Полет сокола
Часть 9 из 14 Информация о книге
А Ольга продолжала думать. И мысли ее были о Радиме. Как он там, у нурманов? Жив ли? «Забудь про него», – подсказывал здравый смысл. Но Ольга не желала с этим смириться. Глава 11. Опасное испытание – Поднимись на палубу! – велел Харальд. Радим шагнул к сходням, но Харальд остановил: – Вот здесь поднимайся! – он указал на лежавшее на причале весло. Радим глянул на круто уходящее вверх весельное древко. Высоко! Кнорр покачивался на воде. От него пахло смолой и мокрой шерстью. Борт корабля то отодвигался подальше от причала, то почти касался его, сминая спущенные вниз мешки-кранцы. Если Радим упадет сверху в эту щель и его зажмет между бортом и причалом, то все ребра переломает. Но выбора нет. Или воин, или – никак. Рабом он не будет никогда. Весло тоже двигалось. Гребная лопасть негромко скребла по доскам. Весло было толщиной с запястье Радима. Другой конец весла прятался в кожаном рукаве, прикрывавшем весельное отверстие в борту кнорра. Радим осторожно шагнул на гребную лопасть. Шаг-другой… Радим потерял равновесие и соскочил на причал. – Испугался, зайчонок! – прорычал Гуннар Волчья Шкура. – Струсил! Радим поглядел на нурмана снизу вверх. Рожа у нурмана – страшенная. Такую медведь в лесу увидит – под себя наложит. О людях и говорить нечего. И силища у Гуннара – медвежья. Когда они на берег сходили, навстречу один из селян попался. Не успел вовремя убраться с дороги. Так Гуннар его за рубаху ухватил и в воду зашвырнул. Саженей на пять. Как кутенка. – Нет, – возразил Харальд. – Он не струсил. Просто не умеет. Покажи ему, как надо, Волчья Шкура. – Запросто! Здоровенный нурман отошел на пару шагов, потом с разбега побежал по веслу. Весло гнулось под тяжестью огромного нурмана, и казалось, будто само подбрасывает Гуннара наверх. Последний прыжок Гуннара был особенно высок: он перелетел через борт драккара с запасом в четверть сажени и гулко приземлился на палубу. – Пошел! – рявкнул Харальд, толкнув Радима в спину. Радим сорвался с места… Весло пружинило под ногами, как ветка дерева, но с разбега взбежать оказалось совсем не сложно. Последний толчок – и Радим перемахнул через высокий борт кнорра… Гуннар поймал его на лету, как того парня по дороге, и с хохотом швырнул вниз, на причал. Радим и сам не понял, как ему удалось извернуться в воздухе, но он все же сумел: упал на ноги… …И увидел у своего носа лезвие меча. Радим не отшатнулся. Если бы нурман хотел его убить, он был бы уже мертв. – Крепок, – с удовольствием изрек Харальд. – И не трус. Что скажешь, Волчья Шкура? – Нашей породы, – одобрительно пробасил сверху Гуннар. – Волчонок. Из него выйдет толк, если выживет. – Слыхал? – меч отправился в ножны. Харальд улыбался. – И что теперь? – настороженно проговорил Радим. – Гуннар сказал: из тебя может получиться воин, – пояснил Харальд. – Волчья Шкура в этом разбирается, ведь он сам – лучший воин на моем корабле. После меня, понятное дело! – Харальд захохотал. Гуннар вторил ему сверху. Радим тоже несмело улыбнулся. До него постепенно доходило… Его – взяли. Он не будет рабом нурманов. Он будет викингом! И тут Харальд как бы невзначай спросил: – А твоя подружка в красном платье, которая там в уголке сидела, ее тоже продают? Я бы купил… – Ее не продают! – испугался Радим. – Она свободная! – Свободная… – хмыкнул нурман. – Выходит, Нагиба занялся большими делами? Я-то думал, они так, купцов пощипывают… а они знатную девицу умыкнули? – Это не они, это чудины, – Радиму было так радостно на душе, что он забыл, с кем говорит. – Нагибины тати только помогали захватить и увезти. – Очень интересно. Словенские свинопасы на пару с эстами схитили знатную девицу! Чуешь, куда я клоню, Гуннар? – А то! – отозвался Волчья Шкура. – Несправедливо. Знатным девицам не место у свинопасов. И еще я вот что думаю, Харальд, – переплатили мы им за ту посуду… – А скажи-ка мне, парень, – Харальд навис над Радимом, дыша в лицо чесноком, – кто эта девица? Как зовут, какого роду? Радим вдруг подумал: а не сболтнул ли он лишнее? Что нурманы для Ольги, может быть, и похуже чудинов… С другой стороны, нурманам ничего, кроме денег, не надо. За выкуп они вернут дочку отцу. Вардиг, конечно, заплатит. Да, вот оно, спасение для Ольги! – Ну же, парень! Ты теперь – один из нас, я – твой хёвдинг, а ты не хочешь сказать мне правду. Может, тебе больше по вкусу быть рабом, а не воином? Радим очень испугался. Но сумел не подать виду. Вернее, подумал, что сумел. – Поклянитесь, что не обидите ее, – потребовал он. – Клянусь копьем Одина[13]! – торжественно заявил Харальд. – Это Ольга, – решился Радим. – Дочь плесковского князя Вардига… – Вардиг-конунг! – воскликнул Гуннар сверху. – Боги нам благоволят! Мы чуть было не прошли мимо сундука с золотом! – Надо забрать ее у лесовиков, пока те не удрали, – озабоченно произнес Харальд. – Давай-ка поторопимся! Глава 12. Гадание на рунах На подворье всё продолжалась гульба. Пиво тут и впрямь было забористое. Ольга уже видеть не могла эти разбойничьи рожи и слышать их пьяные песни. Больше всех набрался Угрюм и теперь во весь голос орал о мести. Эсты ничего не пили и больше не шушукались. Молча сидели, глядя злыми глазами на ватажников. Прямо-таки чувствовалось – что-то задумали… – Погадаешь, маленькая хюдья[14]? – раздался вдруг голос рядом с Ольгой. Девочка подняла глаза и увидела нурмана Хриси. – Я видел, как ты призывала сильных духов на том берегу, – тихо проговорил тот. – Они отвечали тебе, хоть ты и совсем юна. Может, с тобой заговорят и руны? – У меня нет рун. – У меня есть. Хриси достал из поясного кошеля кожаный мешочек и осторожно высыпал себе в ладонь гладкие костяшки с вырезанными на них темно-бурыми священными знаками. – Я сам не умею гадать, – объяснил он. – Эти руны достались мне в наследство… Нашел после боя на убитом… Славные руны – из моржовой кости, кровью окрашены… – Чужими рунами гадать нельзя! – отстранилась Ольга. – Несчастье будет! – Несчастье будет, – согласился Хриси. – Да только руны тут ни при чем. Недобрые дела творятся, княжна… – продолжал он, понизив голос. – Мать моя была из кривичей, отец – нурман. Я – дитя набега. Не от хорошей жизни хожу с ватажкой Нагибы. Однако северная кровь во мне есть. Она сильная. И она подсказывает мне – скоро будет плохо… Им, – он указал через плечо на пьяных разбойников, – а тем, – он кивнул на мрачных эстов, – еще хуже. Не хочу я пока к предкам, рано мне к ним. Я хочу добыть себе славы… и немного серебра. Пусть боги подскажут, с кем идти дальше. Помоги мне, а там, может, и я тебе чем помогу. «Он боится», – подумала Ольга. Может, вспомнил, что она сулила им всем тогда, у омута? Или в самом деле что-то чует? Девочке тоже вдруг показалось: темная крылатая тень нависла над пьяным весельем… Она задумчиво поглядела на руны. Руны – вещь магическая, обращаться с ними надо очень осторожно. Каждый колдун режет свои руны сам и окрашивает их собственной кровью. Но гладкие костяшки как будто сами потянулись к ее ладоням. И каждый знак был полон тайного значения. Ладно… Ольга, поколебавшись, подставила ладони, и Хриси пересыпал руны ей в горсть. Гадание следует подготовить. Девочка отыскала Дайну и попросила у нее белый платок.