Пророк

— Джерри? — окликнул Адам. — Мы только что посмотрели друг на друга. Можно сказать, что я тебя нашел. Или я жду снаружи и звоню в полицию, или ты откроешь эту чертову дверь.

Тишина. Мопс с пакетом на голове свалился с дивана. Адам сжал пальцами переносицу и закрыл глаза.

— Джерри. Открывай.

Теперь он услышал щелчок замка, и Джерри Норрис вернулся из коридора в гостиную. Посмотрел на Адама через оконное стекло, развел руками и смущенно улыбнулся.

— Инстинкт, — сказал он.

Адам кивнул. Инстинкт.

— Впусти меня.

Джерри отпер дверь и распахнул ее. Адам вошел, окинул взглядом трейлер, посмотрел, как мопс тащит пакет с чипсами на кухню, и спросил:

— Чей это дом?

— Девчонки по имени Кристин. Работает на пропускном пункте платной дороги. Я познакомился с ней, когда она сидела в своей будке.

Тут Адам был вынужден отдать должное Джерри. Подцепить девушку с пункта взимания платы за проезд — это впечатляет. Вероятно, в тот день машин было немного.

— Она знает, что ты в бегах?

Джерри покачал головой.

— Вы с ней поладили? Думаешь, у вас сложится, если ты не попадешь в тюрьму?

— Возможно.

— А если попадешь?

— Сомневаюсь.

— В таком случае, — сказал Адам, — нам стоит поговорить.

Джерри озадаченно посмотрел на него. Раньше они никогда не обсуждали возможные варианты. Адам просто надевал на него наручники и водворял за решетку.

— Если я тебя приведу, ты получишь не меньше девяноста дней. Это минимум. А может, и год. С Кристин можно попрощаться. Не слишком радужная перспектива, да?

Джерри ждал; в его взгляде читались любопытство и растерянность.

— Я уеду и оставлю тебя в покое, — сказал Адам, — если ты сделаешь мне одолжение. Мне нужны наркотики.

— Ты меня разыгрываешь.

— Нет.

Джерри рассмеялся.

— Черт, ты точно меня разыгрываешь. Что тебе нужно?

— Лучше всего что-то вроде героина, мета или кокаина. Но если тебе трудно их достать, мне подойдет и оксиконтин, только побольше.

Улыбка сошла с лица Джерри, глаза прищурились.

— Пошел ты знаешь куда, парень. Все это дерьмовая ловушка.

— Ловушки — дело полиции, Джерри. Я совершенно серьезен. Я возьму все, что ты можешь мне дать. Прямо сейчас. Или мы отправляемся в тюрьму. Прямо сейчас.

Повисла долгая пауза, пока Джерри вглядывался в его лицо; телевизор транслировал спортивный канал, а на кухне невидимый из гостиной мопс сражался с пакетом чипсов.

— Я могу дать тебе оксиконтин.

— Мне нужно больше сотни.

— Что? Зачем?

— Повторяю, Джерри, мы можем отправиться в тюрьму. Мне надоело это повторять. Мысль простая: я официально откажусь от твоего залога, если ты дашь мне как минимум сто одну таблетку. Понятно?

Джерри все прекрасно понимал. Одна лишняя таблетка означала разницу между нелегальным хранением и распространением наркотиков. Небольшой срок за решеткой или исправительное заведение.

— Нет. — Он покачал головой. — Тебе меня не поймать, приятель.


— Поймать тебя? Джерри, я уже тебя поймал. А теперь предлагаю открыть ловушку. Выбор за тобой.

Норрис вздохнул и с тоской посмотрел на Адама — ему не нравилась ситуация, но еще меньше нравилась перспектива провести несколько месяцев в тюрьме, если он откажется.

— Подожди, — сказал Джерри, вышел в коридор, потом скрылся спальне и закрыл за собой дверь. Вернулся он с оранжевыми флаконами, которые отпускаются в аптеке только по рецепту. — Двадцатка за таблетку. Куча денег. Может, обсудим?

Адам едва удержался от смеха. Нельзя не признать: у этого тупого сукина сына железные яйца.

— Джерри, — ответил он, — похоже, мое появление прервало интеллектуальный поединок с собакой, которая теперь застряла в пакете чипсов. Можешь возвращаться к этому занятию.

Он сунул в карман флаконы с таблетками, вышел из трейлера и поехал к гаражу больницы, где Родни Бова каждый день оставлял свой пикап.





* * *


Затея с гаражом больницы была рискованной, но могла принести плоды. С одной стороны, она открывала больше возможностей, чем дом Родни Бовы; с другой стороны, там были установлены камеры видеонаблюдения. Адам решил эту проблему самым простым способом: позаимствовал куртку, кепку и ключи от машины в доме Бовы. Более того, у Бовы имелся старый бейджик с его фотографией. Срок действия его закончился, но Адам сомневался, что форма бейджика с тех пор сильно изменилась. Он был гораздо выше Бовы, но если опустить голову, надвинуть кепку на глаза и держаться уверенно, подмену не заметят — по крайней мере, на видеозаписи.

Адам оставил машину в девяти кварталах от больницы, подальше от видеокамер, и вошел на территорию больницы, опустив голову и стараясь не подставлять лицо под объективы. Внутри он нашел комнату отдыха, где наблюдение точно не велось, и выдержал паузу в целый час, чтобы на записях прошло достаточно времени после его прихода. Все это не обманет усердного следователя, но маловероятно, что полицейский детектив купится на историю «мне это подбросили», рассказанную парнем с таким криминальным прошлым, и начнет всерьез рассматривать этот вариант.

Адам быстрым шагом прошел в гараж по крытой галерее и оказался в плохо освещенном помещении; затем он поднялся на второй этаж, где Бова вчера оставлял свою машину. «Форд Ф150» был на месте. Адам разблокировал его с помощью запасных ключей Бовы, рукой в резиновой перчатке открыл дверцу и положил флаконы с оксиконтином в бардачок, затем достал из кармана револьвер «кольт» калибра.38. Трофей от одного из подопечных — Адам отобрал его, когда парень начал угрожать ему пистолетом, но потом передумал. Серийный номер был сбит, и револьвер, по всей видимости, много раз менял хозяев. Сегодня он был заряжен и тщательно протерт от отпечатков пальцев. Адам сунул оружие в бардачок и закрыл машину.

Через две минуты он вышел из гаража, а в десять часов уже был в доме у Бовы, где вернул куртку, кепку и ключи от машины на свои места.

Через два часа Родни Бова решил пообедать. Адам, припарковавший машину так, чтобы видеть больницу, последовал за ним до «Бургер кинг». Затем позвонил в полицию, воспользовавшись одноразовым сотовым телефоном — «бёрнером», как называли эту штуку его подопечные, парни, не желавшие, чтобы их нашли по номеру мобильника, — и сообщил местоположение и номерной знак машины, прибавив, что водитель, вероятно, неадекватен и вооружен.

— Я звоню потому, что он выглядел как псих, а в руке держал пистолет. — Адам говорил фальцетом, прикрыв телефон полотенцем, что достаточно надежно искажало голос. — Направил эту штуку прямо на меня, и я подумал, что он выстрелит.

Разумеется, его попросили назвать свое имя.

— Нет, — сказал он. — Ни за что. Ни за что. Этот парень наставил на меня пушку, как вы не понимаете? Я не хочу быть в этом замешан. Не хочу, чтобы он явился ко мне домой, угрожал моей жене, моим детям — откуда мне знать, на что он способен? Просто остановите его, и вы убедитесь, что я не лгу. Через пять секунд он выйдет из «Бургер кинг» на Линкольн-авеню, так что поторопитесь. Парень пьяный или обдолбанный, и он размахивает пистолетом. Сделайте же что-нибудь.

Он отключил телефон. Адвокат защиты зацепится за этот анонимный звонок, но Адаму было плевать, что произойдет в суде, — ему требовалась лишь убедительная причина для обыска автомобиля.

Когда «Форд Ф150» выехал с парковки у «Бургер кинг», Адам поехал навстречу по Линкольн-авеню, затем свернул налево и последовал за машиной Бовы по параллельной улице. Примерно через милю в просветах между домами увидел проблесковые маяки полиции.

Потом он сделал еще один звонок, на этот раз со своего телефона. Набрал номер тюрьмы округа Чамберс и попросил позвать одного из регистраторов, которого знал лучше, чем остальных, — за небольшие комиссионные парень регулярно подкидывал дела фирме «АО Поручительство под залог».

— Я только что слушал радиопереговоры дорожной полиции, — сказал Адам. — Скоро к вам привезут парня. Хранение наркотиков и, возможно, оружия. Лакомый кусочек. Мне он нужен. Понимаешь?

— Да.

— Штука баксов наличными сегодня вечером, если ты сможешь отправить его ко мне. Он мне нужен. А если сегодня кто-то поднимет ставки, я увеличу сумму. Только не называй моего имени, когда будешь давать рекомендацию. Просто предложи «АО Поручительство под залог».

— Штука баксов?.. Черт, Адам, считай, что он у тебя в кармане.

— Спасибо, — сказал детектив, отключился и поехал в офис. Челси сидела за столом.

— Джерри Норрис уже вернулся в тюрьму?

— Нет, — ответил Адам. — Но на сегодня с меня хватит. Звонки были?

Челси нахмурилась.

— Нет. Сегодня тихо.

— Может, все еще впереди, — сказал он.





20




Родни Бова позвонил из тюрьмы округа Чамберс только в половине четвертого — ему требовались залог и свобода. Адам слушал, как Челси объясняет ему основные пункты договора и обещает приехать в тюрьму через пятнадцать минут, чтобы оформить освобождение под залог.

— Хорошие новости, — объявила она, повесив трубку. — Залог в пятьдесят кусков за парня по фамилии Бова, которого обвиняют в хранении наркотиков и оружия. Хороший день на пятьдесят кусков.

— Очень хороший, — согласился Адам. — Пожалуй, съезжу.