Смерть на охоте

– Была слишком занята мыслями о том, как бы мне уцелеть, – ответила я, снова обретя способность говорить нормальным голосом. – И мне совсем не кажется, что Рори поступил глупо. Он ужасно смелый! – Я взяла Рори за руку и улыбнулась ему, искренне добавив: – Спасибо тебе.

Рори зарделся, а мистер Фицрой вздохнул:

– Как романтично и притом недальновидно. Для женщины есть угрозы пострашнее, чем смерть, а избавившись от мистера Маклеода, убийца остался бы с вами один на один, Эфимия, и его ничто бы уже не сдерживало. Я хочу сказать, что пристрелить вас первой со стороны Макгилвари было почти благородным намерением. Хотя, может, он просто хотел побыстрее от вас избавиться, учитывая вашу настырность и способность выводить людей из себя.

– Сэр, мы оба чрезвычайно благодарны, но это не дает вам права оскорблять леди!

Фицрой усмехнулся:

– Вы, должно быть, мало о ней знаете, Маклеод?

– Почему вы здесь? – быстро спросила я. – До этого места не так легко добраться.

– По-моему, вам лучше последовать примеру мистера Маклеода и просто выразить мне свою благодарность. – Улыбка еще не исчезла с лица Фицроя, но взгляд сделался жестким и колючим.

– Вы следили за Макгилвари! – догадалась я. – И давно вы его подозревали?

– По роду службы я считаю полезным подозревать всех без исключения.

– Вы правда шпион! – выпалила я, и в тот же миг что-то в его глазах напугало меня больше, чем дуло двустволки. – Простите, – поспешила я добавить. – Я никому не скажу.

– Да уж сделайте одолжение. Ради своего блага, – спокойно произнес мистер Фицрой, и мне сделалось совсем неуютно под его взглядом. – В общем-то для всех вовлеченных в эту историю лиц будет лучше, если вы и вовсе забудете сегодняшние события. Желательно, чтобы вы оба дали мне обещание о них не вспоминать.

– Но мы видели убийство! – запротестовал Рори. – Я действительно вам благодарен, вы спасли нам обоим жизнь, однако вы даже не дали этому человеку возможности одуматься и бросить оружие!

– Как благородно, – покачал головой мистер Фицрой. – Только вот если бы я вступил с ним в переговоры, вы были бы уже мертвы. Первый заряд дроби достался бы мне, а второй – вам, Маклеод, поскольку Макгилвари рассудил бы, что Эфимию будет проще задушить голыми руками, чем кого-то из нас.

– Ай, и тем не менее убийство остается убийством.

– Это была казнь, – сухо сказал Фицрой. – Мистер Эдвард вам поручится, что я всего лишь выполнил свою работу.

– Вы здесь для того, чтобы присматривать за лордом Ричардом? – неожиданно спросила я.

– Девочка моя, самое умное, что вам не помешает сделать, – это обуздать свое неуемное любопытство, пока оно не превратилось в порок, опасный для здоровья.

– Но мы же не можем просто оставить здесь труп! – воскликнул Рори.

– Именно так мы и поступим, – отрезал Фицрой. – Дело будет улажено, а мне пора идти. Советую вам поскорее вернуться в охотничий домик. Мистер Эдвард поможет вам справиться с угрызениями совести. – Он приподнял кепи, прощаясь со мной, развернулся и зашагал в лес, оставив на поляне Макгилвари, два ружья и нас с Рори.

Мы побрели в сторону поместья. Бо́льшую часть пути проделали по колено в грязи и по дороге никого не встретили. Рори был очень внимателен и заботлив, помогал мне преодолевать даже самые незначительные препятствия, но за все это время мы не обмолвились ни словом. Казалось бы, после ухода Фицроя мы первым делом должны были с энтузиазмом обсудить подробности нашего счастливого спасения, но у меня в голове крутилось слишком много вопросов, не получивших ответов. И некоторые из них я просто-напросто побоялась бы произнести вслух.

На лице Рори отчетливо читалось, что он пребывает в полнейшем замешательстве. Для него это было первое дело об убийстве, для меня – третье, и, видимо, поэтому я была потрясена в меньшей степени, чем он. Странные, я бы даже сказала – малоправдоподобные речи мистера Фицроя породили больше вопросов, чем дали ответов. И я не сомневалась, что нам с Рори события сегодняшнего утра запомнятся надолго, при этом никто из нас никогда не разберется до конца, что же мы на самом деле видели.

Отец часто говаривал, что ангелы являют себя в разных обличьях, однако сердце подсказывало мне, что мистер Фицрой отнюдь не ангел.

Как ни удивительно, мистер Эдвард уже поджидал нас на кухне. Похоже, он чувствовал себя здесь как дома – вальяжно развалившись за столом, жевал сандвич с яичницей и спорил с Джоком о каком-то футбольном матче.

– А вот и наши бродяги! – поднялся он со стула, едва увидев нас с Рори. – Извольте проследовать за мной в библиотеку.

Рори открыл было рот, но мистер Эдвард его осадил:

– Не здесь, – и вышел из кухни.

Нам ничего не оставалось, как поплестись за ним. Пропустив нас обоих в библиотеку, мистер Эдвард вошел сам, закрыл за собой дверь и указал на кресла, а затем налил и протянул мне и Рори по бокалу виски. Я к этому отнеслась гораздо проще, чем дворецкий, который явно не привык к такому разрушению социальных барьеров.

– За лорда Ричарда, – смущенно пробормотал он, подняв бокал.

– Дело будет улажено, – невозмутимо заговорил мистер Эдвард. – Однако сначала мне придется попросить вас рассказать, что произошло сегодня на высокогорье. Надеюсь, тот факт, что с вами не вернулся мистер Фицрой, не означает, что он каким-то образом пострадал?

