Происхождение

труп.

— Местные власти возьмут на себя этот вопрос, — ответил Фонсека. — И коронер уже в пути. К мистеру Киршу отнесутся с уважением и с большой осторожностью. А сейчас нам нужно уходить. Мы боимся, что вы в опасности.

— Безусловно, я не в опасности! — объявила Амбра, подходя к нему. — У убийцы была прекрасная возможность застрелить меня, но этого не произошло. Ясно, что ему был нужен Эдмонд!

— Мисс Видаль! — Вены на шее Фонсеки дернулись. — Вы нужны принцу в Мадриде. Он беспокоится о вашей безопасности.

— Нет, — выпалила она. — Он беспокоится о политических последствиях.

Фонсека медленно выдохнул и понизил голос.

— Мисс Видаль, сегодняшнее происшествие стало ужасным ударом для Испании. Это ужасный удар для принца. Ваше мероприятие было неудачным решением.

Внезапно в голове Лэнгдона заговорил голос Уинстона.

— Профессор? Группа безопасности музея проанализировала наружные камеры наблюдения. Кажется, они что-то нашли.

Лэнгдон прослушал, а затем махнул рукой Фонсеке, прерывая нотацию агента Амбре.

— Сэр, компьютер сообщил, что на одной из камер на крыше музея есть частичная фотография верхней части отъезжающего автомобиля.

— О? — Фонсека выглядел удивленным.

Лэнгдон передал информацию, полученную им от Уинстона.

— Черный седан, выезжающий через служебный проезд… номерные знаки, которые невозможно разобрать под таким высоким углом… необычный стикер на лобовом стекле.

— А что за стикер? — задал вопрос Фонсека. — Мы можем предупредить местные власти, чтобы объявить розыск.

— Стикер, — ответил Уинстон в голове Лэнгдона, — я его не узнал, но сравнил форму со всеми известными символами в мире и получил единственное соответствие.

Лэнгдон поразился тому, как быстро Уинстон смог все это выяснить.

— Полученное совпадение, — сказал Уинстон, — древний алхимический символ амальгамации.*

* Амальгамация (Amalgamation) — процесс соединения или объединения нескольких объектов в одной форме. Составление амальгамы или сплава металла с ртутью. Также означает любой союз металлов.

Что за ерунда? Лэнгдон ожидал логотип гаража или политической организации.

— На автомобильном стикере изображен символ… амальгамации?

Фонсека выглядел явно запутавшимся.

— Должно быть тут какая-то ошибка, Уинстон, — сказал Лэнгдон. — Зачем кому-то показывать символ алхимического процесса?

— Я не знаю, — ответил Уинстон. — Это единственное совпадение, которое я получил, а я показываю девяносто девять процентов соответствий.

В образной памяти Лэнгдона быстро всплыл алхимический символ амальгамации.

— Уинстон, опишите, что вы видите на стекле автомобиля.

Компьютер немедленно ответил.

— Символ состоит из одной вертикальной линии, пересеченной тремя поперечными. В верхней части вертикальной линии находится обращенная вверх арка.

Точно. Лэнгдон нахмурился.

— Арка наверху — есть ли на ней завершающие элементы?

— Да. Короткая горизонтальная линия завершает каждое ответвление арки.

Хорошо, тогда это амальгамация.

Лэнгдон на мгновение оторопел.

— Уинстон, вы можете отправить нам фотографию из базы безопасности?

— Безусловно.

— Пошлите ее на мой телефон, — потребовал Фонсека.

Лэнгдон передал Уинстону номер мобильного телефона агента, и через мгновение аппарат Фонсеки зажужжал. Все собрались вокруг агента и смотрели на зернистое черно-белое фото. Это был снимок вида сверху черного седана в пустынном служебном проезде.


И в самом деле, в левом нижнем углу лобового стекла Лэнгдон увидел стикер с определенным символом, который описал Уинстон.

Амальгамация. Что за чушь!

Озадаченный Лэнгдон потянулся к телефону и кончиками пальцев попытался увеличить фотографию на экране Фонсеки. Наклонившись, он более подробно изучал изображение.

И тут Лэнгдон решил задачу.

— Это не амальгамация, — объявил он.

Хотя изображение было очень близко к описанному Уинстоном, оно было не таким же. Как и в символогии, разница между «близким» и «точным» может быть такой же, как разница между нацистской свастикой и буддийским символом процветания.

Вот почему человеческий разум иногда лучше, чем компьютер.

— Тут не один стикер, — заявил Лэнгдон. — Это два разных стикера, частично наслаивающихся один на другой. Нижний стикер — это особое распятие, называемое папским крестом. Как раз сейчас он очень популярен.

С избранием самого либерального понтифика в истории Ватикана тысячи людей во всем мире оказали поддержку новой политике папы, выставляя тройной крест даже в родном городе Лэнгдона Кембридже в штате Массачусетс.

— U-образный символ сверху, — сказал Лэнгдон, — полностью отдельный стикер.

— Теперь я вижу, что вы правы, — сказал Уинстон. — Я найду номер телефона этой компании.

И снова Лэнгдон поразился быстроте Уинстона. Он уже определил логотип компании?

— Отлично, — сказал Лэнгдон. — Если мы позвоним им, они смогут отследить машину.

Фонсека выглядел озадаченным.

— Отследить машину! Но как?

— Эту машину для побега арендовали, — сказал Лэнгтон, указывая на стилизованную букву U на лобовом стекле. — Это Uber.





ГЛАВА 26




Судя по недоверчивому взгляду широко раскрытых глаз на лице Фонсеки, Лэнгдон не мог сказать, что удивило агента больше: быстрая расшифровка стикера на лобовом стекле или странный выбор машины адмирала Авилы. «Он нанял Uber,» — подумал Лэнгдон, так и не определившись, был этот шаг блестящим или невероятно близоруким.

Вездесущая уберовская услуга «водитель по заказу» завоевала весь мир штурмом за последние несколько лет. Через смартфон любой желающий прокатиться мог мгновенно связаться с растущей армией водителей Uber, которые делают дополнительные деньги, предоставляя свои автомобили в качестве импровизированных такси. Только недавно легализованный в Испании Uber потребовал, чтобы его испанские водители поместили логотип Uber на своих лобовых стеклах. Видимо, водитель этого автомобиля Uber был также поклонником нового папы.

— Агент Фонсека, — сказал Лэнгдон. — Уинстон говорит, что он взял на себя смелость отправить изображения машины для побега местным властям для распространения на блокпостах.

Рот Фонсеки приоткрылся, и Лэнгдон почувствовал, что этот высококвалифицированный агент не привык играть в кошки-мышки. Фонсека, как будто сомневался, поблагодарить ли Уинстона или сказать ему, чтобы не лез не в свое дело.

— И теперь он набирает номер экстренной службы Uber.

— Нет! — скомандовал Фонсека. — Дайте мне номер и я позвоню сам. Uber с большей вероятностью поможет старшему чину Королевской гвардии, чем компьютеру.

Лэнгдон вынужден был признать, что Фонсека, вероятно, прав. Кроме того, было бы гораздо лучше, чтобы Гвардия помогала в розыске, а не растрачивала свои навыки, отправляя Амбру в Мадрид.

Получив номер от Уинстона, Фонсека набрал его, и у Лэнгдона появилась уверенность в том, что они смогут поймать убийцу за считанные минуты. Определенные транспортные средства были в центре бизнеса Uber; любой клиент со смартфоном мог буквально за минуту получить доступ к точному местоположению каждого водителя Uber на свете. Фонсеке нужно было лишь попросить компанию найти водителя, который только что взял пассажира за Музеем Гуггенхайма.

— jHostia!* — выругался Фонсека. — Automatizada*. — Он набрал номер на клавиатуре и ждал, очевидно прослушивая список опций меню. — Профессор, как только я доберусь до Uber и договорюсь об отслеживании автомобиля, я передам это дело местным властям, чтобы мы с агентом Диасом могли доставить вас и мисс Видаль в Мадрид.

*Черт! Автомат.(исп.)

— Меня? — удивился Лэнгдон. — Нет, я не могу к вам присоединиться.

— Вы можете и вы это сделаете, — объявил Фонсека. — Как и ваша компьютерная игрушка, — добавил он, указав на наушники Лэнгдона.

— Простите, — ответил Лэнгдон и его тон стал жестким. — Я не могу сопровождать вас до Мадрида.

— Это странно, — ответил Фонсека. — Я думал, вы профессор Гарварда?

Лэнгдон бросил на него недоуменный взгляд.

— Так оно и есть.

— Хорошо, — огрызнулся Фонсека. — Тогда полагаю, у вас хватит мозгов, чтобы понять — у вас нет выбора.