - Клер была единственной...

Я аккуратно вставила фотографию обратно в пластиковый конвертик, убрала в кошелек и вернула его старику. Он бережно спрятал его под покрывалом.

- Еще десять лет назад я мог дать фору любому парню, - снова закашлялся старик. - А у тебя есть муж, девонька?

- Нет, - сказала я.

- А бойфренд?

- Гм... Не уверена, - замялась я.

- Что ж, если вдруг надумаешь, я в камере 69... за неимением лучшего номера!

Я рассмеялась. За спиной у нас появилась санитарка.

- А вот и моя тюремная надзирательница, - сказал старик. Санитарка улыбнулась и кивнула мне:

- Он себя хорошо вел, пока меня не было?

- Как истинный джентльмен, - сказала я.

- И что мне с вами делать, Джеральд? - всплеснула руками санитарка. Очаровательная брюнетка, она выглядела очень соблазнительно в своей униформе.

- Можешь к нам присоединиться. Мое предсмертное желание - попробовать втроем, - подмигнул мне старик.

Санитарка бросила на меня косой взгляд и покатила коляску с ним прочь.

Я вернулась в бокс, где спал Бенджамин. Матрас для меня уже принесли - он стоял свернутый у стенки. Я могла развернуть этот матрас и переночевать рядом с Бенджамином. Или... На меня вдруг снизошло озарение. Бенджамин не был для меня тем самым, единственным! Почему мне потребовалось так много времени, чтобы это осознать?

Я открыла прикроватную тумбочку и осторожно достала из полиэтиленового пакета его телефон. Включила его, приглушив рукой сигнал запуска. Через пару секунд телефон затребовал ввести пин-код. Я в задумчивости уставилась на маленькое окошко с четырьмя пробелами, которые мне предстояло заполнить... И забила дату своего рождения. Пароль оказался неверным. У меня остались еще две попытки. Я не знала, когда день рождения у Лауры. А потом поняла: единственным человеком, которого по-настоящему любил Бенджамин, был сам Бенджамин! Я забила его день рождения, и - к моему великому потрясению -телефон разблокировался!

Я вскинула глаза - Бенджамин продолжал крепко спать.

Я просмотрела его сообщения и почту и убедилась, что Лаура была весьма напористой. И, похоже, отношения у них с Бенджамином развивались уже давно. Я увидела фотки, сделанные за последние пару месяцев. Непривлекательные снимки в стиле «Жен наших читателей»[27]. Мне не больно-то хотелось углубляться в детали, но я узнала, что у Лауры было пятнадцать пирсингов. И восемь из них находились ниже ее шеи.

Я достала свой телефон и написала Лауре сообщение. Я отдала ей Бенджамина, не преминув, правда, заметить: чтобы получить свой приз, ей надлежало приехать за ним поутру в больницу. После этого я снова взяла его телефон, открыла его аккаунт в Фейсбуке и отыскала там страничку «Бенджи Йоги». После секундного колебания я адресовала пяти тысячам его адептов следующее послание:

«Я приношу вам извинения, но наши уроки йоги откладываются до дальнейшего уведомления.

Моя подруга застукала меня спящим со своей ученицей, от которой я подхватил какую-то заразу.

Намаете. Бенджи Йога».

Я разместила это сообщение и на страничке «Бенджи Йоги» в Твиттере. А затем поменяла везде пароль, выключила телефон и убрала его обратно в тумбочку. Отечность Бенджамина вроде начала спадать.

Я бросила на него последний взгляд, тихо вышла и, поймав такси, поехала домой.





Действие второе

Неделю спустя




Это только пиар, дорогая





- Я нормально выгляжу? Я не похожа на сумасшедшую мамашу? - спросила у меня Шэрон; смотрясь в маленькое косметическое зеркальце и нанося помаду.

Мы стояли возле репетиционного зала на третьем этаже театра: ожидая, когда Райан Харрисон прервется на обед во время пробного прогона «Макбета».

Шэрон примчалась в театр во время своего обеда и прямо в униформе сотрудницы Королевской почты - серых брюках, красной блузке и пестром шейном платочке. Стоило двери открыться, и она подпрыгнула от волнения. Но из зала вышел не Райан Харрисон, а один из наших актеров. Он приветливо кивнул нам и, проходя мимо Шэрон, одарил ее странным взглядом.