– Фицрой – нет, – сказал Рори и сделал огромный глоток виски. – Зато мистер Макгилвари мертв.

– К его безвременной кончине причастен мистер Фицрой?

– Фицрой, да, – кивнул Рори и снова отхлебнул из бокала.

Мистер Эдвард перевел взор на меня:

– Мисс Сент-Джон, у вас никогда не было проблем с изложением собственных мыслей. Может, вы мне расскажете, что все-таки приключилось?

Я все это время таращилась на огонь и дрожала.

– Выпейте немного виски, – нетерпеливо посоветовал мистер Эдвард. – Вам сразу станет лучше.


Я сделала маленький осторожный глоток. Напиток обжег горло, но действительно слегка взбодрил меня.

– Прошлой ночью я решила, что нужно еще раз взглянуть на место преступления, и, когда делилась планами с Мэри, мне показалось, нас подслушивают. А потом кто-то пытался открыть дверь нашей комнаты.

– Эфимия, и ты ничего об этом не сказала?! – воскликнул Рори. – Ты же подвергла себя смертельной опасности!

– Согласен, – кивнул мистер Эдвард.

– Возможно, это несколько безрассудно, – пожала я плечами, – но мне не было доподлинно известно, подслушивал нас кто-нибудь или нет, а в дверь мог ломиться подвыпивший любитель дамского общества.

– Думаю, вы и сами понимали, что это не так, – заметил мистер Эдвард.

– Допустим, – признала я. – Однако было ясно, что положение безвыходное: предстояло еще многое объяснить, а вам не терпелось все свалить на Сьюзан. И тогда я подумала, что, если вернусь на место охоты и как следует там осмотрюсь, это поможет мне найти какую-нибудь зацепку, которая выведет следствие на верный путь.

– И как? Помогло? – осведомился мистер Эдвард.

Я вздохнула:

– Нет. Я поняла, что убийцей, который, помимо прочего, пытался проникнуть к нам в комнату, был мистер Макгилвари, только когда он нацелил на меня ружья.

– Я так полагаю, вы отправились искать Эфимию, когда узнали, что она ушла одна? – повернулся мистер Эдвард к Рори.

Тот кивнул:

– Узнал по чистой случайности. Мэри сказала. Она встала сразу после Эфимии и прибиралась на кухне. Я услышал, как там что-то грохнуло и зазвенело…

Я чуть не схватилась за сердце:

– Только не говори, что это было фарфоровое блюдо с зелеными листьями на крышке!

– Боюсь, оно самое, – развел руками Рори. – Мэри ужасно за тебя переживала, и я немедленно побежал следом. Ума не приложу, как ты меня так сильно опередила…

– Меня подвезли.

– Кто? – спросил мистер Эдвард.

– Донал Страхан, местный егерь.

Следователь открыл блокнот и записал имя.

– Мне нужно будет с ним поговорить, намекнуть на подходящую версию событий. Думаю, романтическое свидание на пленэре между вами и мистером Маклеодом будет наилучшим объяснением.

– Но ведь совершено убийство! – не унимался Рори. – Фицрой нас спас, но он застрелил Макгилвари.

– Этот Макгилвари не вызывал у меня подозрений, – с сожалением сказал мистер Эдвард. – Но Фицрой последние пару дней ходил за ним по пятам – чуял, что с ним что-то не так, а чутье Фицроя, как правило, не подводит. Он оставил труп в лесу?

– Да, – сказал Рори.

– С этим тоже нужно будет разобраться. Дорога вроде бы уже восстановлена, так что я подряжу местную полицию. – Он улыбнулся. – На этих парней можно положиться – все сделают спустя рукава. Думаю, сразу придут к выводу, что это был несчастный случай. Джентльмены из охотничьего домика совершенно не умеют обращаться с огнестрельным оружием.

Рори возмущенно вскочил:

– Да что вы за следователь такой?!

– Я следователь, который настоятельно предложит вам подписать вот эти бумаги. – Мистер Эдвард указал на два документа, лежавшие на журнальном столике.

Я встала, взяла один и бегло просмотрела текст. Рори сердито сопел у меня за спиной. В глаза сразу бросились слова «убийца», «истина» и «правосудие», но меня сильно озадачило совсем другое.

– Рори, – тихо и серьезно сказала я, – тебе нужно это прочесть. От нас требуется расписка в том, что, во благо короля и Отечества, мы обязуемся никогда не разглашать то, чему стали свидетелями сегодня утром.

– Что?.. – Он подошел и заглянул мне через плечо.

– Значит, это правда, что мы на грани войны? – все так же тихо спросила я мистера Эдварда.

– Нет, не на грани. Пока что, – ответил он. – Но нынче мы живем в чрезвычайное время, и оно требует чрезвычайных действий.

– В том числе убийств? – уточнил Рори.

– Можете расценивать то, что произошло с мистером Макгилвари, как заслуженную казнь. Если бы всю эту историю можно было предать огласке и устроить слушание в суде, его бы повесили.

– Фицрой тоже говорил о казни, – сказала я. – Но одно дело, когда приговор выносят двенадцать достойных присяжных, а другое…

– Согласен, – кивнул мистер Эдвард. – Будь у меня полный набор доказательств, я бы добился, чтобы Макгилвари предстал перед судом. Но Фицрой поступает иначе – у него есть высочайшее разрешение на полную свободу действий в интересах безопасности королевства. – Он взглянул на Рори. – Возможно, вам будет проще смириться, если вы станете думать о нем как о солдате.

– Он выстрелил Макгилвари в спину, – с отвращением произнес Рори.