- Мне следовало захватить с собой какой-нибудь наряд и переодеться. А в этом прикиде я похожа на самую натуральную мымру! - прошипела Шэрон, разглаживая свои брюки и снимая с них налипшие пушинки.

- Ты выглядишь замечательно... Только, может, лучше снять платок? -предложила я подруге. Та, недолго думая, развязала платок, скомкала его и запихала в свою сумочку.

- Ну, как теперь? - поинтересовалась она.

- Отлично! И все это ради непреднамеренного знакомства, да?

- Да!!! Я не хочу походить на сумасшедшую фанатку под стать той хабалке с плюшевым мишкой... Может, мне для начала сказать ему пару комплиментов? Похвалить его игру в «Манхэттен-Бич»? А потом расспросить про его собак?

- А у Райана есть собаки? Интересно, кто за ними приглядывает? -озадачилась я.

- У него есть выгульщик собак и домработница. Они все делают в Лос-Анджелесе. Зовут их Белла и Эдвард.

- Тебе известны имена его домработницы и выгульщика собак?

- Нет. Это клички его собак... - сказала Шэрон.

Мы на мгновение замолчали, прислушиваясь к глухому бормотанию за дверью в репетиционный зал и скрипу ножек от елозивших по паркетному полу стульев.

- От Бенджамина больше не было вестей? - поинтересовалась Шэрон.

С того дня, как я оставила его в больнице, прошла уже неделя.

- Он оставил мне еще одно сообщение, снизойдя до оскорбительных криков.

- Похоже, его йогическое спокойствие оказалось там же, где и его трусики «танга». В заднице! - рассмеялась Шэрон. - Не отвечай ему ты должна двигаться дальше...

- Я восстановила пароли его аккаунтов в Фейсбуке и Твиттере. - призналась я.

- Но ты выдержала достаточно времени, чтобы все поняли, какой он лживый ублюдок! - ликующе заметила Шэрон.

Внезапно дверь в зал распахнулась, и перед нами выросли Байрон и Райан. Райан держал в руках сценарий «Макбета», испещренный пометками, ремарками, закорючками и бессмысленными рисунками. Одет он был в штаны от спортивного костюма и белую футболку без рукавов, обнажавшую его бицепсы. Шэрон вцепилась в мою руку так, что чуть не сломала мне пальцы.

- Вы ко мни по дилу? - спросила Байрон, подозрительно оглядывая Шэрон в униформе британской почтальонши. - Мне нужно расписаться в получении писылки?

- У меня нет для вас никакой посылки... - пролепетала Шэрон. - Я здесь из-за Райана.

- Тогда вам нужно обратеться к Вэл, этажом ниже. Вся корриспондинцея на имя местира Хиррисона проходит через ее руки...

- Это моя подруга Шэрон, она здесь не по делам службы, - объяснила я. -Надеюсь, вы не будете возражать, она просто проходила мимо, и она большая поклонница вашего таланта, Райан.

Дверь снова открылась, и мимо нас прошествовала вся актерская труппа, как будто звонок к обеду только что прозвонил.

-Да, пожалуйста! Привет! - расплылось в улыбке лицо Райана.

- Привет, я - Шэрон Ломбардо, - ответила моя подруга и уставилась на Райана взором, горящим любовью.

Райан наклонился и поцеловал ее в обе щеки.

- О, господи! Спасибо! - воскликнула Шэрон, схватившись рукой за одну из щек, к которой приложились звездные губы.

- Ломбардо ведь итальянская фамилия, не так ли? - спросил Райан. - Но вы совсем не похожи на итальянку.

- А я и не итальянка вовсе. Это мой муж... мой муж - итальянец. - Шэрон потупила глаза на свое обручальное кольцо и спрятала руку в карман. Воцарилась пауза.

- Как поживают Белла и Эдвард? - рискнула нарушить ее Шэрон.

На лице Райана отобразилось удивление.

- Ого! Да вы отлично осведомлены! С ними все в порядке. А как ваши?..

- Эми и Феликс, - усмехнулась Шэрон.

- Чудесные клички! Какой они породы? - спросил Райан.

- Нет, это не собаки. Я люблю собак... но у меня их нет. Зато у меня есть дети. То есть я хочу сказать, что... Эми и Феликс - это мои дети. И я не обращалась к заводчику, чтобы их заиметь. То есть... Я не пользовалась услугами суррогатной матери. Я сама их выносила и сама родила...

Райан кивнул. А Шэрон продолжила: